Летопись ложится строками: поэт-десантник Сергей Лобанов — о стихах на войне, службе и вдохновении

Пока телеграм-каналы пестрят цифрами и геолокациями, там, за ленточкой, происходит то, что не попадает в сводки. Война меняет людей, рождает новых героев, а в тылу культура смыкается с фронтом, чтобы сохранить истину. О связи поколений, окопной правде говорим с гвардии старшим лейтенантом, поэтом и кавалером ордена Мужества Сергеем Лобановым.

Боевые товарищи зовут его Маэстро. Слово это в ленту фронтовых сводок вписывается с трудом, но те, кому довелось нести службу плечом к плечу с гвардии старшим лейтенантом Сергеем Лобановым, давно привыкли: в нем действительно уживаются двое. Боец, способный не задумываясь подняться в атаку, — и поэт, чьи строки и на гражданке, и на передовой расходятся тысячами. Кавалер ордена Мужества и лауреат литературных премий. Десантник, прошедший Крым в 2014-м, Сирию и фронт специальной военной операции с мая 2022-го, — и филолог, который в юности цитировал Маяковского, чтобы произвести впечатление на девушек.

Сегодня у него за плечами шесть поэтических сборников, премия Минобороны в области культуры и искусства, Национальная литературная премия «Слово», Международная премия имени Есенина. Его стихи переводят на тувинский, марийский, китайский, английский и арабский. А сборник «Голос фронта» только что признали просветительской книгой года на «Знание.Премии».

Но сам Лобанов о регалиях говорит неохотно. Он вообще не из тех, кто любит перечислять заслуги. Куда охотнее он вспоминает другое: как в 11 лет впервые взялся за рифму из-за школьной влюбленности, как потом, на филфаке, писал легкие студенческие стихи и как все изменилось, когда в его жизнь вошла армия, а следом — война.

— Поэт Лобанов до начала специальной военной операции и после — это два совершенно разных человека, — с ходу признается он.

Время Сергею досталось непростое. Он видел то, что не попадает в сводки новостей: как израненные осколками деревья истекают смолой; как бойцы в окопах шепчут строки девяностого псалма и как мирные жители, у которых самих подчас ничего нет, готовы отдать последнее, лишь бы помочь тем, кто на передовой. Потому что большое всегда начинается с малого.

— На войне все люди делятся на два, можно сказать, лагеря, — рассуждает Лобанов. — Одни становятся чище, лучше, почти святыми. Другие свою человечность теряют, порой ожесточаясь до предела, превращаясь в зверей. Понимаете, оружие ведь дает власть, а власть опьяняет. Очень важно всегда и везде оставаться человеком.

Студент, сержант, офицер

В студенчестве Сергей Лобанов был филологом до мозга костей. Цитировать классиков любил и умел. И пользовался этим без зазрения совести.

— Я часто использовал такой прием: подхожу к девушкам и спрашиваю: «Вы любите Маяковского?». Они говорят: «Нет». А я отвечаю: «Вы его просто не понимаете, его нужно уметь читать». И начинаю декламировать «В 140 солнц закат сиял…». Знакомиться помогало, — по-доброму посмеиваясь, вспоминает Сергей. — Свои собственные первые строки я, в общем-то, тоже посвятил девушке, в которую был влюблен.

Тогда, в мирной жизни, и стихи рождались легкие, романтичные — про студенческое счастье. Потом в жизни молодого человека появилась служба. А следом — война.

В десантники, по словам самого Сергея, он попал почти случайно. Мужчина признается: в детстве неудачно упал с дерева, поэтому к прыжкам с парашютом долгое время относился с откровенным недоверием. Да и вообще, когда пришло время выбирать, мечтал скорее о флоте. Но судьба распорядилась иначе — предложили Воздушно-десантные войска. На высказанные опасения ему ответили коротко и по-военному просто: «Прыгнешь один раз — и страх пройдет». Сказано — сделано. От страха и вправду не осталось следа. С тех пор небо стало его стихией, а ВДВ — судьбой.

— Среда определяет, о чем мы пишем. Когда я пошел служить, меня даже вдохновлять стали совсем другие вещи. Погружение в военное дело, в историю, в судьбы людей, которые каждый день рискуют жизнью, — это не могло пройти бесследно. Я стал писать о подвиге шестой роты, о героях, об однополчанах, о тех, с кем делил казарму, а потом и окопы. В 2014 году Сергея направили в Крым в числе тех самых «вежливых людей», которые обеспечивали порядок и безопасность.

— Осознавал ли я тогда, что участвую в поистине историческом событии? Сейчас, с высоты прожитых лет, понимаю — да. Самое яркое воспоминание того дня — глаза крымчан. 18 марта, когда объявили результаты референдума, я был на улицах Симферополя. Город заполонило людское море с триколорами, и у всех — глаза, горящие счастьем. Не наигранные, не для телекамер, а по-настоящему живые, искренние. Говорят же: глаза — зеркало души. Так вот, в тот день они говорили громче любых лозунгов: мы сделали правильный выбор, мы вернулись туда, где и должны быть. Это невозможно сыграть, невозможно подделать.

Потом была Сирия, а следом и специальная военная операция. Сергей вновь оказался там, где расстояние между жизнью и смертью измеряется мгновениями. В таких условиях мыслительные процессы работают совсем иначе — обостряется все: чувства, восприятие, потребность писать.

Первое стихотворение, набравшее миллионы просмотров, — «Три дня» — родилось в мае 2022-го в Херсоне. Лобанов записал его на телефон для своего друга, Саши Луганского. Тот трое суток пролежал раненый в поле у дороги: пробитое легкое, простреленное плечо, осколок в позвоночнике. Свои не могли забрать — сектор простреливался.

— Ни о каком поэтическом успехе я тогда не думал. Хотел просто поддержать товарища. А вышло так, что эти строки стали своими для очень многих.

Когда видео набрало сотни тысяч просмотров, Лобанову позвонили из Главного военно-политического управления ВС РФ. Он подумал: сейчас сделают выговор — военным не положено заигрывать с соцсетями. Но ему вдруг сказали: «Записывайте что-нибудь еще». Объяснили просто: россиянам нужны такие стихи.

— Задача писателя — снимать оттиск с реальности, быть нервом своего времени. Поэзия первой отзывается на глобальные процессы. Не только в жизни конкретного человека, но и в жизни всего общества, даже мира.

При этом природа вдохновения, по его словам, не меняется — где бы ты ни был, в окопе или в мирной квартире, оно приходит одинаково.

— Вдохновение — оно как влюбленность. Идешь по улице и не знаешь, что через минуту встретишь ту самую девушку. От нас это не зависит. Но с опытом, с приобретением литературного мастерства, приходит умение поймать эту искру, удержать ее глубоко внутри — в чувствах, в сердце, — а потом, когда выпадает возможность остаться наедине с собой, извлечь на свет. И тогда вдохновение возвращается, словно цветок, распускающийся с первыми лучами солнца, и рождаются новые строки. Тарковский точно сказал: «Искать поэзию не надо ни у других, ни в словарях. Она сама придет из сада с цветами влажными в руках».

От отца к сыну

В семье Лобановых военная история бережно хранится в альбомах. И передается от поколения к поколению. Дед Сергея, старший сержант Михаил Мефодьевич Хаустов, встретил Победу в Берлине. Два ордена Отечественной войны второй степени, орден Красной Звезды, две медали «За отвагу». Вторую медаль нашли уже после его смерти — она пришла спустя годы, когда деда не стало.

— Он прошел всю войну и прожил долгую, счастливую жизнь, — с гордостью рассказывает Сергей. — Для нашей семьи он — настоящий маяк. Ориентир того, как нужно относиться к Родине, как ее любить, что делать ради ее процветания. И дело не в наградах, а в самом отношении к жизни, к долгу. Когда перед тобой такой пример, ты не ищешь отговорок, не придумываешь причин увильнуть. Ты просто знаешь: так надо. Так правильно.

Отец Сергея служил в Чехословакии. Поэтому, когда сын окончил университет, никакой дилеммы — идти или не идти в армию — перед ним не стояло.

— Я считал это честью. Считал долгом. И сегодня, глядя на своих сыновей, точно знаю: они тоже будут служить. Не потому что я им прикажу, а потому что воспитываю примером, разговорами. Тем, что мы смотрим, что читаем, о чем говорим за общим столом.

Сыновей у Лобанова двое. И вопросы воспитания он не пускает на самотек.

— С детьми нужно разговаривать по-взрослому, — убежден он. — Не сюсюкать, не думать, что они не понимают. Дети очень умные, очень чуткие. У них есть то, что мы, взрослые, со временем теряем, — способность видеть самую суть того, что происходит вокруг. И если с ними говорить честно, если объяснять, что такое Родина, долг, честь, — они впитывают это не потому, что надо, а потому что это становится частью их самих.

По его словам, важно не только говорить, но и показывать: через музыку, которую слушаешь дома, через фильмы, которые смотришь вместе, через книги, которые читаешь вслух.

Он убежден: патриотизм начинается не с громких слов, а с повседневных вещей. С того, как ты относишься к старшим, как говоришь о своей стране, как реагируешь на несправедливость.

— Недавно спрашиваю младшего, Матвея, в магазине: «Слушай, а ты кем хочешь стать, когда вырастешь?». Он поднимает на меня глаза и с таким искренним непониманием отвечает: «Пап, ну ты же у меня военный. И я буду военным». Правда, я-то знаю, что он хочет быть еще и футболистом, космонавтом и гроссмейстером, — улыбается Лобанов.

По его словам, воспитание защитника — это не про муштру и не про разговоры о войне. Это про систему координат, которую ты выстраиваешь с детства.

— Чтобы мальчик вырос мужчиной, он должен понимать: есть вещи, которые важнее собственного комфорта. Есть люди, которых нужно защищать. Есть страна, за которой будущее, — объясняет военнослужащий. — И если это понимание заложено с детства, никакие трудности его не сломят. Ни на фронте, ни в мирной жизни.

Культурный фронт

Сегодня, по наблюдениям Сергея Лобанова, в стране происходит важный перелом — военные события находят свое отражение в российской культуре. Художники едут в госпитали и в зоны боевого соприкосновения, музыканты записывают песни на стихи фронтовиков, режиссеры ищут живые сценарии не в кабинетах, а в окопах.

— Сейчас все консолидировались. И Министерство культуры, и театралы, и продюсеры. Артисты эстрады начали использовать произведения современных писателей-фронтовиков, писать песни. И это не показуха, а искренний порыв. Люди хотят быть причастными, хотят помочь словом, голосом, талантом.

Отдельная тема — издательства. Лобанов подчеркивает: сегодня многие из них работают на безвозмездной основе, печатая книги фронтовых авторов и отправляя их в библиотеки по всей стране, включая новые регионы.

— Это уже не бизнес, это миссия. Книги расходятся по госпиталям, военным училищам, учебным центрам. Их читают те, кто сегодня в строю, и те, кто только готовится встать на защиту Родины.

Особенно его радует, что в литературе появляются новые имена. Не профессиональные писатели, а обычные ребята — добровольцы, мобилизованные, кадровые военные, которые вдруг начинают писать.

— Там, на передовой, просыпается то, что в мирной жизни спало. Человек сталкивается с таким накалом эмоций, с такой глубиной переживаний, что молчать невозможно. И появляются строки. Иногда корявые, неумелые, но живые. А это дороже любого мастерства.

Именно так, по мнению Сергея, рождается новый герой в литературе. Со своими сомнениями, но и с невероятной внутренней силой.

— Раньше часто жаловались: нет героев в современном кино, в книгах, — рассуждает гвардии старший лейтенант Лобанов. — Так вот они. Они сейчас там, за ленточкой, а их истории — золотой фонд, который нельзя упустить.

Поэт убежден, что именно сегодня закладывается фундамент культурного кода на десятилетия вперед.

— То, что мы сейчас пишем, снимаем, ставим на сценах, будут читать, смотреть, изучать наши дети и внуки. Поэтому важно не просто фиксировать, а фиксировать честно. Без прикрас, без фальшивого пафоса. Потому что фальшь чувствуется сразу, а правда остается.

Сам Лобанов считает, что просто делает свое дело — воюет, когда нужно воевать, и пишет, когда молчать уже невозможно.

— Мы все — летописцы своего времени. У кого-то летопись пулями ложится, у кого-то — строками. Главное, чтобы она была честной. Тогда и через сто лет нас поймут правильно.

Эти слова он уже подкрепляет не как поэт, а как человек, прошедший через то, о чем пишет. И когда разговор подходит к концу, Сергей вспоминает строки, посвященные другу-музыканту. В них, кажется, весь он — воин, поэт, человек, для которого каждое мгновение имеет вес:

«Пусть наше время конечно,

Тем ценней каждый прожитый час, —

Мы должны замахнуться на вечность,

Чтобы та замахнулась на нас».

В ТЕМУ

Для гвардии старшего лейтенанта Сергея Лобанова очень важна помощь боевым товарищам не только на поле битвы. Все средства от продажи своих поэтических сборников, включая «Голос фронта», он направляет семьям погибших военнослужащих. Книга, выпущенная при поддержке фонда «Своих не бросаем», и сегодня расходится по госпиталям, военным училищами библиотекам новых регионов.

Отдельный фронт работы — поддержка раненых. Сергей проводит в военных госпиталях творческие встречи для бойцов, проходящих лечение.

Свою миссию поэт-фронтовик видит и в работе с молодежью: на регулярных встречах со школьниками и студентами от Подмосковья до Дагестана он читает стихи и передает живую память о том, что происходит за ленточкой.

ДОСЬЕ

Гвардии старший лейтенант Сергей Викторович Лобанов, известный под позывным «Маэстро», родился 7 марта 1989 года. Детство и юность провел в селе Александровка Ставропольского края.

В 2011 году окончил Московский государственный гуманитарный университет имени М. А. Шолохова (ныне МПГУ). После окончания университета принял решение служить в Воздушно-десантных войсках. Участвовал в операциях по возвращению Крыма в 2014 году («вежливые люди») и в Сирии. С мая 2022 года находится на фронтах СВО, воевал на херсонском направлении, в том числе под Антоновским мостом. Замужество и героизм удостоен государственных наград — ордена Мужества и медали Суворова.

Параллельно с военной службой Сергей Лобанов строит литературную карьеру. Член Союза писателей России, автор шести поэтических сборников.