Московская станция переливания крови в день может принять 300 доноров. / Фото: «Вечерняя Москва», Анна Иванцова

Столичные врачи [highlight]жалуются[/highlight] на нехватку крови

Общество
Редакция обнаружила на просторах Интернета тревожное сообщение: в отделении трансфузиологии Российского научного центра хирургии им. Б. В. Петровского на исходе запасы крови. Центр снабжает больницы МГМА им. Сеченова.

Этот «кризис» предлагается преодолевать своими силами и — буквально — кровью сотрудников и родственников пациентов, которых мы должны сагитировать стать донорами, — пишет ЖЖ-юзер temnaja_lowadka, — а большинство родственников не поддаются на агитацию, если только речь не идет непосредственно об их близких.

Обуреваемый мыслями о неисчерпаемых «закидонах» отечественного здравоохранения, корреспондент «Вечёрки» отправился в пятницу утром разыскивать клинический комплекс в Абрикосовском переулке.

— Куда в обуви? Стоять! — дородная дама в халате явно получала удовольствие от своего командного голоса. — Не видишь, отделение здесь! Спорить не стал. Дама отстояла свой уголок, но идти до гардероба и бахил мне пришлось… через все отделение. Люди в халатах и масках смотрели на меня, как хирург на инородное тело, но с ощущением безнадеги во взгляде. Я, видать, не первый у них так — в сапогах по кафелю. Регистратура для доноров расположена на «минус первом» этаже.

— Сразу у вас кровь никто не возьмет, — огорошила сотрудница регистратуры Ольга Петровна. — Сначала сдадите кровь на инфекции. И если мы их у вас не найдем, то в понедельник — к мешку и к кассе.

— Деньги не главное. Говорят, в больницах Сеченовки крови нет. Врачи жалобные письма пишут, — трогаю «больную» тему. — Вот, помочь пришел.

— Да откуда ж ей быть, крови-то? Сеченовка за доноров не платит, вот и нет у них крови.

— А почему не платит?

— А кто их разберет. В сто первую идите.

Сто первая — лаборатория. Лаборант Людмила Валентиновна знала больше.

— Так проблемы у них там с начала года со счетами. Не успели оформиться. Да у многих сейчас с этим переоформлением проблемы. А люди страдают.

Когда выходил из лаборатории, подошла еще одна сотрудница регистратуры и предложила все-таки сдать кровь. До результатов. За 1000 руб. То ли впрямь дефицит, то ли не похож я на человека, опасными инфекциями зараженного. Я отправился к терапевту. Терапевт (доктор Айболит, но без бороды) выдал опросный лист. Вопросы только по делу.

С одним пунктом вышла загвоздка. Прием пищи. По правилам нельзя сдавать кровь, если за последние 4 часа ел.

В моем случае прошло три часа, но завтрак был легким.

— Что ел? — Айболит настроен решительно.

— Три кусочка колбаски.

Брови Айболита сошлись на переносице.

— Вареной! — лик эскулапа светлеет.

— И круассаны. Четыре штуки.

И тридцать граммов настойки вчера употребил, — говорю я и втягиваю голову в плечи, потому что доктор совсем скис.

— Да они маленькие. Я уже забыл, как они выглядят, — пытаюсь исправить положение.

— Да что ему, бугаю такому, эти четыре крошки и три капли, — встает на мою сторону появившаяся из соседнего кабинета докторша.

Мини-консилиум завершился в пользу сдачи, и я отправился в кресло.

Через несколько минут игла уже вошла в вену (совсем не больно). Еще через десять — руку забинтовали и выдали справку. Никаких изменений в своем самочувствии я не ощутил. Осталось выяснить главное — почему возник дефицит.

Источник в ректорате Первого меда на условиях анонимности подтвердил «Вечёрке», что проблемы с кровью вызваны отсутствием денег на оплату услуг доноров. Донорам, сдающим кровь на платной основе, должны выплачивать почти четыре тысячи рублей, а им платят тысячу и дают бумагу, по которой можно получить остальные деньги, когда они появятся. Деньги на оплату услуг доноров каждый год выделяются Минздравом. Нужная сумма была выделена и в этом году, но деньги «до сих пор не поступили».

Нужно представлять, как происходит распределение донорской крови в городе, — говорит заместитель директора Фонда «Подари жизнь» Мария Яблонцева. — Московская станция переливания крови в день может принять 300 доноров, но вся кровь распределяется только в московские больницы.

А ведь есть еще федеральные и ведомственные клиники, у которых нет «своей» станции.

У добровольных доноров кровь тоже «покупают», но ответственно заявляю: возвращаясь из РНЦХ, я думал не о том, что заработал 1000 рублей, — душу грела мысль «Как же это просто — помочь человеку». Фантастические ощущения.

ЕСЛИ ХОТИТЕ ИСПЫТАТЬ ЧТО-ЛИБО ПОДОБНОЕ, ОБРАЩАЙТЕСЬ В ОТДЕЛЕНИЕ ТРАНСФУЗИОЛОГИИ РНЦХ ИМ. ПЕТРОВСКОГО.

АБРИКОСОВСКИЙ ПЕР., 2, КОРП. В.

amp-next-page separator