Эдуард Бояков рассказал, что МХАТ им. Горького готовит постановку по роману «Лавр» Евгения Водолазкина, удостоенного многих престижных премий / Фото: Наталия Нечаева / Вечерняя Москва

Режиссер Эдуард Бояков: Мы забыли, какое на самом деле это прекрасное слово — община!

Общество

Режиссер и продюсер Эдуард Бояков, руководитель МХАТа им. Горького, основывает художественную политику театра на традиционных ценностях. В то же время Бояков известен как смелый экспериментатор и новатор сцены. «Вечерка» узнала у него, как живет сегодня легендарный МХАТ.

Началась же наша беседа с самого актуального сегодня — с вынужденного прекращения работы театра из-за пандемии коронавируса.

— Эдуард Владиславович, насколько пугают вас эти обстоятельства?

— Для нас ситуация связана с тем, что МХАТ им. Горького — это большой во всех отношениях театр. В его штате около 400 человек. Зрительный зал у нас насчитывает почти 1400 мест. И я, несмотря на все известные нынешние ограничения, продолжаю отвечать за людей — не только за их материальное обеспечение, но и за их, что называется, жизненный тонус. Но тем не менее наш театр со сдержанным оптимизмом смотрит в будущее. У нас — хороший темп, который мы набрали в середине сезона, который и сейчас не потерян. Много премьер у нас запланировано сразу после карантина. Петербургский режиссер Игорь Ларин делает постановку «Слова о полку Игореве» — спектакль опирается на великий древнерусский текст в переводе академика Дмитрия Лихачева и исполнен изобразительной экспрессии. В то же время эта постановка о том, насколько важна для русской истории тема покаянного слова.

Другой текст, над которым мы активно работаем последнее время, — это сочинение нашего современника — историка Святослава Рыбаса. Спектакль будет называться «У премьер-министра мало друзей». Пьеса — про выдающегося исторического деятеля Петра Столыпина, о его трагической судьбе. Столыпина сыграет актер Эдуард Флеров, с которым я сотрудничаю еще с «Практики». В пьесе сделан акцент на те смелые реформы, которые, как мы знаем, неоднозначно были восприняты в тогдашнем российском обществе, а также на непростые взаимоотношения Столыпина с царем и властной элитой.

Кроме того, мы активно готовим спектакль «Красный Моцарт», главный герой которого — прототип композитора Исаака Дунаевского. Режиссер любимовской «Таганки» Рената Сотириади ставит его вместе с известным сценографом Борисом Красновым. Это будет масштабный и яркий спектакль с участием оркестра Воздушно-космических сил России, с приглашенными солистами оперной и драматической сцен Москвы.

— Поделитесь, пожалуйста, своими личными впечатлениями от своей работы во МХАТе, которая началась с декабря 2018 года. Чего в них больше — творческого удовлетворения, азарта или разочарований?

— Есть радость от работы на легендарной сцене. И есть, безусловно, азарт. Одно прикосновение к тому литературному материалу, который сейчас МХАТ выбирает, поверьте, очень многое дает. Так, мы готовим постановку по роману «Лавр» Евгения Водолазкина, удостоенного многих престижных премий. В новом сезоне у нас должны состояться премьеры таких мастеров, как Андрей Кончаловский, Михаил Шемякин, Виктор Крамер.

Мы стали активнее работать с труппой, исходя из требований, которые выдвигает к ней новый драматургический материал. На этой платформе артисты сплотились; появляется, наконец, актерская команда МХАТа. Более того, мы медленно, но верно развиваем МХАТ как городское пространство. Старый репертуарный театр, который был замкнут на себе, закрыт до 6 часов вечера и занавешен в буквальном смысле от всяких веяний со стороны, мы превращаем в современный культурный центр. В нем наряду со спектаклями теперь реализуются актуальные просветительские программы.

Так, проект «Открытая сцена» включает в себя встречи с крупнейшими философами нашего времени, писателями, музыкантами.

После показа спектакля «Последний герой» на сцене МХАТ имени М. Горького — худрук театра Эдуард Бояков (справа), драматург Иван Крепостной (в центре) и режиссер-постановщик Руслан Маликов / Фото: Виталий Белоусов/РИА Новости

— Здание МХАТа — одно из самых примечательных архитектурных объектов Москвы. Что нового появилось в нем с вашим приходом сюда? Какие инновации вы привносите в его повседневность?

— Мы на себе почувствовали живучесть русской поговорки «Не было счастья, да несчастье помогло». Дело в том, что с наступлением первых недель карантина (то есть когда мы уже не играли спектакли, но еще могли находиться в помещении театра) произошло значимое событие: за считаные дни нам удалось развернуть студию полноценного телеканала. Ему сразу же подобралось емкое название — «МХАТ говорит». Сейчас телеканал успешно вещает в YouTube. Признаться, у меня уже давно вызревала идея подобной коммуникации со своим зрителем. Мы теперь можем общаться с нашими друзьями и творческими союзниками, в том числе актрисой Алисой Гребенщиковой, поэтами Марией Ватутиной, Алексеем Шмелевым. Эти и другие люди принимают участие в читках пьес современных авторов, ведут диспуты на самые разные темы, — что важно, без перебивок на рекламные вставки. Так что мы своевременно создали свою технологическую матрицу — как в наших эфирах, так и на сайте театра. И когда карантин, бог даст, закончится, мы сохраним и разовьем этот перспективный формат.

— «Бунт несогласных» еще дает о себе знать? Или эмоции меньшинства актеров театра, выражавших неприятие новой концепции развития МХАТа, уже нельзя отнести к серьезным помехам?

— Меньше всего вот этим мы обеспокоены. Поскольку помехи, влияющей на творческую жизнь, попросту нет. И не было. Да, имела место подготовленная вне театра кампания против нас; она отобразилась в некоторых СМИ, причем кампания заказная, по моим данным.

Лица, которые инициировали ее, работают на понятные, прекрасно известные мне структуры. Почему так происходит? Да просто эти люди боятся нашего успеха. И они пытаются нас поломать, хотя у них это не получится. Единственное, что им удается, — где-то на задворках медиапространства создать негативный фон. Но наш контраргумент не в дрязгах, а в деле: например, очевидный приток зрителя в театр. Он зафиксирован и в прошлом сезоне, и в текущем. Он выражается в приходе в театр таких мастеров, как Кончаловский, Шемякин, Дугин, Прилепин, Кублановский, Водолазкин и другие.

— Много разговоров о состоянии здоровья президента МХАТа Татьяны Васильевны Дорониной. Как часто вы держите связь с ней? И каково ее отношение к обновляемому репертуару, к вашим творческим намерениям?

— Татьяна Васильевна, к сожалению, в настоящее время болеет, и мы желаем ей скорейшего выздоровления. Все, что в наших возможностях, мы делаем для нее, в первую очередь предоставляем ей максимально полный социальный пакет, если можно так выразиться. Разумеется, информируем ее обо всех наших премьерах и нововведениях: регулярно посылаем ей видео спектаклей и других мероприятий, сообщаем о планах.

— Вы в столице постоянно живете с 1992 года. Интересно узнать о любимых вами местах столицы.

— Я родился и вырос в Дагестане, в небольшом городке Кизилюрте, где тонко чувствуют и ценят такое понятие, как соседство. И мое детство, мой рост человеческий были связаны в первую очередь с людьми, к которым я мог ходить в гости. Причем ходить в буквальном смысле — пешком. Как сейчас помню, какими вкусными обедами угощали меня мамы и бабушки моих дагестанских друзей.

Сейчас я живу на Патриарших прудах. Меня радует, что этот район очень театральный. Но еще меня радует то, что здесь тоже есть ощущение соседства. Здесь — уютное, несколько неторопливое течение жизни. Сохранилась атмосфера этих чеховских, булгаковских улочек и переулков; старых храмов. Мы забыли, какое на самом деле это прекрасное слово — община! И недооцениваем, насколько общинная жизнь важна для русского, российского человека.

Читайте также: Кризис сценария. Алена Званцова рассказала о главных болевых точках телевидения

amp-next-page separator