Воскресенье 27 мая, 06:05
Ясно + 10°
Людмила Стебенкова, депутат Московской городской Думы

Мне вся эта история не понравилась с самого начала. Внимательно изучив вопрос, я стала на сторону врачебного сообщества, защищающего Елену Мисюрину, и подписала ей петицию. Как мы знаем, Черемушкинский районный суд приговорил ее к двум годам лишения свободы по статье 238 УК РФ: «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших смерть».

Почему судья приняла такое решение, из какого внутреннего побуждения, мне непонятно. Происходят просто недопустимые вещи. Врач-гематолог Мисюрина сделала пациенту трепанобиопсию тазовой кости— проколола ее специальной иглой для взятия образца костного мозга. Это несложная манипуляция, необходимая для уточнения диагноза.

Елена Мисюрина считается профессионалом с многолетним стажем, она провела 8 тысяч подобных биопсий. Поэтому обвинять ее в непрофессионализме, что ее действия могли привести к усложнению самочувствия больного, — просто абсурд. Надо заметить, что пациент пришел к ней с серьезными недугами, среди которых был рак. У разных людей болезнь может протекать по-разному. Но тому, кто уверяет, что всегда и во всем виноват врач, 20 раз надо подумать. Ежегодно происходят десятки тысяч случаев докторских ошибок и халатностей. Но действия Мисюриной не имеют отношения к смерти больного. Есть судебная экспертиза, доказавшая, что ее медицинское вмешательство не послужило тому причиной.

Естественно, не может даже идти речи об уголовном наказании. Максимум рассматриваемый случай может квалифицироваться как врачебная ошибка, хотя, я повторюсь, что, по моему мнению, ее не было. Но даже если предположить, что ошибка имела место, с точки зрения юридического толкования в нынешнем уголовном законодательстве понятия «врачебная ошибка» просто не существует. В нем ответственность предусматривается за халатность или факт неоказания медицинской помощи врачом, который был обязан сделать это. Но мы не имеем дела ни с тем, ни с другим.

Вопрос в том, кому понадобилось обвинять врача. Вполне вероятно, что кто-то таким образом заметает следы. Нужно еще раз взвешенно оценить произошедшее. Мне кажется, надо ставить вопрос и о квалификации судьи. Разбирательство шло очень долго, почти пять лет. Выглядит так, будто свою непрофессиональность они пытаются прикрыть профессионализмом врача. Но, прежде всего, надо разобраться с теми, кто оказывал пациенту по- мощь там, где он умер. В частной клинике. Вообще, врачей необходимо защищать, нужно иметь юридические и законодательные рычаги для их поддержки. Медицинским сотрудникам часто приходится иметь дело со смертельными заболеваниями, а это огромная ответственность. К сожалению, не всегда врач способен помочь из-за серьезности болезни, ее запущенности или необратимости.

В то же время давно идет обсуждение вопроса о страховании пациентов от врачебных ошибок, и, видимо Госдуме настало время принять этот закон. По аналогии с США и странами Европы термин «врачебная ошибка» может быть введен в юридический оборот. Тогда врачу в случае доказанной халатности, из-за которой был нанесен вред здоровью человека, грозит потеря лицензии на врачебную деятельность. А пострадавшему страховой компанией будет выплачена компенсация.

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Подобного случая припомнить не могу

Колонка заместителя мэра Москвы по вопросам социального развития Леонида Печатникова

Мы с вами прекрасно понимаем, что, по-видимому, имеет место чудовищная судебная ошибка. В то же время мы не можем позволить эмоциям воздействовать на работу правоохранительных органов. Эмоции нам здесь не помогут (далее…).

Дело врача

Колонка обозревателя «ВМ» Александра Лосото

Светила столичной медицины, в числе которых главные врачи крупнейших больниц (Первой Градской, 62-й онкологической, ГКБ им. Юдина) поддержали акцию в защиту гематолога Елены Мисюриной, которую Черемушкинский суд Москвы приговорил к двум годам лишения свободы (далее…).

Можем остаться без врачей

Колонка кандидата юридических наук, доцент кафедры медицинского права Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова Юлии Павловой

В настоящее время Следственный комитет России отдельно выделяет медицинские дела, по которым проводится комплексная судебно-медицинская экспертиза. По ее итогам определяется причинно- следственная связь между действиями всех участников этого процесса. Применение части 2 статьи 238 УК РФ к медицинским работникам — просто нонсенс (далее…).

Жертва отсутствия связей

Колонка председателя Общества Защиты Пациентов Андрея Хромова

Мне искренне жаль врача Елену Мисюрину. Наказание в данной ситуации было чрезмерным. Я не сомневаюсь, что решение по этому делу принимали квалифицированные люди, но считаю, что вина Мисюриной как минимум не доказана (далее…).

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Новости СМИ2

Новости Финам

Новости партнеров

Новости СМИ2

Новости партнеров