Не такая уж темная лошадка

Москва впервые видела Махмуда Ахмадинеджада в прошлом сентябре, когда он выступал с докладом на Третьей международной конференции мэров городов. Организаторы этого форума, прошедшего в здании правительства Москвы на Новом Арбате, явно стремились к тому, чтобы налаживать межмуниципальные связи безотносительно большой политики. На трибуне можно было увидеть мэра Пхеньяна, один за другим выступили мэры греческой и турецкой частей разделенной столицы Кипра Никосии. И хотя Ахмадинеджад выглядел не так экстравагантно, как, например, мэр Карачи, его речь была очень необычна и обращала на себя внимание. Нечасто услышишь, когда мэр мегаполиса говорит не о том, насколько выросли его экономические и социальные показатели, а о том, что город не может считаться великим, если его жители стремятся лишь к наживе и удовлетворению своих страстей.Но несмотря на эту неординарность речей, молодое руководство Тегерана оказалось весьма удобным партнером для Москвы, что и подтвердил визит в этот город Юрия Лужкова в декабре прошлого года. По его итогам было подписано соглашение о побратимстве между двумя городами и достигнут ряд договоренностей экономического и культурного плана. Увиденное в Тегеране убеждает в том, что его мэр, а ныне президент Ирана очень неплохо разбирается в хозяйстве города и стремится действовать во благо его жителей. Что же касается ярко выраженного антиамериканизма Ахмадинеджада, то отгадка здесь тоже очень проста и тоже лежит на муниципальном уровне.Трудно, очень трудно любить США мэру города, в который сперва приезжает миллион афганских беженцев, а потом полтора миллиона иракских – причем очень надолго и по сходной причине, связанной с деятельностью американцев в регионе.