Автор

Сергей Валерьевич Минаев

Андреевский крест

[i]НАШ СОБЕСЕДНИК Сергей КОЛЕСНИКОВ – статс-секретарь и заместитель председателя Госкомстата. По образованию историк, работал в журналистике. Был известен как руководитель управления правительственной информации российского правительства при Викторе Черномырдине.[/i]По собственному признанию, на нынешнюю работу пришел именно для того, чтобы заниматься переписью населения и демографией. – Общаясь с политиками разного уровня, я часто слышал одну и ту же фразу: «Россия – вымирающая страна». Сергей Владимирович, именно вам по должности можно адресовать вопрос, насколько верно данное утверждение.– На эту тему говорят много, и в основном эмоционально; в том числе о геноциде, о вымирании, о каких-то страшных вещах, и в том числе о депопуляции. Вот как раз с последним термином согласиться можно, потому что начиная с 1992— 1993 годов население России уменьшается. Есть ли корреляция между реформами и депопуляцией? Можно сказать, что нет. Тенденция к депопуляции была заложена гораздо раньше, она имеет под собой те волны демографического развития, которые связаны с огромными войнами XX века. Сейчас не рождаются внуки тех, кто не родился в результате Великой Отечественной. Конечно, и сейчас есть много депопуляционных факторов, которые скажутся потом, на следующих волнах, спустя какое-то время. Главный из них на графике похож крест («русский крест» – так его и назвали в публицистике) – снижение рождаемости и увеличение смертности. Снижение рождаемости – это закономерная тенденция любых обществ европейского типа.– Не так давно я изучал статистические данные по Европе и обнаружил, что там резкое снижение рождаемости произошло в 70-х годах – именно тогда среднее количество детей в семье достаточно резко упало ниже двух и даже полутора. Так что же тогда произошло в Европе? – Обычный цивилизационный процесс: с ростом свободы, в том числе свободы женщины, они выбирают профессиональную карьеру вместо семейной, рожают позже, а следовательно, и меньше. У нас спустя 15 лет произошло то же самое. Что интересно: сейчас же наблюдается огромный всплеск народонаселения в некоторых странах третьего мира, где отношение к свободе женщины достаточно специфическое.– Насколько я помню, последняя страна, которая обогнала нас по численности населения, – Пакистан.– Вот именно – там совершенно другой тип брачного поведения. И тут я не могу не сделать одной ремарки относительно переписи населения. Когда стали в прессе возмущаться: «Как же так, в Чечне насчитали миллион человек, откуда там столько взялось?» Но как раз Чечня – это регион с другим, отличным от нашего типом брачного поведения. Там рождается в семье по пять детей, для них это нормально. Можно спорить, сколько их там – девятьсот тысяч или миллион сто тысяч – но это факт, что в Чечне, несмотря на всякие катаклизмы последних лет, население быстро растет за счет превышения рождаемости над смертностью.– Что же делать с депопуляцией? – Единственное, что можно сделать быстро, – компенсировать убыль населения за счет миграции. Она довольно активно шла в девяностые годы (пик пришелся на 1994 год), но уже лет пять назад этот ручеек стал иссякать, и сейчас он практически ничего не прибавляет – к сожалению.– Перейдем от рождаемости к смертности.– Да, здесь, в отличие от рождаемости, у России есть своя специфика. У нас крайне низка средняя продолжительность жизни, особенно мужчин – сейчас она около 59 лет.– По некоторым данным, средний возраст российского ученого уже превысил среднюю продолжительность жизни в России. Вывод: занимайтесь наукой – дольше проживете.– Ученые – бог с ними... то есть слава богу. Вообще-то действительно, продолжительность жизни зависит от образа жизни, в частности от интеллекта.У нас на первом месте смертность не от сердечно-сосудистых заболеваний и не от онкологии, как в остальном мире, а от несчастных случаев на производстве и в быту.Причем причина нередко и там и там одна и та же – алкоголь. Люди падают со стропил, суют руку в станок...– Смертность такого рода растет или сокращается? – Скажем так: она не преодолена. И когда мы говорим: как же нам снижать смертность и что делать с депопуляцией, постоянно возникают люди с прекраснодушными теориями, что надо всего лишь изменить ценностные ориентации, повернуться лицом к семье, чтобы женщины в них рожали по три и более детей. Но сделать это за несколько лет и даже десятилетий невозможно, сложившееся брачное поведение никакое государство не изменит. Все равно в обозримом будущем в городе, а тем более в мегаполисе больше одного-двух детей рожать не будут, даже если всех обеспечить прекрасным жильем.– Римская империя сталкивалась с теми же проблемами и пыталась воздействовать на бездетных экономическими методами – как, впрочем, и Советский Союз.– И она в итоге решила проблему за счет иммиграции варваров, которые потом Рим и съели.– А стоит ли нам опасаться, по примеру Европы, массовой миграции из стран мусульманского мира? – Сейчас, думаю, нам это вряд ли грозит.– То есть не едут или не пускаем? – Не едут, а если и едут, то транзитом через нас в Западную Европу. Мы пока что еще бедноваты для них.– То есть чем лучше будет развиваться российская экономика, тем острее станет эта проблема? – Да, а пока для нас скорее проблема не иммиграция, а ее отсутствие. У нас через десять-пятнадцать лет будет просто некому водить троллейбусы и копать землю. И сейчас в Москве гастарбайтеры выполняют те работы, на которые москвичей не заманишь. Но все-таки у нас еще есть потенциальный иммиграционный резерв – русскоязычное население в странах СНГ.Но беда в том, что наше коренное население в девяностые годы «пришельцев» не очень-то привечало. С мигрантами, многие из которых являются высокообразованными и квалифицированными, обращались как с грубой рабочей силой.Там, где их расселяли, они строили дома, ходили за скотиной, но чтобы устроиться работать по специальности – нет... Кстати, неразумное ограничение миграции может очень плохо отразиться на будущем нашей экономики.– Кто в них заинтересован? – Никто конкретно, просто логика такая: надо наводить порядок. Здесь нет никакого злого умысла, скорее благие намерения, только вот запретить-то всегда легче. Вместо полицейских запретов нужно вводить что-то вроде «грин-кард», чтобы привлекать в первую очередь высококвалифицированную рабочую силу...– В общем, нужны расходы на поддержание иммиграции.– Конечно.– Так может быть, просто никто не готов тратить деньги еще и на это? – Да, острого желания незаметно.– Насколько актуальна сейчас проблема матерей-одиночек? Почему я задаю этот вопрос: мать-одиночка вряд ли будет рожать второго ребенка.– Я знаю примеры, когда рожали и трех, но они остаются только примерами, не более того. По сути, это прямой путь к депопуляции, прямее не бывает.Есть статистика по количеству детей в зависимости от брачного состояния матери. В 2001 году родилось в 1,5 раза меньше детей, чем в 1970-м. Причем число родившихся в зарегистрированном браке сократилось в 1,8 раза, а вне зарегистрированного брака выросло в 1,9 раза. В 1970 году вне зарегистрированного брака рождался каждый десятый ребенок, в 2001м – каждый четвертый. Это много.– Существуют ли сейчас какие-то пути воздействия на эту ситуацию? – Раньше были: всякие парткомы и месткомы, по сути являвшиеся инструментами общественного мнения. Сейчас традиционные ценности общинного порядка рассосались, так что поле общественного воздействия на эти процессы сократилось.– Но для воспроизводства населения это актуально.– Конечно, наряду с другими факторами, входящими в образ жизни. Но у нас нет стройной системы ценностей. И я не уверен, что государство может здесь что-то кардинально изменить? По крайней мере, сделать это быстро.– Кстати, а какие-то пред-предварительные итоги переписи уже есть? – Да, я могу сказать, что в России живет сейчас около 145 миллионов человек.– Как я понимаю, это больше, чем ожидали.– У нас по текущему учету выходило 143,3. Это просто показывает, что перепись – более всеохватный инструмент, чем текущий учет. И еще это внушает хоть небольшой, но оптимизм.

Сколько стоит одна «у.е.»

На днях город облетела сенсация: магазины, указывающие цены в «у.е.», понимают под этим буквосочетанием уже не доллар, а евро. Который, как вы, вероятно, знаете, уже дороже доллара. Из-за этого 2003 год должен стать годом невиданной для последнего времени инфляции – ведь все же подорожает на 7%! Правда, подобное произойдет в магазинах, где продаются европейские товары: ведь с поставщиками товаров нужно расплачиваться в евро.Но от этого не легче.Известно, что «у.е.», по сути, дела означает ту валюту, которая служит для населения резервной и лежит у него дома. А валюта эта, несмотря на рост интереса к евро, для подавляющего большинства россиян — все еще доллар. Объем наличного евро постоянно растет, но пока он еще не сравним с объемом наличного доллара в России, «назначение» нового «у.е.» просто бессмысленно. Перетекание невелико; московские банкоматы помимо рублей предпочитают давать доллары, а не евро; банки и рады бы скупить растущий евро, да для этого у них не хватает рублей… Но сенсация не была бы сенсацией, если бы у нее не было виновника. Он есть – магазины, которые и пытаются накручивать цену. Наши магазины на это способны.Но опасаться каких-то попыток накручивать цены при помощи евроизации «у.е.» – лишнее. Дело в том, что магазины и так рисуют на ценнике то, за сколько они это могут продать. Нарисуют выше – останутся с носом.В общем, бояться подобного рода сенсаций на пустом месте не нужно. Но интересоваться, сколько стоит «у.е.» в конкретном магазине, нужно. Как и тем, указана цена за штуку или за килограмм. Рынок, знаете ли, — осторожность не помешает.Новый слух вокруг «у.е.» может реанимировать давно угасшую дискуссию о его законности. Вот что сказал по этому поводу корреспонденту «ВМ» известный адвокат Анатолий Кучерена: «Прежде всего надо исходить из того, что мы живем в России, и для того чтобы мы сами чаще думали о России, да и чтобы в мире к нам относились по-другому, нам нужно писать цену именно в рублевом выражении. Когда появилось понятие «у.е», ситуация была другой, сейчас рубль куда стабильнее, и нам не стоит его стыдиться». С другой стороны, по той же самой причине и бояться «у.е.» сейчас совершенно необязательно – он безвреден в любом смысле, кроме психологического.

Алексей Подберезкин о выборах, о Госсовете и парламенте

Алексей Иванович Подберезкин – известный политолог и традиционный участник выборов.В свое время входил в НПСР, был депутатом фракции КПРФ (при этом всегда подчеркивал, что не входит в партию).Потом пошел на выборы сам, вместе со своей организацией «Духовное наследие» – результаты были не блестящи.Сейчас ищет пути к сердцам людей для своих социалистических идей. [b]О выборах[/b] – До парламентских выборов осталось меньше года. Чем, на ваш взгляд, эти выборы будут отличаться от предыдущих? – Расстановка сил фактически уже ясна. Те, кто хотят участвовать в парламентских выборах, для себя уже решение приняли. Может быть, его не озвучивают, но действия ведутся: тратиться время, деньги, хотя не всегда публично. Формально выборы начнутся только будущей осенью, но даже те заявления, которые делаются сейчас многими партиями, делаются с учетом избирательной кампании.— Главные соперники уже известны, не так ли? — Основные политические игроки – это центристы и КПРФ. Перспективы и у одной, и у другой примерно равны, и они очень значительны. Если коммунисты смогут потом реализовать не только свой, но чужой протестный электорат, то они смогут получить 25 процентов голосов, т.е. близкое к контролю число в будущем парламенте.Очень велики шансы и у «Единства» именно в силу огромности ресурса – административного, финансового и информационного. [b]О правых и левых [/b]– Давайте поговорим о коммунистах, про то, какие у них сейчас дела.– Мне бы не хотелось упрощать ситуацию с КПРФ. Сейчас модно говорить о развале КПРФ, о ее бесперспективности – это все неправда. Я не сторонник КПРФ и тем более их руководителей.Но я самый злой и самый последовательный критик сторонников КПРФ, хотя все остальные стараются с ними дружить (включая администрацию президента). Зато я могу судить о них объективно. КПРФ имеет свой электорат и основания претендовать на то, чтобы создать самую крупную фракцию в будущей Думе. Это вытекает из того, что нынешние реформы позитивно затрагивают 15–20% населения, а вот 60% населения не почувствовали улучшения. Они-то и являются опорой для левой оппозиции.Конечно, если бы в руководстве КПРФ были люди пограмотнее и поумнее, посовременней, они бы могли получить лучший результат в Думе (скажем, 55–65%). Другое дело, что они на это не способны, и это во многом облегчает задачу их оппонентам. А теперь представьте, что найдутся умные люди, и в силу разных причин (например, не любят президента) они помогут КПРФ компенсировать те недостатки, которые есть в КПРФ. А этих недостатков три – тактика, деньги и кадры. Разные люди могут быть по-разному заинтересованы в поддержке КПРФ.– Опять про Березовского? – Не обязательно. И без помощи Березовского КПРФ может собрать много денег просто потому, что на кандидата коммунистов поставят, как на лошадь. Я понимаю, что есть соблазн сказать, что они тупые, они ортодоксы, и это внешне будет правильно, но это не анализ. Самая большая проблема КПРФ в том, что там очень сложно пробиться новой мысли. Вот выступил недавно один из моих хороших знакомых Виктор Зоркальцев со статьей, и статья-то была очень аккуратная – и сколько же на него посыпалось критики и организационных решений. По моей информации, сейчас Зюганов смог задвинуть Купцова и Семигина и взять власть в свои руки. Последние годы он был попросту говорящей головой, теперь же он может раскручивать свою партию сам. Может быть, он сумеет решить проблему кадров. А проблема денег не так остра для коммунистов: многие из них уже при власти, и они очень многое могут делать бесплатно. По моим оценкам, даже без всякой помощи Березовского коммунисты сумеют собрать 50–70 миллионов на выборы – естественно, долларов. Да и административный ресурс – половина региональных законодательных собраний со всеми своими ресурсами будет работать на КПРФ.— А как же правые? — Правые слабее. У них есть постоянный электорат, который можно оценить в 7–15 процентов (в зависимости от социально-экономической ситуации в стране). Как-то этот электорат поделится между СПС, «Яблоком» и «Либеральной Россией». Я не исключаю, что на выборах «Либеральная Россия» может на два фронта разделиться – сторонников Березовского и его противников. Да и СПС и «Яблоко» вряд ли договорятся.Как они будут делить 7 процентов, меня очень интересует, потому что 15 процентов (я думаю, это максимальный теоретический предел, который можно получить правым в нашей стране) не будет в следующем году, социально-экономическая ситуация этому не способствует.Есть и другие партии второго эшелона. Надо понимать, что у Жириновского всегда будет 4,5–5,5 процента сторонников.Есть «Народный депутат», которая как партия, на мой взгляд, имеет почти нулевые электоральные перспективы. Но зато там есть огромное число кандидатов–мажоритарщиков. В итоге «Нардеп» может провести, скажем так, 30–40–50, а может, даже 60 кандидатов. В регионах их активность заметна.[b] О «Единстве»[/b] – Что же с «Медведем»? – Есть две слабые стороны у «Единства», которые надо немедленно исправлять. Во-первых, нет явной идеологии, потому что это была пиар-кампания группы депутатов с бешеным финансовым и информационным ресурсом, но не пиар-кампания партии. Во-вторых, «Единству» нужны люди – носители этой идеологии. Люди, не случайно подобранные региональными функционерами или назначенные откуда-то, а люди, которые бы смогли отстаивать эту идеологию. Можно нанять за большие деньги пиар-кампанию и можно вкачать в нее большое количество ресурсов, но этим не заменишь идеологическую деятельность.– В свое время Черномырдин говорил, что «раскрутить можно и телеграфный столб».– Виктор Степанович – большой фантазер и выдумщик. Свой предел «телеграфного столба» он получил в 1995 году – 10%.– Разве нынешнее «Единство» не является «телеграфным столбом»? – Нет, потому что интуитивно сторонники «Единства» нащупывали моменты, которые играют огромную роль для гражданина России: политическая стабильность, сильное государство.Другое дело, что они, как та самая собака, которая все понимает, а сказать не может.– Те люди, которых «Единству» не хватает, – так их везде не хватает… – Потому что это потенциальные государственные деятели, способные реализовать две основные функции: ответственность и стратегический прогноз. Все остальное прилагается. А если нет ни первого, ни второго, если человек не может ни стратегически выстроить концепцию развития государства, ни нести ответственности, то получается бардак — хоть в партии, хоть в государстве. Нет у нас концептуальной власти, нет органа, который в нашей стране за это отвечает. [b]О Госсовете [/b]– Возьмем такой орган, как Госсовет. Он, вроде бы, собирается как раз для этого, там обсуждают, потом расходятся по регионам – и все.– Когда я предлагал создать Госсовет в 1996 году, я предполагал вхождение в него не только представителей регионов, но и руководство некоторых партий и руководство правительства, чтобы они могли согласовать свои позиции. Тогда вся процедура согласования законопроектов резко сокращается. Сегодня она занимает в лучшем случае полгода, а на самом деле — годы. Сейчас процесс принятия решения у нас идет строго последовательно – но если свести все ветви власти, то его можно запараллелить, всю процедуру сократить до нескольких дней и сразу запускать его в реализацию.– Это вы мне какие-то сказки рассказываете.Сейчас губернаторы высказываются по теме Госсовета, что-то возражают, им указывают, что надо чем-то поступиться, они на словах поступаются, а затем, выйдя из Кремля, снова вспоминают свои возражения и начинают реализовывать их в другом месте и в другой форме.– Я согласен, что чаще всего так и бывает, но ято говорю не о том, что есть, а о том, что надо.Предположим, что собирается вот этот самый Госсовет, и не в Кремле, а в где-нибудь Сосновом Бору, сидит там день, решает принять такой-то закон в таком-то виде. После этого лидеры фракций едут в Думу, где все это голосуется, а правительство тут же начинает выполнять эти решения.– Вспомнил я, как это называется: советская власть.– Не согласен: советы народных депутатов только штамповали решения, которые принимались в другом месте.– А сейчас разве нет этого другого места? – Мы с вами, видимо, говорим о разных вещах.И все-таки, на мой взгляд, Госсовет и сейчас эффективный орган: можно ключевые вопросы обсуждать в присутствии друг друга и президента. И президент воспринимает аргументы. [b]О Госсовете и правительстве[/b] – Не кажется ли вам, что ветви власти — какие-то прутики по сравнению со стволом – президентской властью? – Нет, не кажется. У нас – по Конституции 1993 года, которая, кстати, мне не нравится, и я за нее не голосовал, но я ее признаю – есть разумное распределение властей. У нас сложилась президентская республика, когда законодательный орган власти отвечает только за принятие закона.То же самое, что в американском конгрессе, за исключением одного: сенат там утверждает довольно большое количество должностей. Одного моего хорошего знакомого, которому был лично обязан президент, не назначили послом в одну страну, куда он очень хотел поехать, потому что комиссия и комитет Сената решили, что ему рановато становиться послом. Я считаю, что первые 1,5 тысячи должностей в стране должны согласовываться и утверждаться Законодательным собранием. А все остальное вполне соответствует теории разделения властей.– Теории – да. Но практике? Возьмем Думу: там, конечно, много интересного происходит, но, по большому счету, это штампующий решения орган.Да и правительство у нас сейчас вполне техническое.– Не согласен. Касьянов сплошь и рядом принимает политические решения. Другое дело, что, скажем, он не приказывает и не определяет внешнюю политику, которая, по Конституции, принадлежит президенту, или не в такой уж степени влияет на военную политику государства.Но это было всегда. Но уж точно Касьянов определяет экономические и финансовые вопросы, и никто другой. Администрация в это дело не вмешивается, я это точно знаю. Так что не техническое у нас правительство. Я вижу слабость в низких амбициях правительства. Четыре процента роста ВВП – такими темпами мы будем догонять остальной мир лет сто пятьдесят. Мы можем обеспечить рывок в размере 10–15% годового прироста, в первую очередь за счет развития образования. Вот наша реальная проблема: правительство отстает от осознания необходимости технологического рывка.– Вот поэтому оно и техническое, раз реагирует на сиюминутные потребности и упускает главное.– Происходит одно и то же. Я уже устал от того, что бываю прав. В конце восьмидесятых я говорил: вы занимаетесь ерундой, а вам нужно заниматься стабилизацией финансов. До этой идеи они дошли в 1993-м и занимаются до сих пор, хотя сейчас приоритет уже другой. Но они до сих пор все силы кладут на финансовую стабилизацию и макроэкономику – а сейчас нужен технологический скачок.– Его есть кому делать?– А это уже не моя забота, а власти. Я могу привести массу примеров, когда назначаются люди, в принципе не способные что-то изменить.– Возьмем Грефа: способный человек? – Да.– Зашился? – Зашился, причем самостоятельно. Он «трудоголик» и просто взял на себя непосильный груз. Ему надо заниматься более крупными вопросами, а не текущей деятельностью Минэкономразвития.[b] Об умных, глупых и элите [/b]– Но ведь предшественники у Грефа в Минэкономики тоже были люди умные – взять тех же Ясина или Уринсона. И все зашивались.– Вопрос не в этом, глупый человек или умный. Умный человек может еще больше вреда нанести, чем глупый. Рейган, например, никогда не был умным человеком и работал 2 часа в день. Но этого было достаточно, чтобы экономика США развивалась хорошо. И вообще ситуация в мире для США развивалась блестяще – Рейган не влезал в детали, не влезал в мелочи. Самая главная наша проблема – это наша так называемая элита.Ее надо выращивать годами, десятилетиями, как в США. Тогда она совершает мало ошибок… – Как тот газон, который надо стричь триста лет.– Надо хотя бы тридцать, хотя бы десять. А когда она не выращивается, не готовится, происходит катастрофа. Наша проблема главная… – Вы лично растите? – У меня таких ресурсов нет. Хотя если посмотреть… Люди, которые вышли отсюда, занимают сейчас очень солидные места и в правительстве, и в администрации. Не буду называть их имен.– Почему вы такой стеснительный? – Нельзя об этом говорить. Мало ли кто когда и кем работал.– Вы же не Березовский, контакты с вами не являются чем-то предосудительным.– Да, я не Березовский, это верно. Приведу пример: один из моих помощников рассматривался на должность заместителя министра. Его не утвердили, потому что у него в трудовой книжке была запись «помощник». Так и проработал несколько лет «и.о.» замминистра, но утвердить не смогли.– Страшная судьба… – Жизнь-то по-разному поворачивается. Когда травили демократов, у меня работали десятки демократов. Потом стали травить коммунистов – и у меня был наплыв партийной элиты. Надо же им было где-то работать.

Владимир Замской: «Мы хотели сделать праздник»

С 4 по 7 января они жили в комфортабельной московской гостинице, общались между собой, исследовали наш город и совершенствовали свои знания русского языка. О произошедшем мы попросили рассказать организатора олимпиады, генерального директора Московского издательского и мультимедийного центра «Русская филология» Владимира Замского.– Владимир Яковлевич, идея проведения Международной открытой олимпиады школьников по русскому языку принадлежит Вам. Когда и как она возникла? – Идея возникла три года назад. Еще до того, как проект стал финансироваться правительством Москвы, мной были созданы специальные структуры: Международная школа дистантного обучения и Благотворительный фонд поддержки дистантного обучения. Я зарабатывал деньги, вкладывал их в эти проекты и собирал базу данных. Наконец, с идеей международной олимпиады школьников я пришел в Департамент образования, где меня поддержала Лариса Евгеньевна Курнешова. Проект был включен в план мероприятий правительства Москвы по оказанию помощи соотечественникам, им занялся Департамент международных связей. Когда появилось финансирование, стало гораздо легче дышать, потому что поднимать это все самому, на голом энтузиазме, было просто архитяжело.– В чем суть идеи подобной олимпиады? – Это организация глобальной интеллектуальной игры, предмет которой – русский язык. Разработана модель, по которой издается интерактивный научно-популярный журнал по русскому языку «Светозар». Уже вышло 4 номера журнала.Журнал имеет несколько функциональных блоков. Первая рубрика – «Город чудный, город древний». Это творческий конкурс, он содержит рассказы о Москве, и детям даются задания, связанные с этой тематикой. Второй блок – чисто филологический. Кроме того, в журнале есть рубрика «Лингвоигротека», посвященная различным играм, таким, как ребусы, загадки. Есть рубрика «Веселые странички для брата и сестрички». И, наконец, еще один блок, который был в трех номерах журнала – это семейный кроссворд с вопросами по русскому языку, по русской литературе для всей семьи. Начиная с четвертого номера журнала появилась новая рубрика «Почта Светозара», где публикуются письма детей, и корреспондентов у нас нашлось немало.Сам журнал получился красивый. К его созданию были привлечены лучшие силы: например, Институт русского языка. Мы все время в поиске новых решений по содержанию, по форме преподнесения материала. Судя по переписке, дети довольны.– В чем заключается особенность заданий олимпиады? – Мы не повторяем школьную программу. Мы стараемся преподать материал, расширяющий знания о русском языке, популяризирующий русский язык и формирующий интерес к изучению русского языка. Девиз мы выбрали: «Проверь себя, поверь в себя».Каждая лингвистическая рубрика содержит задания трех уровней сложности. Участник олимпиады выполняет задания по своему выбору. Он может выполнить все задания или задания только из той рубрики, которая ему интересна. На сегодняшний день мы получили около 700 работ. Все они проверяются и оцениваются по определенной шкале: первый уровень сложности 10-балльная шкала, второй уровень – двадцатибалльная и третий – тридцатибалльная шкала. Работы проверяют профессиональные педагоги.– Как происходит вовлечение детей в олимпиаду? – У нас разработана специальная анкета, она рассылается через организации соотечественников за рубежом, через учителей русского языка и таким образом раздается детям. Каждый заполнивший анкету автоматически становится получателем журнала и участником олимпиады. Потому олимпиада и называется открытой, что участие в ней может принять любой школьник стран ближнего зарубежья. На сегодняшний день мы получили в общей сложности больше пяти тысяч таких анкет. Суммарный тираж журнала составил 15 тысяч экземпляров. Русская община Украины проявила большую активность и вовлекла в участие в олимпиаде большинство детей из русскоязычных школ.– Как происходит отбор победителей? – По каждой стране составляется рейтинговая таблица. Участвуют дети из всех 14 бывших республик СССР, сейчас к олимпиаде подключились еще дети из Болгарии.По итогам трех туров были выбраны пропорционально общему числу участников от каждой страны ребята, которые приглашаются на очный тур. От Украины получилось десять человек, от Литвы – шесть, от Эстонии и Латвии – по два человека, от Казахстана – три человека, от Молдовы один человек. В общей сложности – 44 человека.Когда решался вопрос о приглашении участников на очный тур, мы исходили из желания работать со всей семьей.Идея заключается в том, что издается журнал и рассылается адресно в семью ребенка, заинтересованного в участии в этой игре.– Общаясь с ребятами, мы очень часто слышали слово «сюрприз». В чем этот сюрприз заключался? – Во-первых, они не ожидали всерьез, что их пригласят в Москву. Многие родители считали, что это шутка. Они звонили и спрашивали, где гарантия, что им компенсируют оплату за проезд. Ребята долго ждали приглашения, а оно все не приходило. Потому что сначала планировалось, что очный тур пройдет в ноябре, но по ряду обстоятельств его перенесли на январь. Другая неожиданность была, что детей пригласили с родителями.Честно говоря, весь очный тур мы построили, как некий сюрприз. Ребята ожидали, что сейчас придут, посадят за парту, дадут ручку, скажут расставить знаки препинания или вставить пропущенную букву. Никто этого не делал. Была атмосфера праздника: концерт мастеров искусства, интеллектуальная игра «Поверь в себя, проверь себя», которую вел Владимир Георгиевич Белкин из Клуба Знатоков, дискотека и, наконец, «Елка» мэра. Конечно, ребята устали, они не привыкли к такому ритму.Вообще хотелось сделать им праздник. Когда было награждение, все получили подарки от имени правительства Москвы. Каждому участнику достался толковый словарь русского языка Ожегова и русский орфографический словарь. Я думаю, праздник получился. Мы дали ребятам такое творческое задание: написать новогоднюю открытку Мэру Москвы и москвичам. И были потрясающие, совершенно чудные работы, эмоциональный порыв со стороны детей.

Владимир Березовский: «Донбасс готов принять московских инвесторов»

- Вы представляете исполком Донецкого горсовета в Москве, являетесь первым заместителем постоянного представителя. Каковы функции постоянного представительства, чем занимаетесь вы и ваши коллеги? – Представительство работает в тесном контакте в первую очередь с Департаментом международных связей правительства Москвы, который развивает отношения с регионами Украины.Правительство Москвы в свое время подписало соответствующее соглашение с Донецким исполкомом городского совета, и с тех пор мы отрабатываем вопросы экономических отношений, торговли, культуры. Недавно была создана рабочая группа, которая состоит из первых заместителей ключевых департаментов правительства Москвы, депутатов Мосгордумы (в частности, Ирины Михайловны Рукиной, курирующей соглашение между Москвой и Донецком), руководители ряда предприятий Москвы. С донецкой стороны в нее входят первый заместитель мэра Николай Волков, руководитель главного экономического управления Николай Дурницкий, ключевые предприниматели Донецка (например, гендиректор Донецкого металлургического завода Александр Рыженков), президент Донецкой ТПП Геннадий Чижиков, директор центра антикризисного управления Александр Ананченко и руководитель специальной экономической зоны Донецка Станислав Васковский. В конце января планируется поездка московской делегации в Донецк, которая изучит возможности ряда взаимовыгодных проектов. А представители Московской городской думы уже провели в Донецке совместное заседание для разрешения законодательных сложностей – в частности, таможенных барьеров.– Но ведь многие проблемы лежат на межгосударственном уровне.– Мы в Донецке надеемся на помощь нового премьера Украины Виктора Януковича, который всегда, еще в бытность донецким губернатором, был за сотрудничество с Россией, с Москвой. К слову, именно благодаря ему государственная администрация Донецкой области также имеет свое активно действующее представительство в Москве.– А чем в экономическом смысле может быть интересна Москва Донецку и Донецк Москве, какие отрасли затронет экономическое сотрудничество? – Мы надеемся, что те производства, которые сейчас в силу разных причин не востребованы на Украине, – и в первую очередь наукоемкие технологии. Уже есть несколько пилотных проектов, которые заинтересовали правительство Москвы. В случае их реализации экономический эффект получит и Москва, и Донецк, да и Украина в целом.– Чем привлекательна специальная экономическая зона Донецка для московских предприятий? – На основании закона Украины о специальных экономических зонах, в частности Донецкой, инвестор при вхождении в эту зону и внесении определенной инвестиционной суммы для реализации проекта, который в обязательном порядке будет рассмотрен экономическими структурами Донецка (а также правительством Москвы, если это совместный проект), получает большую льготу в налогообложении.Выгода Донецка в том, что в регион привлекаются инвестиции.– Какие отрасли у вас наиболее заинтересованы в инвестициях?– Любая из отраслей – были бы грамотные, взаимовыгодные проекты.– В Москве живет и работает много выходцев с Донбасса. Поддерживает ли с ними связь постоянное представительство Донецкого горисполкома? – Собственно, благодаря землячеству и родилось постпредство, было подписано соглашение между Москвой и Донецком – одним из его инициаторов было землячество Донбасса. Его возглавляет Николай Лунев – в советское время он занимал ведущий пост в Госснабе СССР, а после сумел собрать воедино многих земляков-донбассовцев в Москве. Сейчас землячество очень успешно работает с общественными организациями города, с другими землячествами и с руководством правительства Москвы. Донбассовцы – специфический народ, который не привык сидеть сложа руки, и поэтому донбасское землячество – одно из наиболее успешно действующих в Москве. К примеру, в Совете Федерации работает донбассовец Александр Назаров – бывший губернатор Чукотки.Недавно он встречался в Москве с мэром Донецка Александром Лукьянченко, скоро сам приедет в Донецк с визитом. На встрече они обсудили некоторые акции, связанные с годом России в Украине, в частности 125-летие полярного исследователя Седова, который является уроженцем города Мариуполь, расположенного неподалеку от Донецка.Мы надеемся, что в этом году барк «Седов», один из крупнейших в мире парусников, придет в порт Мариуполь. Вы представляете, что это будет значить для Донбасса.

Европа снова занимается умиротворением агрессора

[b]На вопросы нашего корреспондента отвечает заместитель директора Института стран СНГ, участник круглого стола «Современные проблемы постъюгославского пространства и позиция России» Владимир ЖАРИХИН.— Владимир Леонидович, в чем смысл этого «круглого стола», есть ли он?[/b]— Есть, и большой. Дело в том, что последние десять лет мы занимались нашими внутренними делами, а оказалось, что такая страна, как Россия, да и любая страна мира долго только внутренними делами без ущерба для себя заниматься не может. Мы растеряли старых друзей и не приобрели новых. И теперь мы должны начать обустраивать мир вокруг себя, в том числе понять, кто нам друг, кто нам враг, а кто так себе. И вот здесь Сербия для нас, безусловно, друг. Нам надо понять их проблемы и постараться, чтобы они поняли наши.[b]— Формы поддержки, которые может оказать Россия Сербии, понятны. Чем Сербия может помочь России?[/b]— Тем, что будет ее другом. Нас все время шпыняют, что у нас все друзья какие-то... вроде Северной Кореи. Так вот, Сербия может быть демократической, современной страной и при этом другом России.Кроме того, мы сталкиваемся с очень похожими проблемами. Косово и Чечня – явления одного порядка.[b]— Однако Россия ведет в отношении этих двух проблем себя совершенно по-разному. В частности, в вопросе о Косово она пошла на компромисс с Западом.[/b]— Не очень конструктивно нам апеллировать к духовным ценностям европейцев и американцев, потому что они присущи отдельным людям, а не государствам. Среди государств царят такие же законы, какие были и в двадцатом, и в девятнадцатом веках. Надо понять рациональный смысл их поведения и отстаивать смысл своего поведения так, чтобы для своей страны была максимальная польза. Наверное, Черчиллю было не очень легко принять решение дружить со Сталиным, но он принял его, потому что понял, что Гитлер больший враг, чем Сталин. Мы не найдем ни одного идеального партнера в мире, и США не идеал, но сейчас нам по пути.[b]— То есть если руководствоваться логикой и искать тех друзей, которые выгодны, то России правильно пожертвовала Сербией ради дружбы с США?[/b]— В тот момент Россия больше, чем она сделала, сделать не могла в силу своей государственной слабости.[b]— В Сербии это понимают, или там скорее присутствует разочарование Россией?[/b]— Там, безусловно, присутствует разочарование Россией. Кроме того, этот друг сейчас занят своими «семейными» проблемами и не очень обращает внимание на происходящее вокруг. Но других друзей у него вообще не оказалось. Рано или поздно его прибьет к нам.[b]— Как вы думаете, сколько лет мира могут обеспечить дейтонские соглашения и соглашения по Косово?[/b]— Боюсь, очень недолгий. В своем выступлении на «круглом столе» я проводил аналогии с Мюнхенским соглашением. Тогда чехословацкого президента Бенеша вынудили отдать Судетскую область Германии, после чего английский премьер Чемберлен приехал в Лондон и с трапа самолета сказал: «Я привез мир Европе». Это был 1938 год. Я не говорил этого залу, но присутствовавшему там брату Милошевича было бы приятно: наверное, по Бенешу Лига наций тогда не устроила трибунал только потому, что не успела – началась война.А пропаганда была такая же: «Бенеш – тот человек, который не хочет отдавать Судеты немцам, он ввергает Европу в мировую войну! Гадкий, мерзкий Бенеш!» Мы это забываем, а проблема есть. Проблема сосуществования разных этносов существует.[b]— Что должно произойти в Европе, чтобы она осознала угрозу исламского радикализма?[/b]— Об этом до грубости образно сказал в Брюсселе президент Путин. Его тоже, видимо, достало, что в беседах с ним европейцы как бы не слышат, что происходит. Один югослав говорил на «круглом столе», как в Косове в иконы, в шедевры стреляли из автоматов, а Запад этого не слышал. Они настолько берегут свою обустроенную Европу, что не слышат.[b]— Может быть, в Европе сейчас уже достаточно много мусульман, и они вынуждены учитывать их политические интересы – это группа влияния?[/b]— И точно так же в Европе в 30-х годах было достаточно много приверженцев фашистской идеологии, в том числе во Франции и в той же Великобритании. И из-за них продолжали «умиротворять»... и чем дело кончилось? Мюнхенский синдром снова угрожает Европе, и может быть поэтому такая неадекватная реакция нашего президента была вызвана тем, что он перед этим с ними побеседовал и наслушался этой «политкорректности до последнего европейца». Но дело все-таки не в исламе. В 30-х годах нашли наиболее обиженные страны – Германию и Италию, а сейчас наиболее молодую религию, которая не переболела многими проблемами экстремизма.[b]— Здесь я бы с вами поспорил. Если взять, к примеру, историю Саудовской Аравии, то кто ее основал и почему она Саудовская? 1925 год, главарь ваххабитов ибн Сауд захватывает Мекку и объявляет себя королем.[/b]— Даже ваххабизм может быть просто использован, как обычный ислам. Экстремистские идеи сейчас ищут свою реализацию именно в исламе. И это опасность, которую увидели Соединенные Штаты. После 11 сентября они отошли от мюнхенской модели умиротворения и потому расходятся сейчас с Европой. И мы, цинично говоря, должны это сейчас использовать.[b]— Какие, кроме США, у нас могут быть сейчас союзники?[/b]— Безусловно, Индия и Китай. Это страны, заинтересованные во внутреннем развитии, а не во внешней экспансии.[b]— То есть вы не считаете китайскую угрозу существенной по сравнению с исламской?[/b]— Осенью 1999 года я был в США и говорил там с одним конгрессменом от штата Техас, другом семьи Бушей.[b]— Это как раз тогда, когда вся Америка ловила китайских шпионов...[/b]— Да. Я говорил ему, что у нас основной враг – исламские экстремисты и надо объединяться, а он мне: «Да какой ислам! Они у нас все контролируются! Вот китайская угроза – это да!» Это всего за два года до атаки на небоскребы и полное непонимание реальных угроз для США. Я пытался ему говорить, что мы видим, потому что рядом с ними живем...[b]— Если бы Сомали был одним из штатов США, они бы, наверное, поняли это раньше.[/b]— Совершенно верно.[b]— Как вы считаете, насколько реален вариант Югославии и Косова в России?[/b]— Абсолютно реален. Извините, а чем отличается Хасавюрт от Дейтона?[b]— Тем, что после этого не бомбили Москву.[/b]— Только потому, что у нас есть ядерное оружие. А так политически было сделано все для умиротворения агрессора, только не на территории Косова, а на территории Чечни – предоставление независимости де-факто.[b]— Ваш прогноз: где будут горячие точки через десять лет?[/b]— В Европе. Франция, Голландия, та же самая Дания, Германия... Полыхнет. Если они будут продолжать то, от чего не только мы сатанеем от чего уже американцы сатанеют. То, чем они сейчас занимаются, это борьба за политкорректность до последнего европейца. Отличие от 30-х в том, что тогда полыхнуло сразу, а здесь, так как агрессор еще не захватил ни одной из стран, а только часть религии, то у него ресурсы медленнее накапливаются. Причем не стоит думать, что в Европе будет примитивная война с исламом. Может, нынешние европейские исламисты спровоцируют нечто подобное 30-м годам. Хайдер-то не на пустом месте появился, и Ле Пен тоже.Пока проблемы зажимаются бесконечной политкорректностью, европейский консерватизм может выродится в европейский национализм и в конечном счете нацизм.[b]— Что же делать Европе?[/b]— Возьмем нас. На территории европейской части России в свое время было всего 10% славян. Дело не в том, какая кровь у человека, а какая у него этическая система. Европе нужно, чтобы те люди, которые туда приезжают, принимали ее этические нормы. Пока же, по-моему, они не справляются с этой задачей. Европа просто не переваривает потоки эмигрантов, и они живут на ее территории по своим обычаям и правилам. Далеко не европейским.

Погреб с сырым порохом

[b]Профессор исторического факультета МГПУ Евгений Николаевич ПАШЕНЦЕВ находился в командировке в Болгарии по приглашению Болгарского геополитического общества. Прочел цикл лекций перед студентами Военной академии имени Раковского, а также в университетах Софии и Варны.— Болгарию почти не затронули события вокруг бывшей Югославии, но она, как ее ближайшая соседка, не могла не измениться. Так что нового в Болгарии?[/b]— С 1990 года, когда я был там последний раз, изменилось многое. Хороший сервис, внимание к иностранцам, но много и проблем, очень похожих на наши, — болезни переходного периода. Безработица, низкий уровень жизни населения, высокий уровень преступности, быстрый рост численности цыганского меньшинства (их уже больше 5% населения, и трудоустроить их практически невозможно)...Конечно, есть и желание преодолеть эти проблемы, причем вместе с Россией. Там любят приводить слова: «Россия без Болгарии может существовать, Болгария без России — нет». Я думаю, что и Россия не может разбрасываться своими друзьями, как мы поступали последние годы. Дружба с Болгарией добыта кровью — в марте будущего года мы будем отмечать 125-летие освобождения этой страны от турецкого владычества русскими войсками, и ожидается, что президент Путин приедет в Софию на торжества. Однако вернемся в современность. 20% болгарского импорта — из России, в то время как сюда идет всего 1,5% экспорта. Это мизер для таких традиционных партнеров... Да и мы могли бы поставлять болгарам не только нефть и газ. Конечно, станции «Лукойла» по дороге из Варны в Софию выглядят прекрасно, но мы могли бы сотрудничать в высокотехнологичных отраслях...[b]— На время вашего визита пришлась и замечательная история, в точности соответствующая пословице «Дружба — дружбой, а табачок врозь».[/b]— Да, делом «Булгартабака» была полна болгарская, да и российская печать. И вряд ли оно закончено. Но тем не менее и премьер Симеон Саксен-Кобургский, и президент Пырванов подчеркнули, что экономические разногласия между странами есть, и очень серьезные, однако они не должны мешать положительной динамике политических отношений.Вдумайтесь: летом в Москву приезжает премьер, а в сентябре — президент Болгарии. Это совершенно не похоже на тот период, когда мы, казалось бы, не обращали внимание на существование друг друга.[b]— Но в то же самое время был введен и визовый режим...[/b]— К сожалению. Знаете, чем это обернулось для самой Болгарии? За прошедший год они потеряли 60 миллионов долларов от сокращения притока российских туристов. Разве это мало для больной экономики Болгарии? Она ничуть не более здорова, чем российская. И им, и нам надо выздоравливать, и вместе это сделать легче.[b]— Странный тезис. Сложно выходить из кризиса вместе с конкурентом. Ведь, по сути, все страны бывшего соцлагеря являются конкурентами, с точки зрения погони за инвестициями, да и по многим другим параметрам...[/b]— Безоблачного будущего, конечно, не может быть. Речь идет о том, что Болгария заинтересована в наших туристах, и всегда будет в них заинтересована. Здесь мы не конкуренты. Болгария может стать транзитной страной для российской нефти и газа, да и других товаров, если они пойдут морским путем — так чем же она конкурент? Скорее все-таки партнер.Конечно, можно найти то, что нас разделяет, но ведь и объединяет нас немало совпадающих интересов.[b]— По-моему, Болгария все-таки считает, что ее интересы больше совпадают с интересами Евросоюза.[/b]— Это так и будет, если Россия не выйдет из кризиса. Но давайте всетаки будем оптимистами... А Евросоюз, конечно, притягателен. Когда я выступал перед студентами, я сперва спросил их — на каком языке мне читать лекцию, на русском или на английском. Из 40 человек 35 проголосовали за английский. Но даже те 35 человек, которые не знали русского языка — он перестал быть обязательным предметом в школах давным-давно — хотели знать о России как можно больше.[b]— Все ли болгары заинтересованы в сближении с Евросоюзом?[/b]— В той или иной степени. Но в то же время, к примеру, у интеллигенции есть очень тревожное чувство — они опасаются чрезмерной вестернизации их страны. Ведь очевидно, что традиционные культурные ценности болгар куда ближе русским, чем, к примеру, англосаксам, которые по сути не ощущают их ценности. Поэтому тревога их утраты у интеллигенции есть. И это ощущение сейчас усиливается, так как от Запада не удалось получить всего, на что рассчитывали.[b]— Как в Болгарии относятся к не очень давней операции против Югославии?[/b]— Сказать, что это занимает умы болгар, нельзя. Их куда больше занимает македонская, в меньшей степени косовская проблематика. В последнее время всплыли многие неурегулированные споры между балканскими странами, которые в рамках Варшавского договора были несущественны. И эти споры являются питательной средой для развития ультранационалистических сил, которые есть и в Болгарии, и у ее соседей. Не могу сказать, что сегодня они определяют политическое лицо Болгарии и ее соседей, но что будет завтра? В начале прошлого века Балканский полуостров называли пороховым погребом Европы. Сейчас я бы назвал его погребом с сырым порохом.[b]— Порох — это такая субстанция, сырость которой трудно определить, разве что экспериментальным путем.[/b]— Будем надеяться, что он сырой.

Идеи Генриха Наваррского – в жизнь!

Примерно четыреста лет назад популярный в России французский король Генрих IV Наваррский (муж «Королевы Марго», если кто не помнит) сформулировал одну из самых ярких в мировой истории продовольственных программ. «Желаю, – говаривал монарх, – дабы каждая французская семья могла на рождество есть курицу»... ну или что-то вроде того. Как и у его идейных последователей из СССР, эта продовольственная программа при жизни короля с треском провалилась. Однако теперь не только французская семья, и не только в праздник... Казалось бы, все прекрасно? Не все.Россия сейчас действительно насыщена курятиной по самое не хочу. Мороженые цыплята пересекают по пути к нам Атлантический океан: не успели наши власти ограничить ввоз «ножек Буша», как резко вырос поток курятины из Бразилии. Заокеанская птица дешева: некоторых выращивают там, где зимы нет вовсе; а там, где иногда холодает, правительство так поддерживает фермеров, что цена на их продукцию падает чуть ли не до отрицательных величин. Но в «путешествии за три моря» пернатым, точнее ощипанным, приходится несладко – глубокая заморозка превращает их из лакомства в еду, а то и в пищу. Разницу между этими понятиями россияне узнают все лучше, потому что на рынке все чаще и чаще начинает появляться отечественная охлажденная курятина.Скажу сразу: она дороже. Потому что лучше. А если учесть новые технологии, внедряемые сейчас на передовых предприятиях отрасли, то гораздо лучше. К примеру, на Петелинской птицефабрике АПК «Михайловский», входящего в холдинг «Черкизовский», закупленное у голландцев (которые, кстати, сами не очень-то едят мороженое мясо) оборудование стоимостью в 12 миллионов долларов позволило увеличить срок хранения птицы с трех дней до 9, а также сделать многое другое. К примеру, применяемая на других фабриках технология убоя птицы сильно травмирует их психику, что сказывается на качестве мяса. Повышение частоты импульсов электроглушения в восемь раз, примененное на Петелинской фабрике, и резкое уменьшение контактов птиц с людьми сняло эту проблему. Если раньше путь бройлеров от попадания на конвейер до товарного вида занимал три и более часа, то теперь – только полтора, причем за эти полтора часа их почти не касаются человеческие руки.Но до попадания на этот конвейер бройлер проживает целую жизнь, которая в общей сложности тянется около двух месяцев.Сперва 18 дней яйцо лежит в инкубационном шкафу, затем три дня в выводном, где из него вылупляется породистый цыпленок. Через сутки он отправляется в птичник, где в течение 38 дней поедает полезные гранулы с витаминами, но без применяемых некоторыми птицеводами антибиотиков. Когда приходит время, птицы отправляются за пять километров в цеха – именно такое «санитарное» расстояние рекомендовано экспертами для разделения производственных процессов. А уже из цехов они в виде запакованных тушек и полуфабрикатов уезжают к москвичам на собственных авторефрижераторах Петелинской птицефабрики – там они находятся при правильной температуре.В том, что они знакомы москвичам, я убедился уже по возвращении с экскурсии по фабрике. В разговоре с родителями мельком упомянул, где был, и услышал в ответ: «Так это знаменитая фабрика!» Что ж... пять лет назад эта фабрика была знаменита со знаком «минус» – каждый вложенный в нее рубль давал 26 копеек убытка, оборудование тридцатилетней давности работало через пень-колоду, а трудовой коллектив разбегался куда глаза глядят в поисках зарплаты.Но в 1997-м предприятие попало в хорошие руки – ее судьбой занялся менеджмент холдинга «Черкизовский», а еще через год внутри этого гиганта отечественной мясной индустрии был создан АПК «Михайловский», специализирующийся как раз на птице. И завертелось: к 2000 году объем производства вышел на уровень лучших советских времен, а сейчас, после установки нового оборудования, должен превзойти их по итогам года более чем в два раза. А по сравнению с худшим годом кризиса рост производства – причем на новом качественном уровне – составляет почти 1000%. К тому же коллектив получает приличную, даже по московским меркам, зарплату, а работает – что нехарактерно для птицеводов – в одну смену: новое оборудование имеет огромный резерв мощностей, способно давать почти десять тонн живого веса в час. Так что родители правы: фабрика знаменитая.Конечно, не только хорошие руки тому причиной.Были и импортозамещение, произошедшее после дефолта, и помощь московского правительства, и банковские кредиты на развитие производства. Но эффект 98-го года уже почти сошел на нет, кредиты надо возвращать, а на одной помощи далеко не уедешь. Так что безоблачного будущего на Петелинской фабрике не ждут. Они лишь надеются на то, что правительство все-таки защитит внутренний рынок от импорта курятины, особенно дотируемой зарубежными правительствами. Они надеются, что у москвичей и других россиян разовьется вкус к качественному мясу, которое не может быть мороженым. И что им, как французам и прочим европейцам, а уж тем более американцам, уровень жизни позволит покупать курицу не только в праздник (пока же один американец съедает столько же куриного мяса, сколько три с половиной россиянина). А на то, что они вместе с другими фабриками в ближайшем будущем сумеют насытить внутренний рынок, пока что на треть зависящий от импорта, они не надеются. Они в этом не сомневаются.Впрочем, как я уже говорил, охлажденное петелинское мясо дороже «ножек Буша». Уточню: на двадцать процентов. Те, кто жарил окорочка, знают, что они ужариваются на эти двадцать процентов и даже больше, в то время как диетическое нежирное мясо подмосковных бройлеров, присутствующее на рынке под торговыми марками «Петелинка» и «Домашний ресторан», почти не теряет в весе. Вы еще сомневаетесь?

Волки, овцы и люди

[b]Года три назад на одном из удуговских сайтов я напоролся на статью о «русизме». Слово это в русский язык ввел еще Герцен, но автор статьи придал ему совсем другое значение – образ действий русского народа. Который, с точки зрения этого автора, сам поставил себя вне рамок цивилизованного человечества многочисленными преступлениями, а посему за «русизм» нужно судить, как за фашизм.[/b]«Сохранение неправедного завоевания даже ценой истребления чеченцев, стремящихся к естественной для любого народа национальной независимости, стало императивом перевернутого «добра» не только в устах лживых российских политиков, но и в массовом сознании русского народа, больного русизмом. Поэтому мы и говорим, что политика России по отношению к Чечне есть сатанизм, ибо этой политике не на что опереться, кроме раздутого имперского чванства, насилия и грубой лжи» – цитата из аналогичного источника.Кроме этого, в тексте расшифровывалось, чем же так плох русский народ. Пьянством, причем повальным. Тем, что бросает своих стариков на произвол судьбы. Продажностью. Трусостью – с точки зрения автора, русские готовы пойти на любое унижение ради сохранения своих жизней. Безверием и развратом. Жестокостью. Вывод, который делал автор из этих наблюдений, был, с его точки зрения, безукоризненно логичен: этих недочеловеков надо убивать, гнать с территории Чечни, обращать в рабов и заложников. Потому что ничего другого русские не заслуживают.Я читал все это без особой радости: да, в моем народе есть масса мерзости – алкаши, взяточники, трусы и садисты. Большинства они не составляют, но действительно есть. Как и в любом другом народе.Но вот что интересно – к своему народу автор текста оказался более снисходителен. Там тоже встречались разные проблемы, но они объяснялись войной, происками российских спецслужб и международного сионизма. А потому списывались со счета – при помощи шариатского суда, каравшего предателей.Удугова раньше называли чеченским Геббельсом, что вроде бы объясняло его победу над нашими пропагандистами в борьбе за общественное мнение. Но куда большую победу он одержал в борьбе за общественное мнение самой Чечни, заполнив образовавшийся после крушения коммунизма вакуум идеологии вот этим вот «антирусизмом».Как и в случае Геббельса, десятилетняя работа Удугова и компании не прошла даром: ее плоды созрели в голове ныне покойного Мовсара Бараева и до сих пор зреют во множестве голов разных других мовсаров. К тому же все бюллетени о ходе войны с той стороны описывали огромные потери «оккупационных банд» и считанных своих. Из-за этого выросшее с 1991 года поколение чеченцев свыклось с мыслью, что один боевик стоит десяти федералов, а если те иногда и побеждают, то только потому, что их больше и у них авиация есть. Но в итоге все равно победят чеченцы, потому что они – волки, а русские – овцы, пусть даже они иногда надевают волчью шкуру. Увы, многое в наших действиях подтверждало их веру в эту ущербную теорию.Не они первые так думали. «Зачем стадам дары свободы, вас должно резать или стричь» – мнение русского классика позапрошлого века о мирно пасущихся народах. Классик не был кровожадным, он просто так понимал реалии этого мира. Но не все реалии он знал. В это время в Англии овцы уже давно истребили волков и даже «ели людей» (так называли процесс огораживания, когда поля переделывали в более выгодные пастбища, невзирая на голод среди крестьян). Современный мир основан на экономике, в которую овцы (даже паршивые, с которой «хоть шерсти клок») вписываются, а волки – извините, нет. Поэтому обречены волки, а не овцы.И тем не менее мы, русские, не настолько овцы, как думают обудуговленные чеченцы. К счастью, мы уже не волки, которые десятилетиями были термоядерным пугалом для остального человечества, и чужая смерть для нас уже не ценнее собственной жизни. Но нам еще предстоит доказать себе и остальному миру, что мы – люди, что для нас есть вещи, которые мы ценим выше собственной жизни, что честь своей страны для нас не пустое слово. Без этого мы лишимся и чести, и жизни.В Театральном центре на Дубровке мы потеряли чуть ли не в два с лишним раза больше людей, чем они. Они могут счесть это своей победой. А значит, это далеко не последняя вылазка бандитов, и мы должны готовиться к новым хотя бы потому, что уроки из случившегося извлекут не только наши спецслужбы, но и противник. Мы еще только начали расплачиваться за ошибки Буденновска и Первомайского. И не надо себя успокаивать тем, что бандиты не имеют национальности.Бандиты не имеют и идеологии, а эти – имеют. Она не лучше нацистской. Но и не хуже. Шестьдесят лет назад наши деды победили нацизм.Дело за нами.

4 1/2 смерти

[b]Первый раз у нас в Москве убили губернатора. Дело было в пятницу на Новом Арбате. Конечно, раз не совсем первый: в той самой «России, которую мы потеряли», то есть до 1917 года, в губернаторов стреляли чуть ли не на каждом углу.[/b]«Всего за 1901–1911 гг. эсеровскими боевиками было совершено 263 террористических акта, их жертвами стали 2 министра, 33 генерал-губернатора, губернатора и вице-губернатора…» – сообщает энциклопедия. Но тогда убивали по большей части за идею, пусть и вредную, а теперь – вульгарно, за деньги.Не могу сказать, что Валентин Цветков был хорошим губернатором. Равно не могу сказать и то, что он был плохим. Магаданцам, которым я не являюсь, должно быть виднее. Единственное, что я могу сказать, – по большому счету, это убийство закономерно. Если большинство последних губернаторских выборов у нас проходит по одному и тому же сценарию – одна «акула капитализма» пытается загрызть другую «акулу капитализма» золотыми зубами – то было бы логично предположить, что кто-то из этих акул не пожелает ждать окончания срока губернаторских полномочий приглянувшегося ему региона. Рискну предсказать, что война за цветковское наследство будет не менее захватывающей, чем война за наследство Александра Лебедя. Сам же Валентин Цветков хоть «карасем» и не был, но в круг «акул» не входил.В тени гибели Цветкова осталась смерть человека, которому как никому другому подошло бы наименование «последний герой».Николай Рукавишников был одним из тех космонавтов, которые совершали новое, рискуя при этом жизнью. Так уж вышло, что я, будучи стажером в том институте, где в свое время учился Рукавишников, слышал рассказ об аварийной посадке космического корабля от того, кто ее когда-то совершил. И даже переводил его американским студентам, которые видели в сидящем перед ними человеке настоящего героя. То ли у нас исчезла эта способность, то ли просто смотрим не в том направлении, но когда в субботу в госпитале Бурденко сердце семидесятилетнего Николая Рукавишникова остановилось, Родина должна была бы на минуту встать и помолчать.Третья смерть этой недели – молодая и достаточно громкая. Сергей Гришин, 17 лет от роду, был у «Макдоналдса» на Юго-Западе, когда рядом с фаст-фудом взорвали «Таврию». То, что для своего замысла террористы избрали это жалкое детище позднесоветского автопрома, мне напомнило недавний теракт на Бали, унесший жизни около двухсот человек и, по данным следствия, стоивший лишь несколько десятков тысяч долларов его организаторам из «Аль-Кайды». Там взрывчаткой набили грузовик, так вот ее стоимость и стала основной статьей расходов террористов – сам грузовик и работа специалистов по установке и доставке взрывчатки оказались на редкость недорогими. Нет, не зря говорят про экономический кризис – работникам тротила и гексогена тоже приходится затягивать пояса.Как следствие – человеческая жизнь дешевеет.Но нельзя все время говорить о смерти. Надо и о чем-нибудь приятном. Так, на этой неделе вашингтонской снайпер промазал. Выстрел (двенадцатый с момента начала войны снайпера против человечества) поразил жертву в живот, но смертельным не оказался. Как считают американские аналитики, снайпер учился убивать в основном по Стивену Кингу. И очень хорошо, что не по Шамилю Басаеву: тогда бы поспешившим на помощь раненому пришлось бы куда хуже, чем самому раненому. Приятно, что ценный опыт из Чечни еще не стал достоянием мировой культуры.Приходя с работы домой и включая телевизор, мы с неизбежностью сталкиваемся там со смертью – как правило, в детективном сериале. И уже свыкаемся с мыслью, которая лежит в основе этого жанра: те, кто убивает, – люди, как правило, плохие, но и у них есть своя правда, пусть и неправильная, которую они выражают. И точно так же, как любое искусство рано или поздно впадает в анабиоз чистой формы, убийство, становясь все более и более привычным, перестает быть по своей сути преступлением – то есть попранием норм, принятых в обществе. Ведь то, к чему привыкло общество, и есть норма.В свое время – возвращаясь к «России, которую мы потеряли» – присяжные заседатели девятнадцатого века оправдали Веру Засулич, которая ранила генерал-губернатора Трепова. Тогда эти цивилизованные люди признали покушение на убийство средством самовыражения, а уж оно-то «достойно уважения». И вслед за ними мы маемся вопросами: «А что они этим хотели сказать?», «Должны же быть какие-то веские причины?» – как будто перед нами детектив, смысл которого – найти убийцу через его мотив. Но, узнав этот мотив, мы впадаем в старый соблазн: «Понять – значит простить».[b]Пока я работал над текстом, Интернет принес еще одно сообщение: в Израиле взорвали автобус, двенадцать погибших, множество раненых.Да и снайпер «исправился» тринадцатым выстрелом смертельно ранил еще одного американца. Мне совершенно неинтересно, кто эти погибшие и почему их взорвали. Но к тем, кто их убивает, я испытываю абсолютно враждебные чувства, и мне абсолютно неважно, кто он.[/b]

Зачем мы едем в Киев

[b]Наступивший октябрь будет «российско-украинским» месяцем. В ближайшее воскресенье в Запорожье Владимир Путин и Леонид Кучма должны отметить 70-летие ДнепроГЭСа и подписать соглашение по газовому консорциуму, которое наконецто поставит точку в давнем споре.[/b]А еще через неделю в Киев прибудет Юрий Лужков. Его визит откроет Дни Москвы в Киеве; ожидается, что в этом году они будут как никогда насыщенными.В Киеве Юрия Лужкова встретит его коллега Александр Омельченко, также являющийся председателем Ассоциации городов Украины. Два мэра посетят Национальный историко-культурный заповедник «Киево-Печерская лавра», вместе с послом России в Украине Виктором Черномырдиным проведут заседание совета делового сотрудничества.Кроме этого, намечены встречи московского мэра с киевскими ветеранами и участниками битвы за Москву, а также с президентом Украины Леонидом Кучмой.Но наиболее интересным для рядовых москвичей пунктом программы визита может стать церемония торжественной передачи и отправки в Москву киевского троллейбуса. Дело в том, что киевское предприятие КиГАЗ «Авиант», более известное как фирма Антонова, выпускает не только транспортные самолеты, но и сверхсовременные, износоустойчивые троллейбусы. Использование авиационных технологий (например, алюминиево-магниевых сплавов) позволило их сделать более экономичными, и хотя они несколько дороже тех, которые мы используем сейчас, их эксплуатация должна обойтись существенно дешевле за счет сокращения расходов на ремонт.Если говорить о политической составляющей визита, то и она может оказаться довольно интересной. И она напрямую связана с личностью мэра (городского головы) Киева Александра Омельченко. Изучив его послужной список, можно найти некоторые общие черты с нашим градоначальником.Главное занятие Омельченко – строить Киев. Немудрено, что это у него очень неплохо получается: по образованию он инженер-строитель, но поработал и по обычным строительным специальностям – был, например, бетонщиком. За исключением командировок в Афганистан и Армению, где он ликвидировал последствия Спитакского землетрясения, Омельченко проработал в своем городе и на его благо.Политическая активность киевского головы хорошо известна в Украине. На последних выборах он возглавил один из центристских блоков «Еднист» («Единство») и добился определенного успеха. Поддержка со стороны киевлян очевидна: 73% проголосовали за него на выборах мэра. В общем, в ситуации кризиса центральной, когда значительная часть украинской политической элиты занимает по отношению к президенту Кучме непримиримую позицию, именно с такими центристами-регионалами, как Омельченко, и стоит иметь дело.Конечно, отношения с Киевом нельзя назвать безоблачными. К примеру, в прошлом году к десятилетию дня независимости Украины к удивлению самих киевлян была переименована находящаяся над Майданом Незалежности гостиница «Москва» – причем в «Украину», хотя гостиница с таким названием в Киеве уже была. Но если искать соринки в глазах друг у друга, можно упустить из виду недопустимо много.Так что не стоит фиксироваться на разногласиях, а лучше вспомнить о том, что нас объединяет – об общей истории, экономике, культуре.С днями Москвы тебя, Киев!

Юрий Лужков о соотечественниках: Способность думать и действовать у нас есть

В феврале 2002 года состоялся первый круглый стол «Зарубежная диаспора – экономический потенциал России», на котором около 200 представителей деловых кругов российского зарубежья решили, что нужно собираться регулярно. И вот через восемь месяцев из-за рубежа прибыли уже 230 бизнесменов из 30 стран мира, к которым присоединились московские бизнесмены, руководители российских диаспор, члены Правительства Москвы и представители федеральной власти. Второй «круглый стол» открыл своей речью мэр.Юрий Лужков отметил, что первый «круглый стол» дал импульс экономическому сотрудничеству с диаспорой, и уже можно наблюдать его результаты. Правительством Москвы принята среднесрочная программа по работе с соотечественниками – «она имеет не только бумажную основу, ее значение можно увидеть по бюджету в 500 млн. рублей… Государственная власть (президент, Госдума) яснее позиционирует проблематику наших соотечественников за рубежом… Новые меры кажутся гораздо более эффективными, чем то хаотическое поле, та эклектика, которая была в течение десяти лет».Обращаясь к присутствовавшему на «круглом столе» депутату ГД Борису Пастухову, возглавляющему в парламенте профильный комитет, мэр порекомендовал предусмотреть ресурсное обеспечение программ поддержки соотечественников в рассматриваемом сейчас федеральном бюджете 2003 года.Экономические возможности сотрудничества России и зарубежья, с точки зрения Юрия Лужкова, сейчас уже есть: речь идет о стабилизации российского хозяйства и его текущем развитии.«Москва, пережив дефолт 1998 года, вышла на темпы роста экономики в 8% годовых – в 2002 ожидаем чуть ли не девятипроцентный рост… Но не только Москва, но и многие регионы очень прилично развиваются. Да Москва никогда и не хотела оставаться в гордом одиночестве – в том числе благодаря московским инвестициям формируются новые центры кристаллизации экономики… Мы начинаем осуществлять экспансию нашего капитала во многие российские области, и российское зарубежье должно учесть этот факт: через Москву, через ее гарантии можно работать с другими регионами России».Положительно оценив проводимые в стране реформы в налоговой сфере, Лужков привел ряд необходимых, с его точки зрения, мер для дальнейшего усиления инвестиционной активности населения: «Я делал предложение Владимиру Владимировичу Путину: пусть деньги, направляемые на покупку жилья, на первичные сельхозпредприятия, на образование, не подвергаются анализу через налоговые декларации. Если человек покупает квартиру, создает частный детский сад или предприятие, перерабатывающее первичную сельхозпродукцию, то ему надо дать возможность свободно это сделать, потому что государство никогда не вложит в эти отрасли своих ресурсов. А они там нужны. Не может Россия до бесконечности покупать половину потребляемого мяса…»Эти предложения уже внесены в Госдуму, так что в случае их позитивного решения соотечественники из-за рубежа смогут воспользоваться плодами возможных решений.Говоря об экономическом потенциале соотечественников, Юрий Лужков сразу разграничил их богатство и работоспособность: хотя в списке миллиардеров русских фамилий практически не наблюдается, но зато «кто в Америке работает программистами? Русские и, я не знаю почему, индийцы… Так что думать и действовать у нас способность есть, особенно когда возникает опасность, подавляющая нашу лень и заставляющая вращаться».Подытожил свое выступление Юрий Михайлович констатацией того факта, что во всем мире существуют системы льгот и преференций для бизнесменов-соотечественников, и город сейчас имеет возможность создать такую систему.Дело за их конкретными деловыми предложениями.

Я мясо видел в Экспоцентре

[b]Три часа блуждания среди рыбы, мяса и разнообразных приправ могут создать человеку массу проблем. Уже через полчаса я тихо проклинал редакцию, что меня, который и так не страдает недостатком аппетита, послали на выставку «WORLDFOOD 2002», которая проходила в Экспоцентре с 25 по 28 сентября.[/b]Даже трудяга-фотоаппарат постепенно приходил к убеждению, что портрет там или пейзаж – низкие и случайные виды искусства, а вот натюрморт – это да.Сильные мира сего, по словам выставочных завсегдатаев, на этот раз обошли пищевое «экспо» стороной – видимо, у них другие заботы. А может, и так знают, что эта отрасль хозяйства сейчас работает как часы и в дополнительной стимуляции в виде начальственных подпихиваний не нуждается. Нет, бума нет – ровные десять-пятнадцать процентов роста в год, что в два-три раза выше темпов роста ВВП. Конкуренция между собой, с одной стороны, и развитие потребительских вкусов – с другой, вынуждают пищевиков заниматься самым настоящим творчеством: изобретать новые упаковки, методы обработки продукции, а то и сами продукты.И это у них получается. Примерно треть из того, что демонстрировалось на выставке, я еще не встречал в магазинах, по которым судьба меня гоняет регулярно. Вероятно, сделал я вывод, агропромышленный комплекс столкнулся с той же проблемой, что и военно-промышленный в свое время. У оружейников из разнообразия проектов танков или самолетов нужно выбирать что-то одно, что потом ставится на вооружение и производится массово.Только если там решение принимает госкомиссия, то здесь судьба новой ветчины или йогурта зависит от того, что о нем подумают торговцы и покупатели. А они очень часто пребывают под впечатлением агрессивной телевизионной рекламы.Мы все – свидетели битв кетчуповых, чайных, молочных и особенно пивных королей, где что ни месяц, то новый производитель (естественно, «самый лучший»). И нам это продают, и мы это покупаем, раз за разом убеждаясь, что новое далеко не всегда – хорошо забытое горячо любимое старое, когда трава была зеленее, а солнце ярче. Почему так? Дело в том, что в пищевую отрасль последнее время часто приходят новые игроки с большими деньгами. Заработав, к примеру, на нефти, они вкладывают их в производство колбасы и ждут гарантированной прибыли… Но далеко не все из них обладают тем опытом и пониманием проблем этого сегмента рынка, который свойствен традиционным производителям. В результате продукцию можно отличить просто по вкусу.К примеру, почему продукция такого опытного производителя мясных продуктов, как АПК «Черкизовский», не оставляет у потребителя сомнений в том, что он на самом деле съел? Потому что те, кто на нем работают, прекрасно понимают, что для производства колбасы или ветчины подойдет не любое сырье.Самый простой и дешевый метод, заключающийся в приобретении замороженного мяса, здесь считают устаревшим. Заморозка ухудшает вкусовые качества – значит, надо работать с охлажденным мясом, где все сохранено.Чтобы предприятие работало на охлажденном мясе без сбоев, у него должна быть своя сырьевая база – и она у «Черкизовского» есть.Это 2 крупнейших свиноводческих комплекса, животноводческие хозяйства под Пензой, Ростовом и Краснодаром (через сутки сырье оттуда уже на переработке в Москве), 7 птицефабрик и самый большой в России комбикормовый завод. В итоге продукция 9 мясоперерабатывающих предприятий АПК, и в первую очередь головного «Черкизовского МПЗ», производится уже по большей части из собственного, экологически чистого сырья.Правда, колбаса или ветчина из охлажденного сырья дороже обычной. Да и новая европейская технология, при которой она упаковывается не в вакуум, а в инертный газ, тоже стоит недешево. На «Черкизовском» это понимают. «Мы не случайно делаем акцент в нашей экспозиции, основу которой составляют мясные изделия ЧМПЗ», на продукцию высокой ценовой категории, – заметил директор по связям с общественностью АПК Геннадий Фролов. – В последнее время структура покупательского спроса заметно сместилась в сторону более качественных и, следовательно, более дорогих видов мясной продукции. Поэтому наше производство и наши новые разработки сегодня ориентированы именно на этот сегмент».Действительно, по собственному опыту стояния в очередях я знаю, что московские покупатели все реже и реже спрашивают у продавца «самую дешевую колбасу». Лишних денег у людей нет, но они стали предпочитать взять пусть меньше, но более вкусной – к хорошему привыкаешь быстро.«Черкизовский» делает многое, чтобы покупатель увидел и получил удовольствие от его продукции. Ее сложно не заметить в магазине: на упаковке изображен срез продукции, чтобы не ошибиться при покупке. Металлизированная этикетка защищает от подделок, а новый, более заметный товарный знак привлекает внимание. Разработчики нового оформления продукции считают, что таким образом внешний вид приведен в соответствие с ее высочайшим качеством.Но кроме этого, АПК в этом году первым из российских производителей начал продвижение нового брэнда, не связанного с именем предприятия, в дополнение к уже завоевавшему место на Олимпе «Черкизовский». Если вы увидите на прилавках ветчины «Империя вкуса», знайте – их изготовили на предприятиях АПК в московском Бирюлеве, Пензе и Белгороде. Изготовили так, как это умеют только в «Черкизовском». «Ветчина из свиного окорока» под этим брэндом уже выдвинута на номинацию «Продукт года-2002».[i]Давняя история с похождениями генпрокурора ввела в наш язык словосочетание «человек, похожий на …». К сожалению, часто мы сталкиваемся с «продуктами, похожими на…» колбасу или ветчину, которые на самом деле очень и очень отличаются от настоящих колбасы и ветчины. Но когда речь заходит о том, что для нас делают 15000 сотрудников предприятий АПК «Черкизовский», сомнения пропадают.Здесь форма соответствует содержанию, колбаса и есть колбаса, а ветчина ветчина на 100%. Как и должно быть.[/i]

Без скинхедов и другой грязи

[b]«Москва и мир» уже публиковала результаты социологического исследования, проведенного службой «РОМИР» по заказу правительства Москвы, на тему инвестиционной привлекательности нашего города.[/b]В июле и августе социологи продолжали работать и провели вторую волну исследования – «Культурная жизнь Москвы глазами иностранцев». Сорок экспертов, представляющих дипломатические представительства, коммерческие организации, средства массовой информации и научные учреждения из полутора десятков стран Европы, а также США, Японии и Австралии, отвечали на вопросы социологов – в основном откровенно. Получившиеся итоги далеки от благостных, хотя и пессимистичными их не назовешь.[b]Талантливо, но помпезно[/b]Культурная жизнь города, судя по ответам экспертов, – весьма оживленный процесс, но мало связанный с тем, что сами иностранцы называют «классической русской культурой». Второе, с их точки зрения, – это Достоевский и Толстой, Чайковский и Шостакович, Станиславский и Мейерхольд, а также группа художников-авангардистов начала прошлого века. Однако современную российскую литературу иностранцы не читают (исключение – Солженицын и Сорокин, но и том, и о другом они только «слышали»), зато часто ходят в театры, которые в числе отраслей классической культуры стоят далеко не на первом месте. Кстати, «эпидемия» мюзиклов была замечена экспертами, но треть из них относится к ним подчеркнуто негативно, считая их чуждыми как для российской, так и для европейской культуры в целом.[b]АРХИТЕКТУРА[/b]Витрины московского снобизма в частности и внешний вид города в целом оставляют у экспертов двойственное впечатление. Ни один из опрошенных Москву западным городом не признал, а больше половины из них вообще считают, что с западными городами ее сравнить нельзя – настолько она своеобразна. Кому-то из них она внешне категорически не нравится («крайне безвкусный город», «сочетание несочетаемого»), кто-то – помягче, считает, что к Москве можно привыкнуть и даже полюбить, но если только в ней довольно продолжительное время. Кстати, чем дольше участник опроса работает в Москве, с тем большей симпатиейон относится к ее облику. Безусловные плюсы, с которым согласны все – простор улиц и обилие зелени, безусловные минусы – однообразие спальных районов, ларьки с палатками, а также Новый Арбат и новострой на Манежной (называемый не иначе как «витриной московского снобизма»).И все-таки в Москве есть куда податься иностранцу. Он погуляет по Красной площади, побродит по Новодевичьему монастырю, растворится в безлюдье переулков Замоскворечья, после чего с вероятностью 30 процентов залезет на Воробьевы горы, и ему от всего этого будет хорошо.[b]Жить можно, если осторожно[/b]А вот жилищный вопрос портит приезжающих к нам иностранцев, не только москвичей. Цены на жилье, особенно на его аренду, и качество жилищного обслуживания вызывают у приезжих если не омерзение, то достаточно близкое к этому чувство. Наибольшие проблемы возникали у людей, которые арендовали квартиры в Москве – и теряли на этом деньги, нервы и веру в московское гостеприимство: «Хозяин может в отсутствие нанимателя прийти в квартиру без предупреждения и считает, что он у себя дома». Грязь в подъездах, бездеятельность коммунальщиков и постоянные вымогательства с их стороны, завышенные цены для иностранцев в гостиницах и иных учреждениях, отсутствие трехзвездочных гостиниц – вот далеко не полный список проблем, которые надо решить, перед тем как приглашать в Москву массового западного туриста.И тем не менее результаты опроса показывают, что если преодолеть в себе привычку к западному стилю жизни, то с московским бытом можно иметь дело. Он даже достаточно безопасен, главное – не пить воду из-под крана и пореже открывать входную дверь. Все отмечают хорошо развитый общественный транспорт (хотя в метро душновато) и дешевый бензин (а водители могли бы быть покорректнее).Сами москвичи иностранным экспертам в основном симпатичны, и особенно гостеприимны, если иностранец демонстрирует им свои познания в русском языке.Один из опрошенных даже считает, что «москвичи относятся к иностранцам даже лучше, чем к своим согражданам», но только это относится не ко всем москвичам. Выходки националистов и особенно памятный погром, устроенный на Манежнойплощади после трансляции матча России с Японией, возмутили живущих в городе иностранцев и даже напугали их: «Не думала, что такое может произойти в Москве; раньше у меня было другое представление об этом городе».Скинхэды и футбольные фанаты затмили даже главного врага иностранца в Москве – сребролюбца-автоинспектора.[i]Один из выводов, сделанных социологами, прост. Наш город – это целая Вселенная, и разобраться в ней довольно непросто, даже имея в запасе длительное время. Турист же, приезжающий ненадолго, рискует уехать из него с теми же предрассудками, с какими приехал – пока что ему мало что может помочь в постижении Москвы. Он увезет отсюда водку, матрешку и иронию по отношению к нам. Чтобы вместо этого он стал нашим другом, нам нужно еще много работать и очень внимательно слушать, что им у нас не нравится.[/i]

Есть Москва-Рижская, Рига-Московская будет

[b]В конце этой недели состоится официальный визит мэра Москвы по приглашению мэра Риги, председателя Рижской городской думы Гундарса Боярса. Юрий Лужков будет в Риге два дня – 27 и 28 сентября. Традиционно у него по субботам бывает «объезд» московских строек, и суббота, 28-е, не станет исключением. Парадокс? Ничуть.[/b]Особенный момент в отношениях Москвы и Риги состоит в том, что у Москвы есть своя собственность в Риге. Некоторое время тому назад Москва поменялась зданиями с Латвийскими железными дорогами – у них появился дом в Москве, где они намереваются открыть свое представительство, а мы получили здание бывшего Дома культуры железнодорожников в очень престижном центральном районе Риги. Сейчас проводится его реконструкция, и планируется, что весной будущего года в нем будет открыт Московский культурно-деловой центр. Там появятся очень хороший зал, возможности для проведения выставок и конференций, ресторан, московская кофейня, книжный магазин. В центре можно будет организовать выступления наших артистов, но при этом его создатели вовсе не собираются сворачивать те самодеятельные коллективы искусств, которые базировались в нем традиционно. С центром уже связано множество планов и идей. Так, планируется развернуть там стоматологический кабинет для ветеранов, где будут работать московские врачи.Также в центре будут выделены площади под офисы, где представители московского бизнеса или же связанные с ним компании развернут свою деловую деятельность. Вообще же проект рассчитан на самоокупаемость, для чего в Риге создана управляющая компания, перед которой поставлена задача вывести центр на «нулевой баланс».Город уже совершил разовое вложение в модернизацию здания и дальнейшего финансового участия в нем не планирует. То есть мы не рассчитываем на какие-то прибыли – для нас важно, чтобы русскоговорящие жители Риги, ветераны, просто друзья Москвы имели бы свой общий дом. Пока в Риге такого места не было.Новый центр – яркий, но не единственный пример конструктивного взаимодействия рижан и москвичей. За последние два года отношения Москвы и Риги развиваются очень динамично, подписаны многочисленные соглашения о сотрудничестве, которые успешно выполняются, – особенно в области культуры.Год назад в Москве очень успешно гастролировал Рижский театр русской драмы, который на днях открывает свой 120-й сезон. Совсем недавно московская делегация присутствовала на возобновленном Юрмальском фестивале, которому мы тоже оказываем содействие.Есть позитивный опыт и в отраслях экономики. Рижане обладают уникальными технологиями модернизации трамвайного парка, аналогичного тому, что есть у нас. Рижский вагоноремонтный завод разработал и свой «трамвай XXI века», который собирается показать Лужкову во время визита. У московского правительства есть виды на возможность использования рижского порта, одного из крупнейших на Балтике. Рига традиционно поставляла на московский рынок многие продукты питания, но на этот раз она готова поделиться опытом работы сети общедоступных ресторанов «Лидо» – недорогих и очень эффективных предприятий общественного питания.Одно из важнейших для московского правительства направлений работы – соотечественники. В Риге почти половина населения говорят и думают по-русски, многие из них не имеют гражданства. Для них мы направляем в Латвию учебники на русском языке, там же реализуется программа стипендий мэра Москвы, значимость которой, как мы надеемся, будет только возрастать. Есть проблемы ветеранов. Их вопросы очень остры, так как если в Москве мы можем позаботиться о наших ветеранах, то в Латвии эти люди остались без должного присмотра – медицинского, да и просто человеческого. А ведь многие из них в годы войны защищали Москву – всех их мы нашли возможность поздравить и направить им подарки. Это, кстати, не только русские – это и латыши, и евреи, и очень много других национальностей. Для них этот жест внимания со стороны правительства Москвы был очень важен. С ветеранами, как и со стипендиатами, мэр надеется встретиться в посольстве России в Латвии. А завершится визит посещением спектакля Театра русской драмы, открывающего новый сезон, где будут играть выпускники курса Олега Табакова из школы-студии МХАТ, которые учились здесь на стипендии правительства Москвы, а теперь вернулись в свой родной рижский театр.

Год прошел. Ну и что?

[b]В прошлом году в это самое время я слонялся по набережной тихого турецкого городка среди унылых английских туристов. Туристам не показывали Кубок УЕФА, и они горевали. Больше них горевали только бармены-турки — горящий небоскреб на телеэкране был приговором для их дневной выручки.[/b]Дама с легким уэльсским акцентом обсуждала с подругой, как им теперь отсюда выбираться — самолетом опасно, но разве есть другой путь? Где-то в глубине души они все жалели гибнущих в эти минуты людей, но только в глубине. Всегда находится что-то более насущное. Чтобы прочувствовать, нужно время. Вот оно и прошло.Мир после терактов изменился далеко не так круто, как это предсказывали по горячим следам. И уж во всяком случае он мало чему научился. Война против террористов вроде бы проведена, но мотивы, которыми руководствовались угонщики самолетов, до сих пор воспринимаются положительно значительным числом людей. Формально великие мировые державы сейчас куда более едины, чем до терактов, но если обратить внимание на их совместные действия по искоренению всемирной бедности, то возникнут проблемы — не на что обращать это самое внимание, что и показал Саммит Земли в Йоханнесбурге. Так что какого-то фундаментального воздействия на человечество теракты не возымели. Но кое-что все-таки произошло: немного пострадала экономика, значительно — психология американцев (тоже значимый фактор мировой политики) и очень существенно изменился исламский мир.Мировая экономика уже довольно давно является единым организмом, и если уж какую хворь она подхватывает, то — вся. Перегретый рынок ценных бумаг ни для кого не был секретом, его падение после терактов было безусловным и предсказуемым, но никаких фатальных последствий не повлекло, так как «прививка» азиатского кризиса 1997 года (отразившаяся на нас дефолтом августа 1998) еще не утратила свою силу. Сместились лишь отраслевые приоритеты крушения: вместо компьютерного пошли ко дну телекоммуникационные и авиационные сектора, здорово потрепали банкиров и энергетиков, а также спорт (то, что сейчас происходит с европейскими футбольными клубами, — одно из следствий кризисных явлений). Но в целом «Титаник» остался на плаву, более того — приобрел дополнительный запас плавучести.Причиной такого относительно благополучного развития событий стала утрата долларом своего монопольного положения. Можно сказать, что мировую экономику спас евро. Как и двухпартийная политика стабильнее однопартийной, так и двухвалютная оказалась стабильнее одновалютной. Капиталы успокоились — теперь они могут без существенных рисков бродить через Атлантический океан, выгадывая конъюнктуру. Им больше нет нужды в ярости бросаться с валютных на фондовые рынки и обратно. А вот то, что Буш взялся разгребать наслоения лжи в отчетности крупных корпораций — дело благое.Если вы помните дело «Бэнк оф Нью-Йорк» и сравните его с делом «Энрон», то обнаружите, что в аналогичной ситуации до терактов Вашингтон искал бревна в чужих глазах, а после стал проверять и собственные. И правильно сделал.Много говорили о том, что американцы нашли себе нового врага в лице исламского мира. На самом деле врага там нашли чиновники из Вашингтона или промышленники из ВПК. Что же касается самих американцев, то для них он там был всегда — как и везде за пределами Штатов. Можно сказать, что теракты ничего не добавили к их образу внешнего мира: он и раньше был для них чужой и враждебной вселенной, в которую зачем-то нужно нести свет разума.Зато на себя они посмотрели немного по-другому.Раз за разом их убеждали, что огромные опасности, существующие вокруг, не могут причинить Америке зла, потому что всегда найдется Герой. А вот тут вот бац — и не нашелся. Их пытались сделать из полицейских, пожарных и даже пассажиров четвертого, не попавшего в цель самолета, но привычные американцам герои не гибнут в таких количествах. Если честно, то попытка внедрить в американские головы привычный советскому человеку «массовый героизм» попросту провалилась.Исламский мир претерпел после терактов наиболее решительные изменения, и немудрено. Если раньше толпы что-то яростно скандирующих людей на экране телевидения воспринимались Западом как банальная экзотика Востока, то теперь стало ясно, что они все-таки что-то имеют в виду. Более того — могут это«что-то» сделать. Исламский мир оказался под пристальным вниманием, если не сказать под прицелом — и не разочаровал внимающих.Оказалось, что в нем есть не только террористы и торгаши, но и более-менее серьезные политики, которые действуют не только по принципу «чем хуже, тем лучше». Признаюсь, что весь этот год я сильно опасался, что первая ядерная держава исламского мира — Пакистан — поведет себя безответственно.Основания к этому были: история прихода к власти нынешнего лидера этой страны Первеза Мушаррафа была, мягко говоря, авантюрной. Но тем не менее Мушарраф оказался достоин занимаемого им места руководителя ядерной державы. Не менее вменяемо вели себя и другие режимы исламского мира, хотя соблазн рухнуть в объятия Усамы бен Ладена встал перед каждым.И вовсе не из-за страха перед американским возмездием они поступали именно так. Впервые за долгие годы эта часть земной цивилизации ощутила тягу к объединению и по-настоящему почувствовала ценности мирной жизни. То, что они сейчас пытаются отвадить американцев от Ирака, на самом деле не набивание цены. Просто Ирак уже осознан ими как внутреннее дело.

Александр Лукашенко. Интегратор совхоза

[b]Нынешний август поставил вопрос над прежним процессом сближения России и Белоруссии. Минское руководство поставлено перед выбором – или утратить доверие своего народа, отказавшись от путинского предложения интеграции на федеративной основе, или же «лечь» под националистическую оппозицию. Любой из этих вариантов сопряжен с риском ухода со сцены большой политики.[/b]Однако жизненный путь Александра Григорьевича говорит о том, что рисковать ему не впервой, поэтому скорее всего он попытается выкрутиться.[b]Траектория[/b]Как бы сложилась история России, если бы в 1993 году Ельцина удалось сместить и на его место Верховный Совет водрузил бы Александра Руцкого? Вероятно, примерно так же, как с 1994 года протекала история братской Белоруссии.История не знает сослагательного наклонения, но вот параллели иногда закручивает…Вспомните: и Руцкой, и Лукашенко проиграли свои первые выборы. Оба создали себе имя на не связанных с политикой областях (Руцкой – отважный летчик, Лукашенко – модернизатор сельского хозяйства совхоза «Городец», передовик продовольственной программы). Оба всю свою жизнь имели сложности с начальством и начали без колебаний его критиковать, когда стало можно. Оба, попав в Верховные советы своих республик, создали движения «Коммунисты за демократию». Оба потом быстро заностальгировали по старому времени и попутно начали собирать чемоданы компромата на своих политических оппонентов.Вот только вице-президент Руцкой уперся в тертого политика Ельцина, а депутату Лукашенко противостоял Станислав Шушкевич, интеллигент-ученый. В 1990 году Лукашенко клялся Шушкевичу в верности: «Независимо от того, будет избран этот человек или нет, я готов работать рядом с ним, помогать ему делать все необходимое», а в 1994-м Лукашенко победил его на президентских выборах. И стал другим человеком.Формально это был все тот же директор провинциального совхоза, простой и кристально честный парень. Таким его видели снаружи. Он искренне боролся с номенклатурой, потом искренне разочаровался в демократах и стал бороться с ними. В то, что этот простой парень, по сути, является самым опытным и профессиональным политиком своей республики, трудно было поверить. А между тем все идеологические метаморфозы Лукашенко хорошо объяснялись ожиданиями его электората – не очень образованного и возрастного населения маленьких городов и сел республики. Это были ожидания прошлого.[b]К России передом...[/b]Белоруссия – почти Россия, но не совсем. Партийное руководство «партизанской республики» в годы СССР отличалось если не бескорыстием, то чуть большей честностью, чем в других местах, – в итоге преступность вообще и коррупция в частности была здесь невелика. К тому же эпоха наполнения бюджета СССР нефтедолларами из Европы подарила Белоруссии много новых перерабатывающих предприятий и передовых технологических центров. Все это обусловило если не высокий уровень жизни белорусов, то хотя бы достаток при минимуме товарных дефицитов. Разрыв хозяйственных связей этот достаток уничтожил, и население республики очень быстро и дружно захотело в уже несуществующее «назад».И Александр Григорьевич со свойственным ему энтузиазмом взялся за строительство этого самого «назад». Вернул советский флаг, восстановил КГБ, поставил шлагбаум любой приватизации, сохранил незыблемость госсобственности – и поехал в Москву говорить об интеграции.Возвращаясь отсюда в Минск, он снова, как и в 1991 году, рассказывал белорусам о кознях чиновников, мешающих ему и Ельцину в объединении двух братских республик. А про Ельцина он только хорошо говорил, не хуже, чем про Шушкевича в 90-м.Но только Ельцин в отличие от Шушкевича очень хорошо знал о склонности соратников бить ему в спину. Его туда только ленивый не бил. Поэтому процесс интеграции России и Белоруссии один месяц в году на всех парах шел в одну сторону, а остальные одиннадцать – тихой сапой в другую. Думаю, не только и не столько чиновники препятствовали этому: опыт Евросоюза показывает, что чиновники как раз очень любят интеграцию, их от этого только больше становится. Так что Александру Григорьевичу пришлось сменить не одну пластинку, чтобы объяснять своему, а заодно и российскому народу, почему все идет так медленно. С чиновников он переключался на олигархов, с них – на журналистов, потом – на иностранцев, а потом – опять на чиновников. Так или иначе, ряды виновников не скудели, а между тем…[b]…К Западу задом[/b]Став из директора совхоза президентом, Лукашенко обрел обширный тыл – и, соответственно, проблемы в тылу. Словесно отправить всех противников на «свалку истории», что было сделано сразу после победы, оказалось мало. Оппозиция от этого никуда не делась; мало того – стала регулярно устраивать митинги перед телекамерами иностранных журналистов. И доустраивалась: Лукашенко на Западе не признают легитимным президентом, к ярости Александра Григорьевича.Ярость не такая уж необоснованная.Дело в том, что западные методы «освоения» больших и малых стран существенно различаются. Чтобы обеспечить нужные отношения с Россией, нужно ей в какой-то мере льстить, а в остальном легонько выкручивать руки экономическими методами. Чтобы наладить нужные отношения с маленькой страной типа Белоруссии, нужно подкупить ее политическую элиту. Метод прост: разнообразные гуманитарные фонды с зарубежным финансированием «демократизации» призваны обеспечить ей независимость и «поколебать трон».[b]Диктатор[/b]То ли Александру Григорьевичу не предлагали, то ли предлагали слишком мало, только он от этой системы поддержки местных диссидентов пользы не поимел, а потому сильно обиделся на саму систему – и «обезвредил» ее, став президентом. Фонды закрылись, диссиденты перешли на энтузиазм. После чего нормальных взаимоотношений со странами Запада быть не могло, ибо «Белоруссия свернула с пути демократии». А как только отношения исчезли, в стране стали пропадать люди.На самом деле пропадали они всегда (свойство людей – время от времени пропадать), только теперь это были сплошь противники режима Лукашенко, и о них стало хорошо известно мировой общественности. Пропажа людей – вообще лучший индикатор определения диктатуры.Однако так ли опасны для Лукашенко были эти пропавшие? Маловероятно. Режим Лукашенко не базируется и никогда не базировался на поддержке со стороны интеллигенции, остальным же проблемы подавления оппозиции совершенно неинтересны. Да и сама интеллигенция в частных беседах сомневается, что Лукашенко установил в их стране кровавый террор. Он просто к власти никого не подпускает, а в остальном – никакой не маньяк, а обычный директор совхоза, только очень большого.Эта разница между интеллигентскими обвинениями и полным равнодушием к этим обвинениям со стороны электората дала Лукашенко возможность забраться в превосходную во всех отношениях политическую нишу. Похожую у нас занимает питерский губернатор Яковлев. Выглядит она примерно так: «Я простой местный паренек, защищаю вас от чужих, и поэтому они на меня клевещут». Положение русскоязычного населения в Прибалтике, натовские бомбежки Югославии, война в Чечне и иные события за рубежами Белоруссии оказывались на руку Лукашенко – у него в стране были мир и покой. И лишаться их в обмен на гипотетическое благополучие после вступления в мировую экономику белорусы не собирались. Поэтому выборы Лукашенко выиграл без проблем. Феномен «хоть плохонький, да свой» вообще очень распространен в этом мире.Заняв эту нишу, Лукашенко мог бы позволить себе и забыть о союзе с Россией, но продолжал по инерции муссировать эту тему. Сам он ничем не рисковал: динамика интеграции давно уже превратилась в статику, а если бы какое-то ущемление Белоруссии ненароком состоялось, то карманный парламент Лукашенко вмиг бы исправил упущение. Так что можно было бы жить, поживать и добра наживать, если бы в России неожиданно не поменялось руководство.[b]По чужим правилам[/b]Вплоть до двухтысячного года Лукашенко был занят, в принципе, одним и тем же делом: вырубал что-то старое, косное, трухлявое. Но если раньше Лукашенко сам выдумывал правила по ходу игры и за счет этого выигрывал, то теперь российское руководство не только не играет по его правилам, но даже заставляет играть по своим. А он не очень умеет это делать.Конечно, за восемь лет нахождения у власти Лукашенко наладил глубоко эшелонированную оборону своего кресла. Он многому научился в политике, и ему не составило бы труда, на словах согласившись с путинским планом воссоединения, прикинуться бюрократом, утопить российские инициативы в процедурах и законсервировать себя на долгие годы в качестве главы республики. Но если бы Лукашенко руководствовался этой логикой, он бы до сих пор руководил совхозом. Нет, если есть поле для игры, надо играть. Как он будет играть – пока не очень ясно, возможны варианты. Например, предложить Путину ввести в новом федеративном образовании пост вице-президента и пойти с ним на выборы одной непобедимой командой – Путин главный, Лукашенко на подхвате – а там как судьба распорядится…Впрочем, я не зря вначале упоминал Руцкого. Людей такого типа, как свидетельствуют последние курские выборы, в Кремле знают как облупленных и в игры с ними не играют. Поэтому скорее всего Александру Григорьевичу определена незавидная роль «равноудаленного» политика. Так что, возможно, ему придется позаботиться о вилле в Испании и гибралтарском гражданстве.Впрочем, не будем гадать – подождем до следующего года.

Меценат по кличке Тайванчик

[b]Он открыл двери Кремля[/b][i]«Алик, маг мафии, который крал медали» – под таким заголовком итальянская газета «La Stampa» опубликовала статью, которую мы перепечатываем сегодня для читателей «ВМ».[/i]«20 июля 1999 года в одном из шикарных отелей Парижа прошел прием. Во французской столице приглашенные не вызывали особого интереса, но в Москве подобная кампания с обложек – стилисты, политики, певцы и спортсмены – привлекла бы внимание толп любопытствующих. «Сливки сливок» России приехали на праздник, с шампанским и икрой, в честь маленького человека с явными азиатскими чертами, чье лицо, в отличие от гостей, было более знакомо не читателям светской хроники, а полиции половины стран мира. Это был Алимжан Тохтахунов, арестованный вчера в Местре, которого ФБР называет организатором подкупа французского судьи на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити, когда российская пара Бережная–Сихарулидзе завоевала золотую медаль в парном катании, а канадская пара Сейл–Пеллетье получила «серебро». В тот день Тохтахунов вовсе не испытывал смущения, оказавшись в окружении таких известных и богатых личностей, которые по-свойски обращались к нему, называя его «Алик». Но некоторые вспоминали и его боевую кличку, фигурировавшую в полицейских досье и звучавшую в криминальных кругах – «Тайванчик». А российское правительство толькотолько наградило его орденом Святого Константина. С крестом, украшенным драгоценными камнями, и в белой шелковой мантии он сфотографировался на память со своими гостями. За несколько лет до этого певец Иосиф Кобзон, «золотой голос Кремля» и «Русский Синатра», оказался в весьма щекотливом положении, после того как было опубликовано его фото в компании с Тайванчиком. Но времена изменились. Июль 1999 года можно, вероятно, назвать пиком его карьеры, признания его заслуг перед государством. «Я – меценат, – сказал маленький человек в мантии. – Я расходую все, что зарабатываю, на благотворительность. Поверьте мне, я даже не помню всего того, что делаю».Но посвященные обо всем прекрасно помнят, для них имя «Тайванчик» вписано в первую десятку главарей русской мафии.Согласно неофициальной статистике Тохтахунов занимает в этом списке второе место после своего друга и учителя Вячеслава Иванькова, легендарного Япончика, возглавлявшего русскую мафию вплоть до своего ареста в Америке. Представитель «старой гвардии», коронованный «вором в законе» еще в советские времена, один из тех, кто возглавлял организованную преступность в период перехода от пребывания в советском подполье к легальному положению при капитализме.Он родился 52 года назад в Ташкенте, в Узбекистане, Тайванчик перебрался с пляжей Сочи, где работал как «катала» (карточный шулер) в Париж и Берлин: еще 10 лет назад Япончик назначил его «контролером» незаконной деятельности русской мафии в Европе. После двух судимостей на родине Тайванчик перебрался в Европу, получив израильское гражданство, живя между Парижем, Италией, где у него четыре виллы, и Монте-Карло, где время от времени он пускал в ход свой карточный талант. Широта интересов Тайванчика впечатляет: антиквариат, наркотики, оружие, нефть, алюминий, контрабанда в Западной группе войск бывшей Советской армии в Германии. Он был известной фигурой и в шоу-бизнесе – для празднования его 50-летия в Париж вылетел специальный чартерный рейс с певцами. С юных лет он испытывал страсть к спорту, с тех пор, когда играл за футбольную команду «Пахтакор».Это было своего рода обязанностью криминальных боссов, в Советском Союзе спорт был одной из теневых зон, где коммунистическое государство вступало в контакт с преступным миром. И в конце 80-х годов спортивные площадки превратились в центры подготовки кадров новой мафии. Тайванчик был лидером «организованной спортивности», он «сотрудничал» с ассоциацией «XXI век» Отари Квантришвили, спортивного мецената и «крестного отца» Москвы. Затем узбек заинтересовался теннисом, став другом могущественнейшего Шамиля Тарпищева, тренера Бориса Ельцина. Открыв благодаря Тарпищеву двери Кремля, Алик захватил для своего школьного друга Льва Черного монополию на алюминий, один из самых прибыльных и самых криминализованных секторов российской экономики. И он продолжал «помогать» спорту. Скандал с медалями, «украденными» для России во время Олимпиады в Солт-Лейк-Сити, достиг национальных масштабов, в этот скандал были вовлечены Дума и лично Владимир Путин. В Москве известные личности уже сплачиваются для защиты узбекского «мецената». Для российских правоохранительных органов Тайванчик сегодня чист, ведь он не работает в стране уже целое десятилетие. Геннадий Швец (друг и биограф «крестного отца» мафии Квантришвили) сформулировал официальную позицию Российского олимпийского комитета: «Арест Тохтахунова является продолжением клеветнической кампании против российского спорта».[b]2 августа. «La Stampa», Италия Перевод сайта inopressa.ru.ВЗГЛЯД ИЗ РОССИИ: Это не вина, а беда спортсменов[/b][i]Редакционная статья «Ла Стампы» вряд ли сильно понравится функционерам российского спорта. Да и рядовых россиян она не обрадует: нашу страну все описанное явно не украшает. И, конечно, можно сразу сказать – итальянские газеты вообще склонны валить все в одну кучу, а уж наврать про Россию им раз плюнуть, одна «Коррьера делла Серра» чего стоит. И тем не менее не стоит отвергать ее с порога. Может быть, и даже скорее всего, не все написанное в ней – правда. Но кое-что очень правдоподобно.То, что в СССР интерес к спорту был как со стороны государства, так и со стороны преступного мира, – печальный факт. Государство видело в спорте средство пропаганды советского образа жизни, а криминал – одну из наиболее широких лазеек за рубеж, контакты с которым приносили тогда сверхприбыли для отдельных граждан. Когда поднялся «железный занавес», российские спортсмены стали достаточно быстро богатеть, что опять-таки не осталось без внимания преступников: если каждая торговая палатка имела «крышу», то что говорить о спортсменах? Наконец, история с Национальным фондом спорта и его внешнеторговыми льготами наглядно свидетельствует о том, что спорт был для нашей преступности средством распространения по всему миру.Это не вина спортсменов, это их беда. Каждый спортсмен при достижении определенного уровня прекрасно понимает, что без вложения денег со стороны он выше не пойдет. А ведь хочется – не так манит блеск медалей, как страшит серость безмедалья. И как тут удержаться от денег «меценатов» типа Тохтахунова? Звезды спорта, конечно, понимают, что эти деньги связаны с определенными условиями, но иных-то нет. А потом, уже после медалей, приходят «алики» и требуют долю – и что делать? Можно и нужно защищать Бережную и Сихарулидзе. Хорошо, что первой скандал пошел только на пользу, и теперь Бережная может небескорыстно сниматься в рекламе. Но одно дело судьба отдельных спортсменов, и совсем другое – честь мундира. Надо честно признать, что с ней у нас не все в порядке, и не стоит оправдывать себя тем, что «во всем мире так». Может быть, это получится у Фетисова, который до последнего времени не был связан с действующей в России спортивной верхушкой и прошел неплохую школу в НХЛ? Настораживает, однако, то, что он первым делом занялся созданием своей общественной организации и тут же обратился за помощью к «меценатам». Значит, и ему, скорее всего, не избежать контактов с преступными элементами. Редкий, очень редкий человек способен в таких условиях остаться чистым.[/i]

Три месяца до войны

[b]Министр обороны США Рамсфилд закончил подготовку своих сограждан к возможной войне его страны с Ираком. В конце прошлой недели он предоставил определенные доказательства попыток Ирака создать оружие массового поражения, в том числе ядерное, и жестко заявил, что для решения проблемы одних ударов с воздуха будет недостаточно.[/b]Говоря открытым текстом, Рамсфилд сделал официальную заявку на наземную операцию в ближайшие сроки.Но Рамсфилд – это еще не Буш и не Пауэлл. У тех есть другие заботы. И главная из них – даже не дипломатическая, вроде убеждения соседних с Ираком стран в его сохраняющейся вредоносности, а внутриполитическая. Слишком уж хорошо известен трюк с отвлечением общественности от внутренних проблем при помощи маленькой победоносной войны. Если начать военные действия сейчас, сразу после катаклизмов в американской экономике и утрате доверия общественности к менеджменту крупнейших корпораций, то демократическая оппозиция не упустит возможности расколоть нацию.Уже сейчас в американской прессе развернута дискуссия «Что же такое Ирак?» По словам властей, эта страна сумела полностью восстановить свой потенциал, модернизировала части ПВО, а через пару лет будет обладать тремя ядерными боеголовками. Ее биологические лаборатории размещаются в обычных трейлерах и крайне мобильны, делают же там штаммы чумы и тому подобных гадостей. К тому же в Ираке подавлена оппозиция, и власть Хусейна крепка, так что легкой прогулкой война с этой страной ни в коем случае не будет.Оппозиция утверждает, что военный потенциал Ирака упал до 30% от уровня 1990 года, что модернизации техники не было, что в стране уже никто не поддерживает Саддама Хусейна и его режим падет от небольшого нажима – например, бомбежек. Научно-технический потенциал оппозиция склонна вообще не оценивать – особенности режима Хусейна губят на корню развитие мысли. Поэтому планы администрации США по разгрому Ирака, скорее, политические, чем военные, особой необходимости в операции нет, тогда как других задач множество. Например, Иран кажется сейчас оппозиции опаснее Ирака, да и его ядерная программа куда масштабнее.И та, и другая точка зрения уже озвучены в Конгрессе США. Они совпадают в трех моментах. Во-первых, Буш должен принимать решение о войне только после того, как за это проголосует парламент. Во-вторых, США, безусловно, победят. В-третьих, надо оказать давление на Россию, чтобы та не оказывала помощь ни Ираку, ни тем более Ирану.Нам наиболее интересно третье. Позиции критиков России не лишены логики. Так, с точки зрения американцев, Россия не должна помогать Ирану строить АЭС в Бушере, потому что Ирану вообще не нужны АЭС – там вполне достаточно нефти и газа для обычных теплоэлектростанций, и энергия АЭС неминуемо окажется более дорогой. Значит, иранцы хотят делать бомбу, а русские им в этом помогают. Так же и с Ираком: раз там модернизировали средства ПВО (а это один из постулатов сторонников скорейшего удара по Саддаму), то значит, это было сделано с нашим участием и при посредничестве фирм республик СНГ (например, Армении). Одно вытекает из другого, а другое – из одного.Требовать при этом от США доказательств бесполезно – там уже себе все доказали. Самим доказывать, что мы не имеем военных контактов с режимами Багдада и Тегерана, еще сложнее – мы, как правило, сами не знаем, что имеем, а что нет.Единственное доказательство, которое мы можем предоставить американцам, – разорвать отношения с этими странами и одними из первых завербоваться в сторонники второй войны в Заливе. Но на это руководство России пойти тоже не может: ломать нефтяной (в случае с Ираком) и ядерный (с Ираном) бизнес себе дороже.Сумма, в которую может обойтись США наша моральная поддержка, уже неоднократно называлась: Ирак должен России 8 миллиардов долларов, и мы бы хотели получить ее вне зависимости от режима, который там будет установлен.Но пока что нет признаков желания Запада обеспечить нам возврат долга: Карзай, например, долг Афганистана России платить не собирается, хотя мы многое туда направляли.

Что Москва кушает, и как все это танцует

[b]В одном из старых выпусков шендеровичевских «Кукол» персонаж, олицетворяющий Виктора Степановича Черномырдина, произнес: «Народа много. Так велик народ, что прокормить его – тяжелый подвиг». Правоту этого могло бы подтвердить руководство любого мегаполиса всех времен – от Древнего Рима до современной Москвы.[/b]И там, и здесь ключевым словом было «ввоз». Но если аппетиты плебса удавалось до поры до времени удовлетворять египетской пшеницей, то десятимиллионная столица нашей Родины требует куда большего. Понятно, что ни Московская область, ни даже области всего Центрального федерального округа не способны обеспечить все необходимое, не говоря уже о желательном. Так, продовольствие в город поставляют около сорока регионов России, многое завозится из-за рубежа.Долю импорта не стоит преувеличивать. Кризис 1998 года, приведший к импортозамещению, значительно сократил его объемы: по зерну примерно в десять раз (в 1991 году около 60% зерна привозили из-за границы, сейчас – только 6%), по растительному маслу в четыре, а по сахару в два раза. Исключение составляют только мясо и животное масло.Причина проста. Москва на российском рынке активно собирает местные излишки продовольствия, а как раз излишков мяса там нет – поголовье скота за годы реформ упало и до сих пор не проявляет тенденции к восстановлению. Потребление мяса Москвой составляет примерно половину от общероссийского производства, из чего вовсе не следует, что москвичи съедают каждую вторую сардельку из отечественного мяса. На самом деле – каждую десятую: до сих пор на долю импорта приходится 80% потребляемых Москвой мясопродуктов.Если с товарными потоками в столицу дела обстоят более-менее пристойно – дефицитов давно уже не наблюдается, – то вот при попадании товара в город с ним начинаются сложности. Рынок, оцениваемый правительственными экспертами приблизительно в семь миллиардов долларов и имеющий тенденцию к постоянному росту, облеплен бесполезными посредниками; через них проходит и, естественно, дорожает почти половина всего товара. Это явление наблюдается как в крупном, так и в мелком опте; розница страдает от этого меньше, так как торговая инфраструктура города за последние десять лет стала адекватной его населению.Нельзя сказать, что городские власти ничего не делают с этой проблемой. Поставщики продовольствия определяются конкурсами, проводимыми по рыночным правилам, предпринимаются усилия по сокращению количества посредников, формируются резервы различных видов продовольствия для компенсации перепадов в поставках. Усилия приносят плоды, и это можно наблюдать по ценам: они колеблются в зависимости от сезона, как и полагается стоимости продовольствию, но колебания эти сглажены. Однако проблем пока больше, чем достижений: так, неразбериха с формами собственности таких крупных оптовых предприятий, как плодоовощные базы (хорошо знакомые технической интеллигенции), привела к возникновению у них значительных просроченных долгов. Что с ними делать, не совсем ясно, но делать что-то надо.Конечно, в Москве продовольствие в среднем дороже, чем в других регионах. Было бы дешевле – его оттуда сюда не повезли бы. Так что относительно более высокие цены на продукты питания – увы, неизбежность нашей жизни. Но то, что они могут и должны быть ниже, – факт.

Гости прошеные и непрошеные

[b]Вчера в здании на Новом Арбате два известных московских чиновника рассказывали о том, кто и как приезжает в Москву и что из всего этого получается. Сергей Смидович из Комитета по делам миграции поведал о мигрантах, а Георгий Мурадов из Департамента международных связей – об иностранных инвесторах и том, что они думают о Москве. Рассказ практически слился в один.[/b]В Москву, по словам Смидовича, ежедневно въезжают три миллиона человек, из них на машинах – два миллиона, а на поездах – еще миллион. Конечно, в основном это жители Подмосковья, которые работают в столице, приезжих из более дальних краев меньше, но все равно много. Едут работать, учиться и просто проводить время. В принципе, эти последние должны регистрироваться, но как же они не любят это делать: на 932 тысячи зарегистрированных (570 тысяч из стран СНГ) бродит еще от 600 до 800 тысяч не обремененных штампом (более 100 тысяч человек из стран Азии и Африки). В среднем милиция задерживает каждого незарегистрированного по три раза на год, но воз и ныне там. Великое множество приезжих гордится теми 82 тысячами собратьев, которые зарегистрированы как иностранная рабочая сила и, вероятно, носят на руках 5 тысяч официальных вынужденных переселенцев и особенно 154 официальных беженцев. Не тысяч – человек.Сергей Смидович эти цифры воспринимает не очень эмоционально. В Берлине 300 тысяч турок – и ничего. Но вот то, что на налоговом учете в Москве стоят несколько тысяч граждан Германии и несколько десятков граждан Азербайджана, а не наоборот, вызывает у него непонимание. С одной стороны, для сохранения численности населения Москва и ближайшее Подмосковье должны принимать в год на ПМЖ 150 тысяч приезжих, с другой, – большая часть принимаемых мигрантов находится в нетрудоспособном возрасте. Так что будущее не представляется Сергею Глебовичу таким уж безоблачным, тем более что после переподчинения миграционных дел МВД его комитету вполне может грозить расформирование. Смидович заявил, что к этому морально готов, хотя прекрасно понимает, что вряд ли такой оборот сделает работу с мигрантами более эффективной.У Георгия Мурадова получилось куда оптимистичнее. Он пришел вместе с главой социологической службы РОМИР Еленой Башкировой, а та принесла результаты исследования мнения 40 экспертов – бизнесменов и дипломатов, работающих в Москве. Оказалось, что Москва им нравится, и чем дальше, тем больше, хотя проблем в ней каждый нашел уйму. Например, гости из Западной Европы в половине случаев считают ее неблагоприятным местом для бизнеса, да и остальным не нравится коррупция в органах власти (особенно на уровне муниципальных округов и административных районов), слабости инфраструктуры и высокие риски. Одновременно не нравятся плохие законы и то, что их меняют слишком часто.Практически всем не нравится вымогательское поведение таможенников и ГИБДД – эти ведомства сражаются за первое место по непопулярности.По мнению Мурадова, часть проблем происходит от общего положения дел в стране, с которым Москва ничего поделать не может (например, аэропорт «Шереметьево», ненавистный иностранцам, получил от него нелестное наименования «шрама на лице Москвы», да только он находится в федеральной собственности). Другая часть – от неосведомленности гостей столицы о позитивных новшествах в законодательстве и законоприменении (средства массовой информации попросили активнее рассказывать о них). Но и без собственных ошибок тоже не обходится.И все-таки хорошая динамика есть: и инвестиции растут, и люди из-за рубежа приезжают куда более квалифицированные, чем десять лет назад. Тогда в крупных международных корпорациях московские отделения и филиалы зачастую использовали в качестве места ссылки проштрафившихся руководителей среднего звена. Сейчас же работа здесь – прекрасный ресурс для карьерного роста там. И особенно радует то, что многие из работавших здесь, получив более высокое место в компании, стараются вернуться в Москву и предпочитают вести свои дела именно с ней.

С новым кодексом!

[b]Уголовный кодекс в России – больше чем просто уголовный кодекс. Банальная формула, берущая свое начало от «поэт в России больше, чем поэт» и с тех пор охватившая чуть ли не все сферы человеческой жизни, применена здесь совершенно обоснованно. Потому что на самом деле этот кодекс не уголовный, а уголовно-процессуальный. До 1 июля разница была несущественна, теперь она принципиальна.[/b]Борьба за замену советского УК чем-то более цивилизованным и соответствующим международным нормам началась чуть ли не с 1991 года. Тогда приняли Концепцию судебной реформы и вообще много чего хотели поменять – даже милицию в полицию. Но милиция осталась милицией, а кодекс, хоть и лишился нескольких статей, устоял перед напором времен. Даже принятие новой Конституции, которая предусматривала его замену, не стало для него концом – спасли «переходные положения».Государственная дума взялась за работу над новым УПК в 1997 году, чуть позже к ней подключился Конституционный суд. В роли консерваторов выступали прокуроры и люди из МВД; во всяком случае, от общения с ними создавалось такое впечатление. То, что новый УПК частично вступил в силу именно с 1 июля 2002 года, – заслуга как парламентской и судебной ветвей власти, так и президента.Не вдаваясь в детали, можно сказать, что если старый кодекс был написан как инструкция общения правоохранительных органов с правонарушителем, то новый в глубинах своей логики все-таки имеет презумпцию невиновности: человек, попадающий в руки органов, должен иметь право на защиту, а органы должны быть ограничены в своих действиях. Вполне естественно, что последние могут быть не очень рады такому ограничению и, вероятно, постараются каким-то образом обходить требования к ним нового УПК.Чтобы им потруднее было это сделать, кодекс предусматривает постоянный контроль над их работой извне – со стороны судей. То, что эта ветвь государственной власти и в советские, и тем более в постсоветские годы влачила полузасохшее существование, вызывает некоторую тревогу. Смогут ли небогатые и во всем зависящие от региональных властей судьи противостоять давлению и соблазнам и руководствоваться только законом? Может быть, когда-нибудь на этот вопрос и можно будет ответить утвердительно, а пока что его лучше оставить вопросом.И тем не менее новый УПК дает повод для оптимизма. Может быть, чтобы люди лучше поняли его отличия от старого, его следовало бы назвать процессуально-уголовным…Полезная мысль, жаль только, что аббревиатура получается неблагозвучная.[i][b]Анатолий Кучерена, адвокат: «Мы живем уже в гражданском обществе»[/b][/i]– Вступление в силу нового Уголовно-процессуального кодекса создает минусы только для тех работников правоохранительных органов, которые не успели подготовиться к тому, что УПК начал действовать с 1 июля 2002 года.Что касается плюсов – безусловно, наиболее важным аспектом нового УПК являются права и свободы граждан. Сегодня можно сказать, что мы живем уже в гражданском обществе, где есть законы, позволяющие гражданину быть уверенным в том, что его права и интересы могут быть защищены.[b]– Какие наиболее узкие места вы видите в реализации нового УПК?[/b]– Вчера и сегодня я неоднократно слышал комментарии работников правоохранительных органов, что их не совсем устраивает новый УПК. Отчасти их можно понять, но раз мы живем не в полицейском государстве, им надо перестраиваться. Тяжело? Да, но тем не менее мы все обязаны соблюдать законы. Если кто-то не согласен с нормами, вошедшими в УПК – есть процедура, можно подать запрос в Конституционный суд. Конечно, и в новом УПК есть нюансы, но я надеюсь, что со временем судебная практика расставит все на свои места.[b]– Готовы ли судьи к увеличению объема их работы?[/b]– Что касается применения меры пресечения, то она в любом случае будет проходить судебное заседание, она должна быть открытой и прозрачной.При избрании такой меры пресечения, как содержание под стражей, должны участвовать и адвокат, и прокурор, и судья. До первого июля у нас было совершенно по-другому: работник правоохранительных органов приходил к прокурору и говорил, мол, у нас есть оперативная информация, что такой-то знает о преступлении и знает, кто его совершил, поэтому надо его посадить за решетку – и только тогда он нам все расскажет. Я очень надеюсь, что это ушло в историю. Конечно, судьи будут загружены, но я думаю, что со временем они войдут в эту колею и будут действовать, как прописано в законе. Сейчас руководство Верховного суда делает все возможное, чтобы увеличить численный состав судей. Очень надеюсь, что это будут профессиональные судьи.[b]– Кому выгодно введение нового УПК?[/b]– Совершенно однозначно – выгодно всем. В том числе и работникам правоохранительных органов. Сейчас сетуют на то, что снизится раскрываемость преступлений. Но давайте будем разумными: до 1 июля работники правоохранительных органов, даже сажая людей за решетку, не всегда успешно раскрывали преступления. Не это должно быть мотивом их переживаний: если уж мы хотим жить в правовом государстве, такой кодекс нам нужен был давным-давно.Мы знаем, что над ним работали десять лет и он все не принимался, мы знаем, почему он не принимался и кто был против, но в итоге мы выиграли все.[b]– Лично вы ощутили на себе введение в действие нового УПК?[/b]– Пока еще нет – слишком мало времени прошло. Но у меня уже есть разговоры по моим делам со следователями, прокурорами, и даже был случай, когда с повесткой одному моему доверителю прислали копию страницы УПК, где речь идет о вызове свидетеля в суд, причем заверенную и с печатью. Меня обрадовало, насколько скрупулезно следователь, вызывающий свидетеля, пытается донести до него его права и обязанности. Пока свидетель будет ехать к следователю, он может их читать.[i][b]Павел Крашенинников, глава Комитета Госдумы по законодательству: «Иногда нас даже перехлестывало, но теперь – все»[/b][/i]– По сравнению со старым УПК в новом законе установлены четкие критерии для принятия решения правоохранительными органами, судами и так далее. Очень важно, что теперь должны быть судебная санкция на арест, обыск и другие процессуальные действия, поскольку судья все-таки не на стороне обвинения и может объективно, посмотрев представленные ему материалы, принять решение по мере пресечения. Очень важно, что возбуждение уголовного дела будет с согласия прокуратуры, где лишний раз проверят все материалы. Если до первого июля органы внутренних дел могли их возбуждать самостоятельно, то теперь только с согласия прокурора, и это тоже послужит защите граждан.Также в законе прописана процедура по суду присяжных. Там есть процедура признания вины: если человек соглашается, что совершил преступления, – таких очень много – то его дело рассматривается по упрощенной процедуре, он меньше находится в следственном изоляторе, он может даже получить наказание ниже нижнего предела. Теперь следующая инстанция не может ухудшить приговор, упразднены возврат на доследование, народные заседатели… В общем, в итоге УПК гораздо лучше защищает права всех участников процесса – как сторону обвинения, так и сторону защиты, да и судей.Какие минусы? Мы первоначально считали, что арест должен был передан судьям с 2004 года, но Конституционный суд нас поправил, в результате чего в тех регионах, где еще не создана система мировых судей, могут возникнуть сложности из-за увеличения нагрузки на судей.[b]– Раз работа над законом шла так долго, очевидно, были люди, которые сопротивлялись его принятию. Какую форму может принять их сопротивление сейчас?[/b]– Странно, как можно сопротивляться? Федеральный закон принят, его надо исполнять. Конечно, когда у кого-то меняется сфера компетенции, это не всем нравится, но это ведь закон. Мы много дискутировали на стадии принятия решения, иногда даже перехлестывало… Но теперь все.[b]– Часто говорится о коррупции в правоохранительных органах и об использовании прокуратуры в политических целях. Новый УПК как-то может повлиять на эту ситуацию?[/b]– Как раз наличие жестких критериев и уменьшит количество таких моментов. У нас же принят еще и АПК – арбитражно-процессуальный кодекс, который поставит точку в истории конкуренции судов, когда корпоративные споры вели и суды общей юрисдикции, и арбитражные. Так что новое процессуальное законодательство дает меньше юридических возможностей для коррупции и политического давления.[b]– Сталкивались ли вы лично за последние дни с какими-то результатами введения нового УПК?[/b]– Я лично – нет. Но с введением Кодекса об административных правонарушениях столкнулся один мой товарищ. Его оштрафовали на 50 рублей за курение в неположенном месте. Я его спросил: «Тебе квитанцию дали?» Он сказал, что не дали, просто деньги забрали. Выходит, это не штраф, а взятка.

День взятия доллара

[b]4 июля США празднует день независимости. В такие дни президенты обычно обращаются к своему народу и объясняют, что и зачем они делают и когда прекратят. Мы пока не знаем, что скажет Буш американцам, но нам тоже интересно. Особенно про доллар: почему он так упал по отношению к евро?[/b]Эксперты связывают происходящее со скандалами, разразившимися в связи со злоупотреблениями в крупнейших корпорациях США, в частности, энергетической «Энрон» и аудиторской «Андерсен». Кроме того, политика кабинета Буша существенно подорвала бюджет, в котором в результате в срочном порядке пришлось дописать еще 450 миллиардов долларов на государственный долг (иначе США оказались бы в состоянии дефолта). Все это чревато инфляцией, и, казалось бы, рост евро по отношению к доллару это подтверждает.Однако не все так просто. В Европе экономика тоже ведет себя неуклюже: после крушения медиаимперии Лео Кирха близка к краху французская фирма «Вивенди Юниверсал», третья в мире медиакомпания.Она тоже попалась на недостоверной отчетности, что заставляет задуматься о том, что гиганты экономики тонут далеко не сами – их кто-то умышленно пускает ко дну.В подтверждение этой мысли можно привести историю двух или трехлетней давности, когда американцы возбудили несколько судебных исков против швейцарских банков, которые во время войны держали на своих счетах деньги нацистов, да и потом вроде бы как тоже. Скандал мягко сошел на нет, но дело свое сделал: привлекательность плохих банков упала, а хороших – повысилась. Интересно здесь то, что практически одновременно с исками в Америке разворачивался скандал вокруг «Бэнк оф Нью-Йорк», который руководство банка пыталось увязать с Россией, чтобы попросту перевести стрелки (как говорят там, «ничего личного»). Так вот, это далеко не первый и не последний синхронный скандал.Логика развития мировой экономики такова, что США и Европа, то есть долларовая и евро-зона обречены на какие-то столкновения, и всякие публичные скандалы с участием обеих сторон типа введения запретительных пошлин на ввоз в США европейской стали – лишь верхушка айсберга. На самом деле экономические сверхдержавы по обе стороны Атлантики умышленно ведут дело к уменьшению конкурентоспособности соперника и ради этого идут на не самые благородные поступки. Хотя можно ли назвать разоблачение лжи, которой много и там, и там, неблагородным? И в этом смысле отношение доллара к евро не что иное, как показатель успехов или неудач в этой подковерной борьбе. Два года назад лучше получалось у Америки, и евро, который в момент своего рождения в безналичной форме стоил доллар с хвостиком, рухнул до 89 центов.Сейчас перехватила инициативу Европа, но и ей до решительной победы далеко.Возвращаясь к праздникам: пройдет День независимости, и уже очень скоро наступит День взятия Бастилии. Оба принадлежат к одной исторической эпохе, празднуют их уже более 200 лет, но, может быть, когда-нибудь они сольются в один длинный праздник. Что-то типа Дня взятия доллара.

Конкурс – пять городов на место

[b]В декабре 2002 года Международное бюро выставок определит победителя конкурса на организацию Всемирной универсальной выставки ЭКСПО-2010. У Москвы наиболее высокие шансы оказаться этим победителем.[/b]Вся подготовка к проведению выставки обойдется России примерно в 1,9 млрд. долларов, из которых 800 миллионов придется на бюджет Москвы, 700 миллионов – на федеральный бюджет. Остальные расходы возьмут на себя спонсоры.В реконструкцию ВВЦ предполагается вложить около 180 миллионов долларов. Остальные средства пойдут на строительство гостиниц, совершенствование транспортной инфраструктуры и другие мероприятия по подготовке Москвы к принятию гостей ЭКСПО. Проведение в Москве Всемирной выставки означает огромный приток туристов, а также приток инвестиций и расширение деловых связей национального бизнеса.В случае проведения ЭКСПО-2010 в Москве в ближайшие девять лет будет создано 60 000 новых рабочих мест. По мнению мэра Москвы Ю. Лужкова, расходы окупятся еще до открытия выставки.Всемирные выставки уже полторы сотни лет будоражат воображение человечества.Первая, она же Великая универсальная, выставка в Лондоне 1851 года подарила миру Кристэл Пэлас – знаменитый Хрустальный дворец, который, к сожалению, впоследствии погиб от пожара. До сих пор стоит Эйфелева башня, построенная ко Всемирной выставке 1889 года в Париже. С тех пор универсальные выставки, привлекавшие миллионы посетителей, стали таким же обязательным атрибутом Земли, как Олимпиады или, существенно позже, Организация объединенных наций. В 1939 году на Нью-Йоркской выставке даже заложили капсулу с достижениями современной цивилизации – причем заложили на пять тысяч лет.Право принимать у себя международное событие такого масштаба – большая честь для любой страны. Международная выставка сегодня – это демонстрация новейших научно-технических достижений, традиций, истории и культуры стран-участниц. Регулирует организацию Всемирных выставок Международное бюро выставок (МБВ), учрежденное в 1928 г. на встрече в Париже.Всемирные выставки проводились во многих европейских странах, а также в Японии, США, Северной Америке и Австралии.Недавно МБВ приняло решение о проведении универсальных выставок раз в пять лет. После Ганноверской ЭКСПО-2000 должна последовать выставка в 2005-м, местом проведения которой намечен японский город Аити, неподалеку от Нагои. А вот место проведения универсальной выставки 2010 года будет определено через шесть месяцев на очередной Генеральной ассамблее МБВ в Париже.[b]Кто же наши соперники?[/b]В гонку за право проведения ЭКСПО2010 пустились шесть стран: Китай, Южная Корея, Мексика, Аргентина, Польша и Россия. Сейчас количество претендентов сократилось до пяти – от борьбы отказались аргентинцы, переживающие сейчас острейший экономический кризис. Остальные страны должны представить свои проекты на предпоследней презентации 2 июля в Париже.Наиболее опасным соперником нашей столицы выглядит китайский город Шанхай – грандиозный мегаполис наиболее динамично развивающейся мировой державы. Китай активно участвует практически во всех конкурсах на проведение на своей территории событий мирового значения – так, в Пекине пройдет Олимпиада-2008. Шанхай раньше других начал подготовку к соревнованию, делегации этого города объездили практически все страны-участницы Всемирного бюро выставок и очень хорошо зарекомендовали себя.Южная Корея уже один раз принимала у себя выставку серии Экспо – в 1993 году в Тэджоне, теперь предлагает в качестве места проведения городок Йосу.Кроме того, на счету южнокорейских лоббистов такие достижения, как Олимпиада в Сеуле 1988 года, проходящий сейчас чемпионат мира по футболу и даже Всемирные компьютерные игры. Мало кто сомневается в способностях трудолюбивых восточных народов организовать еще одно грандиозное зрелище, однако не слишком ли часто принимает их у себя эта часть света? Польша (Вроцлав) и Мексика (Керетаро) еще не принимали у себя всемирных выставок, хотя у последней есть опыт проведения двух футбольных чемпионатов мира, и их амбиции можно понять: Польша страстно желает презентовать себя как нового члена Евросоюза, а Мексика – выйти из тени США и попытаться стать третьей великой державой Североамериканского континента. Они опасные соперники Москвы, но тем не менее у нашего проекта есть все шансы выиграть конкурс на право проведения Экспо-2010.[b]Почему ЭКСПО-2010 должна проходить в России?[/b]Во-первых, Россия, единственная из нынешних стран-конкурентов, в течение 150 лет участвовала почти во всех всемирных выставках, но при этом ни разу не принимала их у себя. Для России пришло время наверстать упущенное.Во-вторых, нашей страной для Выставки предложена прекрасная тема: «Ресурсы, технологии, идеи как путь к единому миру». Эта тема носит действительно универсальный характер и перекликается с темой первой Всемирной выставки 1851 года: «Пусть все народы работают совместно над великим делом – совершенствованием человечества».За 150 лет тема единения человечества не только не устарела, но стала как нельзя более актуальной на фоне происходящих в мире событий.В-третьих, Россия – страна с огромным природным и человеческим потенциалом, развитие которого важно для всего мирового сообщества. Выставка будет способствовать знакомству других стран с возможностями России, развитию сотрудничества в самых различных областях.6 июня на приеме для послов стран-членов МБВ премьер-министр РФ Михаил Касьянов сказал следующее: «Есть замечательная русская пословица, мудрость которой не раз подтверждалась временем: русские долго запрягают, но быстро едут. Я уверен, что к 2010 году Россия изменится до неузнаваемости и как современная демократическая страна будет задавать тон во многих областях международной жизни». Будем надеяться, что Михаил Михайлович, который должен возглавить российскую делегацию на встрече МБВ в Париже, сумеет передать свою уверенность представителям всех 87 стран, участвующих в этой представительной организации.

Африка на опасном пути

По инициативе Канады одной из основных тем саммита оказалась Африка – ее бедность, отсталость и политическая неразвитость. Африканские государства более чем какие-либо другие сейчас подвержены болезням периода индустриализации, главная из которых – угроза национализма. Полученная более 40 лет назад бывшими колониями независимость, демографический взрыв и влияние процессов глобализации нанесли удар огромной силы по традиционным обществам Черного континента и задали им направление движения… каждому – свой.Самой страшной тенденцией современной Африки может оказаться вовсе не распространение СПИДа или лихорадки Эбола – ею может оказаться национализм. Мир стал свидетелем геноцида в Руанде, где две народности – хуту и тутси – избивали друг друга в 1994 году и сократили население четырехмиллионной страны на один миллион. Мир в курсе, что лидером по количеству убийств сейчас является Южно-Африканская Республика, что в ней и соседних с ней государствах регулярно отстреливают белых фермеров. Мир знает, что в Алжире к власти едва не прошли фундаменталисты с явным националистическим уклоном, последние десять лет терроризирующие эту страну и особенно находящихся в ней иностранцев. Анархия в Сомали и диктатура в Зимбабве – тоже Африка, ненавидящая иностранцев и местные малые народности.Чтобы понять, как возникает такой национализм, надо обратиться к европейской истории конца ХIХ – начала ХХ века. Это было время, когда из многонациональных империй типа Российской, Австро-Венгерской или Британской начали выкристаллизовываться сперва националистические движения угнетенных народов, а затем и целые национальные государства. Мы, воспитанные в духе уважения к национально-освободительным движениям, которые наша страна поддерживала на протяжении практически всего двадцатого века, не так уж хорошо представляем, что же происходило тогда на самом деле.Историки свидетельствуют, что национальные движения в странах, где нация не была титульной и находилась на вторых ролях, не развивались до тех пор, пока не получали какой-то формы автономии, не повышали уровень школьного образования на родном языке и не формировали определенной национальной элиты. Но главным и чуть ли не решающим фактором осознания своей национальной принадлежности являлись объединения эмигрантов. Массы рабочих и крестьян, отправлявшихся из Европы на заработки в Америку, образовывали там национальные общины – польские, ирландские, итальянские, – которые остро ощущали свои отличия от других и как следствие проникались национальным духом.Интересно, что к моменту формирования национальных государств нации были, как правило, еще не сформированы и в большинстве своем лишены национального сознания. Уже через десять-двадцать лет нации новообразовавшихся государств были убеждены, что они сами, их язык и культура обладают долгой и славной историей. Кстати, маленький штрих к образу националистов-эмигрантов можно почерпнуть из Артура Конан Дойла, который в одном из своих последних романов перепрофилировал Шерлока Холмса в контр-разведчика и отправил его на курсы ирландских террористов (они же борцы за свободу Ирландии) – куда бы вы думали?..В Чикаго. Так что ничего принципиально нового в образе террористов, захвативших 11 сентября прошлого года американские самолеты, нет…Африка получила независимость более сорока лет назад, причем многим странам она досталась не в результате мифологизированной у нас национально-освободительной борьбы свободолюбивых народов, а практически за так. Именно тогда был нажат спусковой крючок, именно с 1961 года началось формирование современных африканских наций.Тогда жители Того не ощущали разницы между собой и, к примеру, нигерийцами – теперь их уже разделяет история. У них есть все для формирования национализма: массы эмигрантов, связь которых с родиной не разорвана, образование на национальных языках, рост местной промышленности и культуры. Есть реваншизм – память об угнетении со стороны европейцев, – продолжавшийся в большинстве стран Африки не дольше одного века.Есть острейшие социальные и экономические проблемы, которые могут превратить смесь реваншизма и национализма в нечто подобное германскому националсоциализму, хоть и в более местечковом масштабе. Последний, как и большинство тоталитарных режимов, был помешан на спорте… что ж, футбольные успехи африканских стран могут оказаться предвестниками грядущих проблем.Конечно, приведенный здесь анализ несколько пессимистичен, и, может быть, ХХI век будет более гуманистичен и космополитичен, чем ХХ. Но тревожные тенденции есть, и очень хорошо, что большая восьмерка приступила к их анализу.

Лакмусовая область

[b]Севильский саммит Евросоюза, завершивший минувшую неделю, не внес полной ясности в ситуацию вокруг Калининградской области.[/b]Да и странно было бы, если бы саммит, чуть ли не целиком посвященный проблемам незаконной миграции в страны Евросоюза, стал бы расширять безвизовую зону или делать иные послабления потенциальным поставщикам мигрантов. Европейцы вообще не совсем понимают, почему калининградская проблема внезапно так раздулась.Калининградская область существует в анклавном состоянии уже более десяти лет, и за эти годы к нему успешно адаптировалась. С соседями – Польшей и Литвой – установлены более-менее нормальные отношения, а экономические связи с ними куда крепче, чем с остальной Россией. Конечно, Калининград победнее своих соседей, и “балтийского Гонконга” из него так и не получилось, но бедственным положение в нем тоже назвать нельзя. И надо же такому случиться, что калининградцы к этому своему удаленному небедственному положению привыкли и начали почитать его естественным. В калининградских интернет-форумах, где и положено скапливаться наиболее “продвинутым” идеям, начало возникать словосочетание “Республика Балтия”.Причем в подтверждение этой идеи приводится новейшее изменение политической карты мира: при поддержке ООН Восточный Тимор обрел независимость от Индонезии и буквально месяц назад впервые показал остальному миру свое свежесшитое национальное знамя. Кое-кто вспоминает про Гибралтар, которые передают от Великобритании испанцам.Калининградцы вообще народ способный на многое, если не на все. Когда попадаешь в город на Преголе, можно заметить, что люди ходят здесь быстрее, чем в других провинциальных городах России. Примерно так же, как в Москве. Может быть, это оттого, что население Калининграда, как и Москвы, по большей части состоит из приезжих и детей приезжих.Только вот в Калининграде их практически 100% – в 1945–46 годах население этого региона сменилось полностью. А “поселение, состоящее из выходцев из другой страны, области”, в толковом словаре русского языка расшифровывается как “колония”. Их в мире осталось очень и очень мало.По большому счету, на Россию в Калининградской области завязано не так уж много структур. Две наиболее мощные из них – это порт и военно-морская база. Первый сумел поставить прошлого губернатора Леонида Горбенко, вторая – нынешнего Владимира Егорова. Оба вынуждены быть государственниками, так как калининградский порт нужен только России, для которой он на Балтике единственный незамерзающий, а уж о военном флоте и говорить не приходится. С вступлением в ЕС Литвы и Польши транзит грузов в калининградский порт через Литву станет невыгоден, а снабжение военных будет резко затруднено, из-за чего способность этих двух структур контролировать ситуацию в области ослабнет. И соответственно возрастет у фирм с участием иностранного капитала – тем более что за последнее время в области наблюдается мощный приток инвестиций из-за рубежа. Вот тогда-то там и может состояться прорыв к власти сепаратистов.Но вряд ли федеральный центр, развернувший дискуссию о транспортных коридорах и безвизовых режимах с Евросоюзом, сейчас озабочен этой перспективой. Похоже, что руководство России пытается поймать на калининградский крючок куда большую рыбу, чем говорит – а именно безвизовый режим для всех граждан России. Это куда более реально, нежели вступление в ЕС – прибалтийские республики пользовались в Европе безвизовым режимом чуть ли не сразу после распада СССР.И не так уж противоречит политике ЕС, особенно после принятия у нас нового, более жесткого закона о гражданстве. И самое главное объяснение нынешней суматохи, включая объявление Калининградской области лакмусовой бумажкой, заключается в том, что это – последний шанс вскочить в уходящий на запад поезд.Поэтому маловероятно, чтобы наши переговорщики всерьез использовали варианты с пломбированными вагонами или же специальными паспортами только для калининградцев – скорее всего, эти идеи были нужны только для затягивания в дискуссию европейцев. После начала диалога об этом можно будет забыть.Европа в свою очередь не очень-то рада перспективе открыть границу для россиян в целом и калининградцев в частности. Это так, и этот факт доказывают многочисленные публикации в европейской прессе об ужасах российского анклава, где по улицам бродят проститутки под руку с наркодилерами, и вообще мало что хорошего. Это писали десять лет назад, пишут и сейчас примерно одними и теми же словами. Поэтому нормальный европейский парламентарий вряд ли будет голосовать за объединение с этим ужасом.Но если не вырывать информацию из контекста, то окажется, что подобного рода истории публикуются в западной прессе чуть ли не обо всех государствах Восточной Европы, готовящихся к вступлению в ЕС. Мы не знаем об этом просто потому, что не очень интересуемся, что пишут, к примеру, итальянцы о латышах… Это добрая традиция цивилизованных стран – говорить, что вокруг варвары. То, что восточно-европейцев принимают в ЕС – результат отнюдь не желания рядовых управленцев из Бельгии или Португалии породниться с братьями-славянами, а результат политического решения, принятого из чисто внутриорганизационных соображений. По нам этого решения нет тоже из внутриорганизационных соображений: евробюрократия может единовременно переварить 8 небольших стран, а вот 8 небольших и 1 большую – уже нет.Единственное, что она нам может предложить в обычных условиях – встать в очередь, как все, и не буянить. А мы буяним, надеясь сделать условия необычными.Если договориться с Евросоюзом не удастся, то калининградцам останется ходить в консульства стран Европы… или же на могилу Канта, расположенную в центре города. Знаменитый философ был знаменит еще и тем, что родился в Кенигсберге, жил в нем и умер, тем самым доказав, что можно жить и без виз.

Теперь затопило Кавказ

[b]Наводнение на Северном Кавказе уже унесло жизни 53 человек, более 110 тысяч пострадали.[/b]Эти цифры не окончательны, поскольку еще не собраны данные по количеству пропавших без вести. Однако и они позволяют сказать, что это наводнение было одним из наиболее опасных бедствий, обрушивавшихся на нашу страну за последнее время. По своему масштабу оно не превосходит прошлогоднее Ленское, но из-за того, что обрушилось на густонаселенный район, ущерб от него может быть куда большим.На Кавказе говорят, что подобного не было минимум сто лет.Причиной резкого повышения воды в реках Северного Кавказа стали дожди с грозами (на Кубани выпало несколько месячных норм осадков), наложившиеся на завершение паводка после таяния кавказских снегов. В результате вода поднималась очень резко и буквально захлестывала небольшие города, стоящие на берегах речушек, текущих в узких долинах (в некоторых случаях уровень рек поднимался на 4–5 метров). Соответствующие службы давали предупреждения за несколько часов до начала наводнения, однако не везде удалось вовремя эвакуировать людей. О вывозе материальных ценностей и скота речь вообще обычно не шла. И, естественно, никаких сооружений по защите населенных пунктов вроде якутской дамбы не строилось. Хотя при известной организации и можно было бы успеть.Дело в том, что первые сообщения о наводнении начали поступать из предгорных районов еще 19–20 июня, когда затопило Карачаево-Черкесию. У регионов ниже по течению рек было минимум два дня, чтобы подготовиться к удару стихии, и если бы информация о них было вовремя проанализирована, столь печальных последствий, скорее всего, удалось бы избежать. Но… по сравнению с Якутией население северокавказских республик куда больше распылено, не менее половины его занято в сельском хозяйстве и поэтому куда труднее мобилизуемо на общественные работы.Да и руководители регионов явно не были готовы к тому, что обычно засушливое лето преподнесет такой сюрприз.Наводнение – беда, но еще одной бедой может стать ликвидация его последствий. По данным МЧС, разрушено более 2000, повреждено еще 3000 жилых домов, а также много объектов инфраструктуры. Деньги для восстановления жилья будут выделены, но есть опасения, что методы их расходования вряд ли будут сильно отличаться от финансирования восстановления Чечни или Дагестана.Кстати, Чечню наводнение тоже задело – разлившаяся Сунжа затопила Грозный, а четыре наиболее боевико-насыщенных района оказались отрезанными от большой земли в результате “размыва дорог и разрушения мостов”. Насмешкой над происходящим выглядит заголовок на сайте strana.ru, гласящий буквально следующее: “Чечня восстанавливается после наводнения под руководством генерала Молтенского”.[b]Наводнения после Ленска[i]13 июня 2002 года[/b] – Челябинская область, 2000 домов подтоплено[b]19 мая 2002[/b] – Камчатка[b]29 апреля 2002 [/b]– Курганская область, вода в реке Тобол поднялась на 9 метров[b]12–20 января 2002 [/b]– Темрюкский район Краснодарского края[b]15 ноября 2001[/b] – в Санкт-Петербурге вода поднялась на 1,85 метра выше ординара[b]9 июля 2001[/b] – Иркутская область[b]24 мая 2001[/b] – Красноярский край, 1500 домов затоплены[b]17 мая 2001[/b] – Якутия, Ленск – затоплено 90% города[/i]

Убили Белого

Западную Европу лихорадит. Старый континент оказался сейчас в положении, из которого он может и не найти выхода. В ней появились люди, которые единственным спасением видят насилие. Недавний расстрел руководства кантона в Швейцарии, аналогичный случай во Франции, пальба, устроенная немецким школьником в родном учебном заведении, – звенья одной цепи. Очередное звено: убийство голландского политика Пима Фортуйна, произошедшее 6 мая, признано первым политическим убийством в истории голландской демократии.Фортуйн – известный в Нидерландах крайне правый политик, он выступал за ограничение иммиграции в страны Европы и по своим взглядам был схож с французом Ле Пеном. Его пристрелили, когда он выходил с радиостанции в городке Хилверсум, в 20 км от Амстердама. На радиостанции он произносил предвыборную речь.Сейчас правительство Голландии решает, стоит ли отложить назначенные на 15 мая выборы изза этого убийства: все-таки Фортуйн был одной из наиболее значимых фигур. Тот, кто его убил, явно действовал под впечатлением от успеха Ле Пена и, скорее всего, руководствовался логикой «собаке – собачья смерть». Страна в шоке, да и не только она: например, английский премьер Тони Блэр уже отменил свой визит в Нидерланды.Европа, которая всегда гордилась тем, что ее политики не пользуются услугами телохранителей (за исключением президентов и премьеров), теперь оказалась перед сложным выбором. Да, подобные и даже более громкие преступления были и раньше: достаточно вспомнить похищение и убийство Альдо Моро, трагическую гибель Улофа Пальме или покушение на Иоанна Павла II. Но они происходили в другое время: политическое противостояние двух систем, схватка противоборствующих спецслужб. Злодеяния можно было списать на внешние факторы, и они легче переносились обществом. Теперь же зло коренится в самом обществе, и неясно, каким образом от него можно избавиться. Самый простой способ: воздвигнуть между обществом и властью стену по нашему образцу, защищающую политиков от экстремистов и иных жизненных проблем. Правда, есть риск, что в этой стене позже похоронят европейскую демократию.Но самое мрачное последствие, которое только может быть у убийства Пима Фортуйна, – возможный успех его движения на выборах. Одно дело просто экстремистская партия, и совсем другое – она же, овеянная ореолом мученичества. Тот же самый Ле Пен после сокрушительного поражения во втором туре в первую очередь говорил о том, что он жертва кампании травли и лжи, что Франция стоит на пороге тоталитаризма и что все медиаресурсы сосредоточены в одних руках (не правда ли, очень знакомый нам набор тезисов?). Но живой Ле Пен далеко не так опасен, каким бы был мертвый…

На кого менять Касьянова?

Михаилу Касьянову недолго отдыхалось. Как только президент на совещании с членами правительства заявил, что он уже месяц ждет новых цифр прогноза экономического развития, Михал Михайлович утратил покой. Чтобы остаться премьером, ему теперь нужно очень постараться. В сущности, Касьянов премьерствует уже очень давно, по российским меркам. У него второй результат после Черномырдина, и это вполне заслуженно: никакой особенной самодеятельности он на посту не допускал, так что снимать его было не за что. Да и заменять, в общем, не на кого.Однако сейчас в президентском окружении возникла одна свежая мысль, не чуждая и самому президенту. А именно, что управленческая специальность Касьянова не очень-то соответствует текущим задачам правительства. Михаил Михайлович у нас известный переговорщик, улаживатель долговых проблем, привлекатель инвестиций… и вообще ему куда комфортнее в Лондоне, нежели в Верхней Тотьме. Если учесть, что Владимир Владимирович и сам не прочь поездить по заграницам с лекциями о выгоде вложения денег в российскую экономику, возникает вопрос: нужен ли ему Касьянов в таком статусе? Нет.Преодолевать паузу в экономическом росте придется за счет внутренних источников. А это означает – структурные реформы, дрессировка естественных монополий, снижение издержек (включая знаменитую реформу ЖКХ). В общем, на посту премьера Путину нужен сейчас не финансист-переговорщик, а производственник-управленец, желательно несоветского типа.Такие уже есть, достаточно покопать среди так называемых олигархов. Дума в ее нынешнем виде проголосует «за», даже если на пост премьера ей предложат белого слона. Однако вероятность того, что взятый из крупного бизнеса будет работать на государство, как на свою корпорацию, достаточно невелика. И в этом загвоздка.Другой вариант – поиск сменщика Касьянова в собственном окружении Путина. Там тоже есть подходящие люди, но как они поведут себя на полусамостоятельной должности премьера – вопрос. Странное состояние путинского ставленника Алексея Миллера, которого постоянно шпыняют за неспособность найти общий язык с менеджментом «Газпрома» и чуть ли не еженедельно «увольняют», заставляет задуматься об их неготовности к высокому посту.Третий вариант – поискать среди губернаторского корпуса можно, но сложно. Даже у самых успешных губернаторов – к примеру, новгородского Михаила Прусака – за годы деятельности в регионе формируется совершенно особенная манера работы, не подходящая для занятия премьерской должности.В общем, гарантированно успешного сменщика Касьянова у Путина сейчас нет. Потому Михаил Михайлович и остается премьером.

Великолепная пятерка и «Рубеж»

Они живут на Украине. Там их знают и любят, но любят и знают их и в России. Может быть, даже крепче и лучше, потому что наш книжный рынок побогаче соседнего будет. Тут тебе и тиражи, и популярность. Чем-чем, а популярностью признанные лидеры украинской фантастики не обижены. Вот они: Олег Ладыженский и Дмитрий Громов (вместе – Олди), Сергей и Марина Дяченко, Андрей Валентинов. Они приехали в Москву представлять свой новый проект и легко согласились на разговор. Но только с «Вечеркой»![b]— Кто вы и сколько вас?Олег[/b]: Авторов книжной серии «Нить времен» издательства «ЭКСМО» трое, хотя всего нас пятеро. Но Олди представляют из себя двоих, дуэт Марины и Сергея Дяченко – тоже двоих, и остается задать вопрос Валентинову, как ему пишется одному. Может, все же с кем-то, кого он прячет?[b]Сергей[/b]: Нас объединяет не география, хотя все мы – украинские авторы. Фантастика космополитична! Мы разные, работаем в разных жанрах: Олди создали философский боевик, Андрей Валентинов занимается криптоисторией...[b]Андрей[/b]: Не могу согласиться, что фантастика космополитична. То, что мы пишем, стоит на прочной национальной почве. И прежде всего нас объединяет мощная традиция русской литературы. Но вышли мы не как северяне — из гоголевской «Шинели», а из гоголевской Диканьки. Нас куда меньше интересует техника или даже техника магии, нежели личность героя, этические вопросы.[b]Сергей[/b]: Еще объединительный момент – роман «Рубеж», один на пятерых. Для русской литературы это событие уникальное. Это эпический роман о прошлом, настоящем и будущем не только Украины, но и мира, поскольку речь там идет о конце Света и его предотвращении. Он выдержал несколько переизданий и, значит, состоялся, несмотря на то, повторюсь, что все мы разные: Дима – химик, Олег – историк, Сергей – режиссер, Марина – актриса, я – психиатр.[b]— Вы что-то вроде клуба «Что? Где? Когда?» Остается задавать вопросы. Итак, группа серийных писателей из Украины…Андрей[/b]: Никто из нас литературных сериалов не писал! Они в моде, писать их легко, не надо изобретать новых героев, создавать новую «атмосферу». Просто мы печатаемся в одной серии… ...и уже обрушили на головы читателей более 40 томов, в том числе «пятизвездочный» роман.[b]— Кстати, на ваш взгляд, чего в нем не хватает?Андрей[/b]: Его можно было написать куда более жестоким, но мы сдерживались, там и так слишком много мрачных страниц. В нем нет национальной вражды, хотя сюжет искушал: у нас действуют не только хрунги и кронги из иного измерения, но и русские, украинцы, евреи, один татарин, ангелы и отряд махновцев.[b]Дмитрий[/b]: А еще он напрашивался на продолжение. Но лучше мы не напишем, а хуже – стыдно.[b]— Значит, сериал — это плохо? А как же Гарри Поттер?Марина[/b]: Валентинов даже не знает, кто это. Что до меня, то я не считаю, что Джоан Ролинг – это зажравшаяся домохозяйка, которая осмелилась написать какуюто фигню, а идиоты во всем мире эту фигню покупают и читают. Мне Гарри Поттер нравится. Эти книги обаятельны, остроумны, в них есть благородная сумасшедшинка.[b]Сергей[/b]: Они добрые и ироничные. Критические стрелы в автора и его героя отравлены завистью к успеху Ролинг. Если в двадцатом веке самой популярной книгой был Толкиен, то наше тысячелетие начинается еще одним удачным фэнтезийным произведением. Значит, наш жанр жив.[b]Андрей[/b]: «Гарри Поттер» — это что-то вроде телепузиков. И то, и другое готовили очень неплохие психологи, которые знали, что нравится детям. И в этом смысле Гарри Поттер – знаковое явление. Он не написан – он сконструирован.[b]— Мне кажется, сериал получается тогда, когда автор создает мир, в котором удобно, красиво, интересно, короче, в котором ему хотелось бы жить самому. У наших же писателей есть привычка усыпать мир трупами, обставлять руинами, после чего снова заходить туда противно и страшно.Олег[/b]: Сериальность убивает кульминацию и финал. В сериале герой всегда остается в живых по той простой причине, что впереди еще восемь томов-серий.[b]Сергей[/b]: Каждый из нас прошел через это искушение. Это как искушение святого Антония, которому являлся бес в образе обнаженной женщины. Устоять сложно, но мы устояли. Что касается горы трупов, то это, как правило, заказ читателя или издателя. Мы, напротив, агрессией не упиваемся, и поэтому, к слову, теряем много читателей. Сейчас есть масса книг-однодневок, которых через энное количество лет не будет, а наши книги — будут.[b]— Значит вы – «большая» литература?Сергей[/b]: Да.[b]Андрей[/b]: Нет. Если называть «большой» литературой содержимое «могучих» журналов с тиражом в тысячу экземпляров и с их водочными Букерами, то мы не имеем и не будем иметь к ним никакого отношения.Олег: По поводу Б-литературы, то бишь «большой», мы туда и впрямь вряд ли попадаем, поскольку у нее есть несколько признаков. Первый — нечитабельность. То есть если тебя читают больше ста человек, то это уже заведомо плохая литература. Второй признак — отсутствие сюжета. Если у тебя есть сюжет, это тоже низкая литература. И еще сейчас в Б-литературе приветствуются матерные слова, для нас же это неприемлемо.[b]— Тогда вы литература «средняя».Сергей[/b]: Мы литература своя, какая есть.[b]— Кто из вас живет «на литературу»?Олег[/b]: Я.[b]Дмитрий[/b]: Я.[b]Андрей[/b]: Я.[b]Сергей[/b]: Наш кот Дюшес. Только он и может жить на наши гонорары.[b]— Правильно ли жить «на литературу»?Андрей[/b]: Конечно. Литература – это работа, а за работу человек получает вознаграждение. Первый российский литератор, который стал жить на гонорары и считал, что это правильно, и за эти гонорары грызся, – Александр Сергеевич Пушкин.[b]Марина[/b]: Мы не живем «на литературу» только потому, что у нас вышло не так много книг, как у ребят, мы еще раскручиваемся.[b]— Где экономика, там и конкуренция. Есть ли она между вами?Сергей[/b]: Есть.[b]— Кто с кем конкурирует?Сергей[/b]: Я — с Дюшесом.[b]Олег[/b]: Ну какая между нами конкуренция!? Ниша достаточно широка, чтобы не толкаться локтями. В цеху фантастов нет ссор, зависти, козней. Что нам делить с Головачевым, Лукьяненко, Перумовым? У каждого свой читатель. Но если человеку нравятся книги и Олди, и Головачева, он будет покупать и те, и другие.[b]Андрей[/b]: Конкуренция возникает, если кто-то занимает чужое место. Мы занимаем свое.[b]Олег[/b]: В «большой» литературе конкуренция есть, потому что значительная ее часть существует на гранты и дотации, которых на всех не хватает. Там есть за что драться. В фантастике есть свои премии, но они не связаны с серьезными финансами, так что глупо за них с кем-то грызться.[b]Марина[/b]: И вообще мы люди мирные. С чем нас и поздравьте.

Полумесяц над Европой

[b]Нет дыма без огня. Нет националистов без национальных проблем. Зря Ле Пену не дали выступить в Страсбурге – таким образом можно только прикрыть проблему, чтобы она в ненаблюдаемом состоянии назрела еще больше. Да и вообще грех оставлять решение национальных и религиозных вопросов тем, кто только ими и интересуется, – типа Ле Пена, Хайдера и так далее. Слишком жирно будет.[/b]Проблема, на которой паразитируют европейские нацисты – присутствие в странах Евросоюза значительного числа эмигрантов из стран третьего мира, которые в большинстве своем исповедуют ислам. Каждая из стран, входящих в эту организацию, имеет некоторые оценки численности, и в масштабах этих стран они кажутся внушительными, хотя и не пугающими. В Германии из 80 с лишним миллионов населения 3 миллиона турок или выходцев из Турции (численность других народностей установить не удалось). Во Франции говорят о 4–6 миллионах выходцев из бывших французских колоний в Африке, в том числе из Алжира (Ле Пен особенно ненавидит алжирцев – он против них воевал). В Великобритании, где переселенцы чувствуют себя наиболее вольготно за счет либерализма английских законов, речь идет более чем о пяти миллионах пакистанцев, нигерийцев и так далее.Цифры вроде бы относительно небольшие, но вместе они составляют от 20 до 25 миллионов человек (главным образом мусульманского вероисповедания), постоянно живущих в Европе. В большинстве своем культуру родины они не забывают, живут общинами и образуют заметные вкрапления в европейское население. И поэтому мусульман в Европе больше, чем в России, где их насчитывается 14–15 миллионов человек. Так что они представляют из себя значительный фактор, влияющий на европейскую политику.Причем быстро растущий. За последние десять лет их численность выросла в полтора-два раза как за счет продолжения эмиграции, так и за счет детей, родившихся на новой родине. Причем количество этих детей существенно превосходит среднеевропейские показатели, хотя оно и ниже, чем у оставшихся на родине (см.таблицу). Так что если европейских мусульман бояться, то страх перед ними будет только расти, и от этого Ле Пену никуда не деться.Ему никуда не деться и от того, что иммигранты необходимы странам Европы как дешевая и низкоквалифицированная рабочая сила, согласная вкалывать за небольшие по европейским меркам, но огромные по меркам третьего мира деньги. Экономика любой, даже самой развитой страны устроена таким образом, что в ней существует довольно значительное количество рабочих мест для людей без квалификации, уменьшить которое практически невозможно, причем эти места крайне плохо заполняются местными кадрами даже при значительной безработице. Поэтому почти у всех стран Евросоюза есть квоты на ввоз из-за рубежа дешевой рабочей силы.Но и этого мало. Эмигрант, приехавший одиноким и готовым на все из какого-нибудь Пакистана в Англию, за десять лет работы мусорщиком успевает обрасти семьей, детьми, социальными гарантиями, привычками – и перестает быть этой самой дешевой рабочей силой. Что делать в этой ситуации? Пока что Европа методично прибегает к простому и надежному трюку: принимает на его место нового одинокого и готового на все эмигранта. Чтобы через десять лет все повторилось еще раз. Общество становится похожим на наркомана, а эти люди – на дозы, необходимые обществу для ощущения комфорта. Экономически обоснованный замкнутый круг – в свое время мощь американской экономики выросла за счет эмигрантов из Европы, теперь мощь европейской куется руками азиатов и африканцев.Причем если первое поколение иммигрантов не думает ни о чем ином, как бы заработать кусок хлеба да протащить в страну любимую бабушку, чтобы тоже пожила по-человечески, то с детьми иммигрантов начинаются уже политические проблемы. Они впитывают демократические ценности западного общества, умеют пользоваться его институтами, но при этом очень хорошо помнят, кто они такие и какие унижения пришлось пережить их родителям, чтобы попасть в этой мир наживы. Из второго поколения иммигрантов получаются прекрасные «солдаты» молодежных группировок, а то и просто преступных сообществ. Конечно, это случается не со всеми – большинство если не законопослушно, то вполне конформистски относится к обществу, но меньшинства опасных достаточно, чтобы тень неблагонадежности пала на всех.Самое опасное, когда в эту среду попадают радикальные исламисты. Европа, особенно протестантская, сейчас не особо верует, большинство – атеисты, а церковные общины невелики и разрозненны. И в такой ситуации могут возникать занятные казусы типа норвежского, где ислам оказался лидирующей религией по числу посещающих храмы. Их там не так уж и много, не больше 15%, но остальные вероисповедания уж больно мелко нарезаны.Все было бы относительно просто, если бы страны третьего мира были слабонаселенными, а развитые – густонаселенными, как еще 50 лет назад. Теперь все по-иному.Пакистан по численности населения превосходит Россию, а нищая и голодная Эфиопия – Украину.Так что давление на иммиграционные ведомства европейских стран просто огромно, и они элементарно «текут». Пробиваются в Европу наиболее сильные и богатые третьемирцы, уводя из своих стран последние деньги – и шансы на подъем собственной экономики. Так что текущее состояние автоматически консервируется.Вот такова она, проблема. Именно благодаря этому Евросоюз занял настолько проарабскую позицию в палестинско-израильском конфликте. Она была совершенно немыслима во время войн 1967 и 1972 годов, когда израильское лобби в Европе еще было сильнее мусульманского, а еврейские избиратели многочисленнее арабских. Но времена меняются…Недавний конфуз в Страсбурге, когда депутаты Европарламента просто не дали говорить Ле Пену, хотя он, строго говоря, один из их коллег, показывает еще один аспект этой проблемы. При сохранении нынешнего подхода к ней может оказаться, что заниматься ей будут только националисты.Потому как ни один серьезный политик не сможет сказать ничего конкретного на эту тему, так как он рискует утратить доверие избирателей из-за одного острожного или просто неверно понятого слова. Так уж сложилось, что если кто-то начинает просто говорить о национальных проблемах, к нему тут же лепится ярлык «националист», от которого затем очень сложно избаваться. Зачем серьезным политикам типа Жоспена это надо? Они и не говорят, а в результате проигрывают выборы.Будем надеяться, что во втором туре французских выборов ничего страшного не произойдет и Ширак сохранит президентский пост. И станем дожидаться осенних выборов в Германии, на которых тоже может начаться какая-нибудь чертовщина. Демократия – замечательная штука, и все плохие люди об этом прекрасно осведомлены.[b]ЧИСЛО ДЕТЕЙ НА ОДНУ ЖЕНЩИНУ ([i]В СРЕДНЕМ[/i])[/b][i]Нигер 7,2Сомали 7,2Эфиопия 7,1Чад 6,6Афганистан 5,9Нигерия 5,7Судан 5,5Пакистан 4,6Гондурас 4,3Египет 3,2Марокко 3,1Алжир 2,8Мексика 2,7Индонезия 2,6Албания 2,4США 2,1Казахстан 2,0Австралия 1,8Китай 1,8Франция 1,8Великобритания 1,7Нидерланды 1,6Швеция 1,5Германия 1,4Япония 1,4Украина 1,3Россия 1,2Латвия 1,1[/i]

Поперекбатькивпеклизм

Заставь современного российского политика думать – и он тут же придумает что-нибудь запретить. Или кого-нибудь. Глава группы «Народный депутат», недавно породившей целую Народную партию, Геннадий Райков придумал вот запретить гомосексуалистов. Для чего вместе с товарищами написал законопроект, где «противоестественное удовлетворение половой потребности мужчины с мужчиной (мужеложство) будет наказываться лишением свободы сроком от 1 года до 5 лет». Женщин, грешащих подобным образом, заслуженный изобретатель СССР Райков пощадил. А вот они его нет. Воплощение думской женственности, вице-спикер Любовь Слиска так прокомментировала идею Райкова: «Видимо, на авторов этого законопроекта оказали влияние магнитные бури, поскольку апрель – трудный месяц».Не более трудный, чем остальные. Геннадий Иванович, человек опытный и заслуженный, пал жертвой распространяющейся в последнее время в парламенте болезни, которую можно назвать «поперекбатькивпеклизм». Это когда человек из партии власти внезапно понимает, что до выборов два года, и за этот срок было бы неплохо обзавестись собственным лицом, ярким и запоминающимся. Например, депутат от ОВР Александр Федулов некоторое время назад носился по Думе с идеей запрета КПРФ и доносился – свои же товарищи исключили за несвоевременность. Райкова из «Нардепов» исключить сложнее, он у них там главный, но симптомы-то налицо.Явные мотивы просты и прекрасны: остановим СПИД, сократим преступность и распространение порнографии, укрепим семью. Ну и плюс к тому гомосексуализм как явление чужд России – наряду, кстати, с ананасами (не растут), компьютерными процессорами (не производятся) и футболистами (играют, но выиграть уже давно ничего не могут).Глубинные мотивы сложнее. Что помнит Геннадий Райков, с 1961 года вкалывавший мастером на моторостроительном заводе, о тогдашней власти? Наверное, что почище была, что воровали меньше, а если воровали или безобразничали, то стыдились хотя бы. Почему стыдились? Потому что тогда был моральный кодекс строителя коммунизма, партком, райком и так далее по списку, и весь этот список преследовал извращения, хоть буржуазные, хоть какие. А сейчас этого нет, оттого и нравы испортились.Вывод: моральный кодекс не восстановить, так хоть уголовный доработать.Пусть инициативу Райкова коллеги-депутаты дружно обсмеяли, но дело его живет, поперекбатькивпеклизм ширится. Пограничники, которые не впускают на территорию Россию польского католического епископа, назначенного в одну из новосозданных Ватиканом епархий, действуют в его русле. Ведь только что сам Папа Римский осудил американских католиков за повальную педофилию: в одном только Бостоне обнаружилось 400 священников-педофилов. Так что пусть все католические священники, желающие въехать на святую Русь, предварительно запасутся справкой, что они – не педофилы, и подпишут ее у всей своей паствы, а иначе… Объединяет поперекбатькивпеклистов то, что у каждого из них есть надежда, будто его инициативу заметят наверху и дадут ей ход, а его самого за идею приблизят. Вот он, главный мотив подобных законопроектов.Сажать за это не надо, хотя, по-моему, это тоже извращение. Но наше, не чуждое.

Аушев уходит из власти?

Руслан Султанович Аушев заявил, что выходит из Совета Федерации, потому что его структура не позволяет делать ничего полезного для простых людей, которые обращаются туда за помощью. После этих слов все тут же решили, что Аушев пытается этим жестом воздействовать на ход выборов в родной Ингушетии, с поста президента которой он и ушел в СовФед. Есть еще пара версий. Простая: в случае победы на этих выборах врагов Аушева ему все равно пришлось бы уйти, но это было бы похоже на бегство, а если победят друзья, они его вернут в СФ. И сложная, связанная с контртеррористической операцией в Чечне. Ингушского президента упрекали в пособничестве боевикам, что вполне естественно – трудно принимать на своей территории десятки тысяч беженцев, среди которых могут скрываться боевики, и никак им не пособничать. Насколько опасными могут быть лагеря беженцев и как можно их «зачистить», недавно показала израильская армия в Дженине. Аушев лагеря в Ингушетии защищал как мог, чем вряд ли заслужил горячую любовь генерала Казанцева, ныне возглавляющего Южный федеральный округ. А тот сейчас занят укреплением властной вертикали, и Аушеву просто деваться некуда.

Сегодня – третье послание

[b]Когда вы получите этот номер газеты, вам уже будет известно, что сказал Путин депутатам. Мы же рассказываем о том, что этому предшествовало.[/b]Сегодня президент обращается с посланием к Федеральному собранию. Это редкое событие – оно происходит раз в год – и довольно волнительное для парламентариев. Все, особенно заметные политические персоны, стараются выглядеть подтянутыми и благопристойными: в Кремле, где выступает президент, множество журналистов, которые уже начали комментировать послание до самого послания: в случае, если идея комментатора совпадет с идеями, изложенными в речи президента, можно прослыть интеллектуальной подпиткой власти.Ирина Хакамада заявила на сайте polit.ru, что президент будет говорить о демонополизации экономики и о том, как бы перестать зависеть от нефтяных цен. Скорее всего, Ирина Муцуовна права: президент говорил об этом и в прошлом послании, а раз с тех пор мало что изменилось, можно сказать еще разок. Борис Надеждин из СПС предполагает, что фраза в послании будет звучать так: «Россия – часть мирового сообщества, но у нас есть свои специфические интересы». Тоже вполне вероятно и, главное, стабильно: в послании 2050 года наверняка будет что-то подобное, если к тому времени останется Россия.Однако пока что никто из прогнозистов не делает сенсационных прогнозов о содержимом послания. По опыту двух прошлых документов можно сказать, что сенсаций в нем и не будет, а вот пара-другая инициатив для общественного обсуждения – очень даже может быть.Путин вступает во вторую половину своего президентства, когда не он будет спрашивать с окружающих, а скорее окружающие будут спрашивать с него. И в этом смысле в его интересах не глубокая всеобъемлющая дискуссия о политическом моменте, а ряд конкретных указаний.В общем, при всех расхолаживающих моментах есть только одна тревожащая деталь. Самым взрывоопасным в российской истории посланием было послание 1998 года – третье послание второго срока Ельцина.Тогда над его экономической частью поработал тогдашний экономический советник президента Александр Волошин, доказавший президенту тупиковость курса черномырдинского правительства, – а затем последовательно были отставка кабинета министров, секвестр бюджета и дефолт.Так вот, нынешнее послание тоже третье, и советник президента по экономике Андрей Илларионов тоже очень недоволен правительством…

Арафат прощается с миром?

[b]В последнее время в СМИ – наших и мировых – все отчетливее звучит тема нарастающего одиночества Израиля на карте мира. То Шарона «сдают» США, то европейские интеллектуалы начинают обвинять Израиль в геноциде. Испанская газета пересказывает антиизраильскую карикатуру из китайской газеты: гигантская акула с шестиконечной звездой пожирает маленького палестинца, а морской пехотинец США кричит тому с берега: «Эй, араб, не мучай рыбку!»[/b]На днях с Арафатом встретился американский госсекретарь Колин Пауэлл, хотя руководство Израиля не было этому радо. Тем не менее изоляция Израиля – не такое уж решенное дело.Дело в том, что, несмотря на всевозможные заявления и санкции, действия израильской армии уже привели к определенным результатам. Официальным обоснованием операций было «разрушение террористической инфраструктуры» – примерно это в итоге и произошло. Израилю удалось уничтожить много оружия и людей, державших это оружие в руках, и благодаря этому снизить риск полномасштабной войны. Если арабские страны вдруг подумают прийти на помощь палестинцам, то сейчас приходить на помощь некому.Именно поэтому Арафат, который мужественно сидел в бункере последнее время, вчера взял да и назначил себе 5 замов на всякий случай. Его смерть в разгар боев была бы сигналом арабским государствам к выступлению против Израиля. Сейчас грань между Арафатом и смертью – политической или даже физической – заметно истончилась, потому что эмоциональный пик прошел и за ним закономерно наступила усталость. Если с Арафатом сейчас что-то случится, войны не будет.На эту усталость и пришелся визит Пауэлла в Палестину. Так что если Бушу кажется, что миссия его госсекретаря поспособствовала миру, то, скорее всего, так оно и есть.

Сказ про то, как Донецк Москву обидел

[b]На прошлой неделе одна из популярных российских газет поразила россиян жутким ущемлением отечественного патриотизма, содеянным в Донецке. Год назад Москва подарила тамошним жителям точную копию Царь-пушки, теперь ее там собираются продавать с аукциона.[/b]Корреспондент той газеты, присутствовавший тогда в Донецке на открытии памятника, начал свой новый текст об этой истории со слов: «То, что это авантюра, было ясно с самого начала. Хотя бы потому, что все делалось по знакомству».Если вкратце, суть скандала такова. Пушку везли в Донецк из Ижевска к фестивалю «Золотой Скиф», на ее открытие ждали Юрия Лужкова и Иосифа Кобзона, донбассовца. Те не приехали – Лужков был занят, Кобзон заболел. И это было не единственное разочарование. Фестиваль делался процентов на восемьдесят на энтузиазме, что с одной стороны, хорошо, но с другой – иногда дает сбои. Например, не состоялся конкурс фейерверков и еще пара интересных событий. Даже в ходе самого фестиваля спонсоры то появлялись, то исчезали, поэтому не удивительно, что в итоге организаторы «Золотого Скифа» могли и не свести концы с концами.С пушкой, вероятно, произошло нечто похожее. Пересечение границы представляло для нее целую таможенно-политическую проблему. Я имел удовольствие пересекать российско-украинскую границу и потому представляю себе специфику работы как наших, так и братских пограничников и таможенников (различия, кстати, не так уж и велики). Киев был прекрасно осведомлен, чей именно подарок едет в Донецк, и не был в восторге от этого – с ним вопрос не согласовывали. А если бы и согласовывали, то вряд ли бы его удалось решить: не стоит забывать, что на десятилетие независимости Украины киевские власти переименовали гостиницу «Москва», имевшую несчастье украшать собой Майдан Незалежности, в «Украину» – вторую гостиницу в городе с таким названием.Посему нахождение пушки на балансе фонда «Золотой Скиф» представлялось организаторам акции наиболее простым и реальным решением вопроса.Пушку поставили у горисполкома рядом с колоколом из Эссена – тоже подарком городу, – и донбассовцы ей явственно радовались, тому свидетель– автор этих строк. До того радовались, что забыли списать ее с баланса «Золотого Скифа». Или передать на баланс… Но вот кому? Думаю, пушку все-таки не продадут. А вот скандалы вокруг нее, наверное, будут. Выяснять, кто чье сало съел, наше с украинцами любимое занятие, и ни на какую дружбу мы его не променяем.Корреспондент «ВМ» связался с [b]руководителем пресс-службы «Золотой Скиф» Юрием ХАЙЧИНЫМ[/b].Вот что тот передал из Донецка:[i]10 апреля российских читателей огорошили сенсацией – первая в мире точная копия Царь-пушки, подаренная Москвой в прошлом году Донецку, будет продана для погашения долгов фестиваля «Золотой Скиф».[/i]В любой шутке есть доля шутки в любой сенсации есть доля правды. Действительно, при пересечении границы и оформлении таможенных документов собственником был указан благотворительный фонд «Золотой Скиф». Так что сейчас пушка, установленная возле местной мэрии, ставшая новой достопримечательностью шахтерской столицы, формально находится на его балансе.Действительно, после проведения международного фестиваля «Золотой Скиф-2001» (грандиозного массового действа, в рамках которого прошел и впечатляющий конкурс молодых исполнителей популярной песни, и чемпионат СНГ «Что? Где? Когда?», и «Деловой прием» бизнес-элиты Украины, и множество других мероприятий) у фонда остались некоторые долги. И сейчас «имущественному погашению» подлежат суммы порядка 26 тысяч гривен (около 5 тысяч долларов), несравнимые с балансовой (720 тыс. гривен) стоимостью раритета (всего же фестиваль такого размаха не мог обойтись в сумму менее полумиллиона долларов). А значит, на Царь-пушку, как на имущество фонда, может быть обращено взыскание долгов. И продажа даже одного колеса с лихвой покрывает все претензии должников.В ответ БФ «Золотой Скиф» распостранил пресс-релиз, в котором отмечается, что, несмотря на «выгодные коммерческие предложения от предпринимателей из других городов Украины», исполнительный директор фонда К. П. Воробьев считает необходимым официально заявить о своей твердой позиции в этом вопросе: «Я разделяю мнение вновь избранного мэра Донецка А. А. Лукьянченко, который на первой своей пресс-конференции сказал, что Царь-пушка не будет продана ни при каких обстоятельствах. Этот раритет является общим достоянием дончан и не подлежит процедуре купли-продажи».Что дальше? Нет сомнения, что искусственно раздутая проблема с долгами будет решена в ближайшие дни. Собственно, она и возникла из-за того, что ряд предприятийспонсоров («Киев-Конти», «Норд» и ряд других) не перечислили ту сумму, которая была доведена решением облсовета и с которой они согласились. Есть вообще любопытнейшие моменты. Например, Донецкая железная дорога предъявляет претензии на 10 тысяч гривен за произведенные перевозки. Но ей, согласно тому же решению обладминистрации, предстояло выступить спонсором на сумму 20 тысяч гривен. Так что фонд уложился во вдвое меньшую сумму и не требует от дороги доплат. А вот дорога требует.Интереснее другое – кто был дирижером этой кампании? Очень может быть, что вал публикаций, накрывший в течение нескольких дней всю местную прессу и докатившийся «от самых до окраин» до Москвы – это не просто реакция недоброжелателей из Донецка и Киева, а спланированная акция «черного пиара».Только что в Украине прошли парламентские выборы, которые изменили политическую карту страны. Избирательные симпатии донбассовцев проявлены достаточно четко. Если посмотреть на карту, вокруг Донбасса сплошной пояс областей, проголосовавших за левых и национально-правых – блок Виктора Ющенко «Наша Украина» (для справки – Ющенко – ставленник Западной Украины, на которого делают ставку США; его блок завоевал 1-е место, оттеснив коммунистов на 2-е).Донецкая область единственная (!) из всех областей Украины, однозначно выбравшая центристский блок «За едину Украину».Благотворительный фонд «Золотой Скиф» – это мозговой центр по разработке и проведению имиджевой политики Донецкой области. Подрыв престижа благотворительного фонда – это попытка нанесения удара по тем тенденциям, которые фонд олицетворяет (в том числе тенденциям теснейшей интеграции Украины с Россией и другими странами СНГ).Может, в этот центр и была направлена Царь-пушка? Но, как известно из истории, Царь-пушка, несмотря на свои внушительные габариты, так ни разу и не выстрелила. Похоже, и в этот раз она останется только внушительной страшилкой, но на сей раз не реальных, а информационных войн.

Мятеж в цистерне подавлен

[b]В Южной Америке есть один большой друг России. Вернее, не совсем России, а скорее ее экономических интересов. Зовут его Уго Чавес, по профессии он президент Венесуэлы. В пятницу его свергли, а в воскресенье он вернулся на рабочее место. За время его отсутствия в стране сменилось два временных президента.[/b]Венесуэла начала добывать нефть не так уж давно: в тридцатых годах прошлого века. Сейчас она является четвертым экспортером нефти в мире, причем по причине близости к Соединенным Штатам большая часть венесуэльской нефти идет именно туда. До Чавеса все было нормально: местные нефтяные бароны продавали топливо недорого, но так, чтобы себе на виллы хватало. Американцы законно считали Венесуэлу собственной «цистерной» и брали оттуда сколько хотели. Чавес пришел к власти в 1999 году на волне возмущения обнищавшего народа и повел дело к более справедливому распределению доходов от продажи нефти. Через два года ему вдруг показалось, что сама нефть слишком дешевая – и вот здесь-то он наступил на хвост Большому Соседу.Большой Сосед, как он любит это делать в последнее время, не стал организовывать покушений или десантов – он просто помог местным недовольным в организации мирных демонстраций. Самая мирная прошла вечером в четверг, и она была настолько мирна, что полиции пришлось стрелять в толпу. Итог – 12 погибших и аргентинский вариант с уходом жестокого президента. Его заменил Педро Кармона, вполне удобный для США.Однако не все США масленица. Оказалось, что три тысячи Почетной национальной гвардии остались верны президенту Чавесу. В субботу они взяли под контроль президентский дворец (еще 9 погибших и 30 раненых), и под впечатлением от этого ушел уже сам Кармона, оставив пост сподвижнику Чавеса Кабелло. А тот уже через несколько часов пообещал, что если Чавес найдется, то пост ему будет возвращен.Тут Чавес и нашелся.

Есть ли у вас план, мистер Греф?

[b]Давным-давно по советскому телеэфиру крутили австралийский мультсериал «За 80 дней вокруг света», в котором один малосимпатичный персонаж постоянно спрашивал самого себя: «Есть ли у вас план, мистер Фикс?» После чего планы сыпались из господина как из рога изобилия.[/b]Приверженность к плановости выдавала в Фиксе сторонника социализма. Потому как для государства в условиях рыночной экономики характерен не план, а прогноз. Разница принципиальная. То, что можно спланировать, нельзя спрогнозировать, и наоборот. А теперь вопрос: план или прогноз имел в виду президент Путин, когда в понедельник упрекнул Касьянова за «отсутствие амбициозности»? Логика президента проста: чтобы догнать, нужно двигаться быстрее, чем тот, кого ты догоняешь. Если развитые страны делают 3% роста в год, нам нужно делать 8%, а не 4%, как получается сейчас. Президент понимает, что ждать и догонять труднее всего, но самое неприятное – это когда ждешь, когда начнешь догонять.За погоню за Западом в правительстве отвечает Герман Греф, благо министерство у него не экономики, а экономического развития, ну и торговли там всякой. В смысле плано-, программо- и прогнозопроизводительности – явный передовик правительства, недаром его ведомство в шутку называли «минэкономрасцвета». Два года в режиме Фикса из мультфильма. И вот Касьянову дают понять, что главный гонщик его конюшни подустал.Есть два варианта. Первый, простой и административно оправданный – козырнуть «виноват» и направить стопы в Госкомстат, чтобы начать там работать со статистикой. Второй – постараться доходчиво объяснить президенту и его экономическому советнику Илларионову, что даже сейчас, когда у нас такие отличные люди работают во главе государства, возможно далеко не все. По большому счету, раскритикованный Путиным среднесрочный план экономического развития до 2004-го – это одно, а фигурирующие в нем оценки роста – совсем другое. На них еще как-то могли повлиять решения, принятые год или два назад, но уж сегодняшние, а тем более завтрашние – увольте! Мировая цена на нефть и особенности таможенной политики импортеров наших товаров – и все. А то, что оценки не нравятся…Прогноз погоды тоже не всегда нравится, но главное – чтобы они сбывались, а не что бы они были приятными.В плане можно поставить другие цифры, побольше. И в бюджете пририсовать что-нибудь к доходной части, чтобы выглядела посимпатичнее. Технически никаких проблем. Но тогда он раз и навсегда перестанет быть прогнозом, то есть тем, чему хоть с натяжкой, но можно верить. А то, что Илларионов считает, будто правительство обленилось, – так это естественно. Еще не родился такой экономист, который бы считал, что другие делают все правильно. А если и родился, то он уже не экономист: среда уж больно агрессивная.[b]Владимир МАУ, руководитель Рабочего центра экономических реформ при правительстве РФ: «Не нужно суетиться, не нужно искусственно стимулировать спрос. Почему, когда вся мировая экономика стагнирует, в России должен продолжаться экономический рост? Очень скоро в поисках 10% роста мы можем оказаться в недавней ситуации, когда экономисты спорили о темпах спада: минус 3% или минус 6%» [/b]([i]из интервью агентству strana.ru[/i]).

Селезнев, вы – коммунист?

[b]Вчера Коммунистическая партия Российской Федерации потерпела крупное моральное поражение. Внеочередной пленум 74 голосами против 15 рекомендовал Селезневу уйти с поста спикера, но право решающего шага оставил ему. А он не ушел.[/b]Получилось, как в анекдоте: человеку дают пистолет с одним патроном, запускают в комнату, оттуда звучит выстрел, после чего человек выходит и говорит: «Извините, промазал».Селезнев объяснил свой поступок тем, что на нем лежит слишком много государственных обязанностей. Его тут же похвалил Володин из ОВР («Геннадий Селезнев взял ответственность на себя, за это его можно уважать») и пожурил аграрий Николай Харитонов («Идейное братство должно было превысить другие мотивы, по которым Геннадий Селезнев решил остаться председателем Госдумы»).Упомянутые Харитоновым другие мотивы более чем весомы: Геннадий Николаевич является одним из наиболее активно путешествующих по миру наших политиков и особенно хорошо чувствует себя в роли геополитика.Да и движение «Россия», которое он собирает вокруг себя, без спикерского кресла шефа обречено на то же самое, что случилось с НДР после окончания премьерства Черномырдина.В общем-то, на думских коммунистах как организованной силе можно было бы поставить крест, если бы не одно событие вчерашнего дня, оставшееся в тени неотставки Селезнева. Нобелевский лауреат физик Жорес Алферов публично выразил несогласие с «кампанией антикоммунистической истерии», назвав ее первым шагом к фашизму, и потребовал освободить от постов председателей думских комитетов и членов «Единства», так как они также участвовали в подписании разорванного пакетного соглашения. В подтверждении своих слов Алферов сложил с себя обязанности руководителя подкомитета по науке. Конечно, это было глазом вопиющего в пустыне, но история последних десятилетий знает немало случаев, когда вот такие вот гласы вопиющих меняли общественные настроения – достаточно вспомнить Сахарова. Так что можно ухмыльнуться над понятными человеческими слабостями спикера и «терпимости» его коллег по фракции, не изгнавших его за неподчинение партдисциплине, но нельзя не учитывать, что у коммунистов еще остаются значительные моральные силы.[b]Алексей ВОЛИН, заместитель руководителя аппарата правительства РФ: «Правительство, слава богу, вот уже 12 лет не комментирует последних решений пленумов ЦК».[/b]

Германия – наш рулевой?

[b]На этой неделе президент занимался внешнеполитическими проблемами. Судьба забросила его в провинциальный гэдээровский городок Веймар, где когда-то провозгласили одноименную республику, к до боли знакомым восточным немцам.[/b]Есть еще один прекрасный повод продемонстрировать познания в немецком, а заодно поработать над внешнеполитическим имиджем России – а то американцы опять забыли включить чеченцев в мировой рейтинг террористов… И не так уж удивительно, что самой Германии в потоке новостей из Веймара уделялось не так уж много места, потому как «проблем между нашими двумя странами практически нет», а стало быть, незачем и огород городить. И поэтому мы относительно спокойны насчет Германии и ее руководства. Чего нельзя сказать о них.Путин и их очаровал. По опросу, опубликованному «Бильдом», он является самым популярным зарубежным политиком в Германии и с рейтингом поддержки 47% опережает Буша, Блэра и Ширака. «Зюддойче цайтунг» уподобила Путина Штирлицу, снабдив статью стандартным анекдотом про последнего, и посоветовала поставить памятники как тому, так и другому. Немцы – не американцы, но подобное отношение к окружающим, тем более таким, как мы, нетипично.Горбачева немцы тоже любили, но Путин-то им ГДР не дарил… Но на самом деле это не случайность. Для Германии сейчас не самое комфортное время.Банкротство медиа-империи Лео Кирха, которой в свое время собирались продавать «НТВ» – далеко не первая крупная неприятность, которая с ними происходит. Кризис, начавшийся в 1997 году, ударил по немцам и их психологии ничуть не слабее, чем по американцам – только у сограждан Шредера в отличие от сограждан Буша нет возможности похимичить с военно-промышленным комплексом и через него наддуть экономику за счет бюджета. Евро ведет себя невразумительно по сравнению с маркой. В общем, есть разочарование в собственной экономике.Есть разочарование и в собственных политиках. Шредер – нормальный канцлер, но только на фоне Коля, который в свое время тоже был нормальным, а потом оказался махровым коррупционером. Очень многие встревожены тем, что германские военнослужащие снова стали ездить по миру и даже время от времени стрелять – пятьдесят лет им казалось, что бундесвер предназначен совсем для другого.В общем, непорядок. Казалось бы, за последние годы Германия обрела долгожданное единство, фактически стала во главе единой Западной Европы, получила Восточную Европу в сферы своего монопольного экономического влияния… Пару раз в своей истории германская нация выходила на аналогичный уровень могущества, но чтобы мирным путем – это впервые. И вот оказывается, что счастья все это хозяйство не приносит. Все как-то неправильно…«Немцы – хороший народ, возможно даже лучший в мире: дружелюбный, бескорыстный, добрый. Я уверен, что подавляющее число немцев попадает в рай… До сих пор судьба благоприятствовала немцу – им исключительно хорошо управляли… Все беды начнутся в тот момент, когда по каким-то причинам откажет механизм управления». Это писал примерно век назад Джером К. Джером, посвятивший Германии малоизвестное продолжение «Троих в лодке» – «Трое на велосипедах». Было это через тридцать лет после франкопрусской войны, и тогда казалось, что европейских войн уже не будет. Через пятнадцать лет классик узнал, что происходит, когда немцем управляют плохо.Нам остается надеяться, что в будущем немцем станут управлять исключительно хорошо.[b]Георгий КРАСОТИН, программист, с прошлого года живет и работает в Нюрнберге:– Может ли Германия быть чем-то полезной России?[/b]– Я думаю, ничем. Все, что есть в Германии, может быть и в России. Но, как сказал не помню кто, для этого нужно 300 лет стричь газоны. Так что пусть они нам хорошие газонокосилки продадут.[b]– Может ли Германия быть чем-то опасной для России?[/b]– Опасной Германия может быть (да и не только Германия – любая заграница) лишь одним – что человек туда уедет и не вернется. Опасность эта косвенная – зависит только от того, как государство обращается со своими гражданами. Меня ужасает статистика взяток крупных чиновников – и то, что ребенку, родившемуся с пороком сердца, не делают операцию за счет государства. Cредств нет. Да и если будут – разворуют. При чем тут Германия?