Что Москва кушает, и как все это танцует

[b]В одном из старых выпусков шендеровичевских «Кукол» персонаж, олицетворяющий Виктора Степановича Черномырдина, произнес: «Народа много. Так велик народ, что прокормить его – тяжелый подвиг». Правоту этого могло бы подтвердить руководство любого мегаполиса всех времен – от Древнего Рима до современной Москвы.[/b]И там, и здесь ключевым словом было «ввоз». Но если аппетиты плебса удавалось до поры до времени удовлетворять египетской пшеницей, то десятимиллионная столица нашей Родины требует куда большего. Понятно, что ни Московская область, ни даже области всего Центрального федерального округа не способны обеспечить все необходимое, не говоря уже о желательном. Так, продовольствие в город поставляют около сорока регионов России, многое завозится из-за рубежа.Долю импорта не стоит преувеличивать. Кризис 1998 года, приведший к импортозамещению, значительно сократил его объемы: по зерну примерно в десять раз (в 1991 году около 60% зерна привозили из-за границы, сейчас – только 6%), по растительному маслу в четыре, а по сахару в два раза. Исключение составляют только мясо и животное масло.Причина проста. Москва на российском рынке активно собирает местные излишки продовольствия, а как раз излишков мяса там нет – поголовье скота за годы реформ упало и до сих пор не проявляет тенденции к восстановлению. Потребление мяса Москвой составляет примерно половину от общероссийского производства, из чего вовсе не следует, что москвичи съедают каждую вторую сардельку из отечественного мяса. На самом деле – каждую десятую: до сих пор на долю импорта приходится 80% потребляемых Москвой мясопродуктов.Если с товарными потоками в столицу дела обстоят более-менее пристойно – дефицитов давно уже не наблюдается, – то вот при попадании товара в город с ним начинаются сложности. Рынок, оцениваемый правительственными экспертами приблизительно в семь миллиардов долларов и имеющий тенденцию к постоянному росту, облеплен бесполезными посредниками; через них проходит и, естественно, дорожает почти половина всего товара. Это явление наблюдается как в крупном, так и в мелком опте; розница страдает от этого меньше, так как торговая инфраструктура города за последние десять лет стала адекватной его населению.Нельзя сказать, что городские власти ничего не делают с этой проблемой. Поставщики продовольствия определяются конкурсами, проводимыми по рыночным правилам, предпринимаются усилия по сокращению количества посредников, формируются резервы различных видов продовольствия для компенсации перепадов в поставках. Усилия приносят плоды, и это можно наблюдать по ценам: они колеблются в зависимости от сезона, как и полагается стоимости продовольствию, но колебания эти сглажены. Однако проблем пока больше, чем достижений: так, неразбериха с формами собственности таких крупных оптовых предприятий, как плодоовощные базы (хорошо знакомые технической интеллигенции), привела к возникновению у них значительных просроченных долгов. Что с ними делать, не совсем ясно, но делать что-то надо.Конечно, в Москве продовольствие в среднем дороже, чем в других регионах. Было бы дешевле – его оттуда сюда не повезли бы. Так что относительно более высокие цены на продукты питания – увы, неизбежность нашей жизни. Но то, что они могут и должны быть ниже, – факт.