Князь Потемкин – экскурсовод

Кремлевские музеи нечасто балуют новыми выставками. Посещаемость здесь и так высокая: около полутора миллиона человек в год. Большей частью туристы.Соседство с президентом тоже диктует свои правила. Бывают случаи, когда с утра нежданно-негаданно объявляют «режим» и перестают пускать простых смертных за мощные стены. Да и в обычные дни уже в шесть вечера территорию Кремля всем экскурсантам надо покинуть.Юбилейная экспозиция – событие, и тематика у нее для Кремля новая: впервые здесь показано, как монархи, начиная с Петра I, участвовали в формировании коллекции Оружейки. Ведь ни одна вещь в нее не поступала без высочайшего соизволения.Документы из Российского государственного архива древних актов на выставке доказывают, что Оружейная палата в середине XVIII века стала чуть ли не первым общедоступным музеем мира.Проект здания был создан по приказу Елизаветы Петровны. Грандиозному замыслу помешала осуществиться смерть императрицы, а потом пальму первенства перехватил Лувр.И все-таки еще задолго до того, как знаменитая палата стала местом публичным, в нее водили посетителей. Разумеется, только самых почетных и дорогих гостей царской семьи. Бывать здесь гидом очень нравилось князю Потемкину. Он гордился пятью экскурсиями в год и даже подумывал печатать входные билеты в Оружейку, чтобы оставлять их визитерам на память.А вот тем, кто захочет достать билетик сейчас, придется занимать очередь с утра. Еще бы, ведь половина из 300 экспонатов взята из запасников ГОП и демонстрируется впервые. В постоянной экспозиции вообще нет коронационных мундиров, а здесь можно увидеть костюм Александра II. Кстати, моду венчаться на царство в военной форме ввел Павел, потом ее подхватили в Европе. До этого русские императоры короновались в серебристых парчовых одеяниях: считалось, что они символизируют роль монарха как смиренного слуги церкви.Среди костюмов цариц особенно интересна принадлежавшая Марии Александровне порфира – мантия, подбитая горностаем.Технологией хранения подобных вещей у нас в стране владеют давно, а сотрудник Лондонского музея Виктории и Альберта на открытии выставки жаловался: мол, русские послы дарили англичанам меха, а они так недолговечны.В Москве этот человек оказался неслучайно. Он сопровождал прибывшие в Успенскую звонницу из британской столицы драгоценности Екатерины II. Они «ушли» с аукциона Кристи в 1927 году; в то время для продажи вещей из Алмазного фонда было достаточно устного распоряжения коменданта Кремля. В 1950-х новые владельцы завещали русские ценности Музею Виктории и Альберта. Оттуда на время выставки нам и одолжили украшения, самое ценное из которых – великолепная брошь в виде букета цветов, украшенная бриллиантами и рубинами.