Сильно бархатная революция
И вот «наконец тот день настал!» Президент объявил о «существенном уменьшении налогового бремени».— Предложения об уменьшении административного давления на малый бизнес, в том числе и по налогам, давно вносились московским правительством, — комментирует ситуацию . — Сейчас они подаются как разработанные Грефом. Мы, конечно, за славой не гонимся, было бы дело сделано. Однако тем, кто выдумал нынешнюю версию налоговых преобразований, неплохо было бы все-таки посоветоваться с теми, кто занимается этими проблемами профессионально в течение последних 10 лет.Москва по темпам развития малого бизнеса далеко впереди остальных регионов. Сейчас в столице работает 182 тысячи малых предприятий, причем только в прошлом году их количество увеличилось более чем на пять тысяч. Вновь создано 52 тысячи рабочих мест. А всего в малом бизнесе столицы заняты 1 млн. 600 тысяч человек.— Единый налог должен заменить собой все налоги, кроме тех, что уплачиваются в особом порядке, — считает Анатолий Коротич. — Такого радикализма в новых предложениях нет. И еще: почему льготы затрагивают только те малые предприятия, численность которых составляет «до 20 человек»? Фирма «Русский мех», возглавляемая Майей Краснокутской, занимается пошивом меховых изделий. Головные уборы, жакеты, свингеры, шубы. На фирме трудятся всего 95 человек.— Работа у нас все-таки сезонная, — говорит генеральный директор. — Потому в летние месяцы численность сокращается до 25—30 человек. Тем не менее мы не подпадаем под льготы. Да и не только мы, а практически весь малый бизнес. Кроме каких-нибудь пирожковых цехов, где для производства хватает и 10 человек. А мы освоили 5 тысяч наименований продукции, нам надо развиваться. Потому численность малых предприятий, занимающихся выпуском промышленной продукции, должна доходить по крайней мере до 70 человек.Определение того, кто есть малый предприниматель, дано в Федеральном законе.— Есть четкие критерии, — считает Анатолий Коротич. — Например, малый бизнес в розничной торговле — это 30 человек, а в промышленности — уже до 100 человек. То же и в мировой практике. Почему же руководитель малого предприятия должен трястись, ожидая, как бы численность не перевалила за 20 человек? И почему годовой оборот должен не превышать 10 миллионов рублей? Это какой-то «сильно малый бизнес». Льготы будут распространяться лишь на коммерческие палатки, мелкие торговые павильончики — не более. Нужно в пределах здравого смысла эту планку поднимать.Освобождение от налогового гнета приносит подчас самые неожиданные результаты. Иногда самые противоположные.Владимир Алексеев руководит действительно «малым» предприятием, численность которого лишь приближается к отметке «двадцать». Льготы на них распространятся обязательно.— Я боюсь того, что вместе с освобождением от НДС у нас возникнут серьезные проблемы, — говорит Владимир. — Дело в том, что нашим партнерам, особенно в регионах, которыммы поставляем необходимую продукцию, теперь может кое-что не понравиться. При коммерческих операциях, которые они будут проводить с нами, им не зачтется наш НДС. Потому что его у нас просто не будет. И, скажем, за продукцию ценой в 10 рублей они будут выкладывать свои лишние 2 рубля. С нами откажутся иметь дело.– Такое уже было, когда от НДС освобождали «боюлов», как мы называем сокращенно предпринимателей «без образования юридического лица», — комментирует Анатолий Коротич. — С ними немедленно отказались работать все партнеры. Невыгодно.И опять наступаем на те же грабли: резко возрастет налогообложение для тех, кто будет иметь дело с МП. Нельзя вырывать звенья из цепи. Льгота тут превращается в свою противоположность. Нужно все обдумать, четко взвесить и только потом начинать применять новые правила игры. Хотя радует уже то, что федеральные власти смотрят на малый бизнес не только как на дойную корову.