Искусственный интеллект в госуслугах ОАЭ: что изменится для граждан
Объединенные Арабские Эмираты анонсировали амбициозный план: через два года половина всех государственных структур, услуг и операций перейдет под управление ИИ-агентов. В отличие от обычных чат-ботов эти системы не просто обрабатывают запросы — они самостоятельно анализируют данные, принимают решения, исполняют их и учатся в реальном времени без участия человека. Эксперты «Вечерней Москвы» оценили реалистичность этого плана и попытались понять, как такая новация изменит общество.
В Объединенных Арабских Эмиратах пришли к выводу: чиновник, который перебирает бумаги и ставит штампы, — устаревшая функция, от которой нужно избавляться на пути к более эффективному государственному устройству.
Полноценный партнер
Уже через два года половина всех государственных структур, услуг и операций перейдет под управление ИИ-агентов. Но не путайте с привычными чат-ботами и электронными очередями. В Дубае и Абу-Даби задумали не просто автоматизацию, а смену самой архитектуры власти. Искусственный интеллект здесь больше не считают удобным инструментом в руках человека. Его объявляют «полноценным партнером» в управлении страной.
Что это значит на практике? ИИ-агенты будут работать без участия чиновника в цикле. Они сами собирают данные, анализируют их, принимают решения и тут же исполняют. А еще — учатся в реальном времени. Вчерашний алгоритм может слегка изменить свое поведение завтра, потому что заметил новый паттерн. И никакой живой начальник не нажимает на тормоз в тот самый момент. Под такую модель уже сегодня подводят конкретные государственные услуги: выдачу и продление виз, назначение социальных выплат, разрешения на работу, межведомственные согласования, налоговые уведомления. И, по замыслу властей, это только начало.
Конечно, проект не возник из пустоты. У ОАЭ к этому моменту уже есть несколько важных заделов. Единая цифровая идентификация UAE Pass замкнула на себе почти все значимые действия гражданина — от подписи контракта до записи к врачу. Система Government Services 2.0 работает в проактивном режиме: некоторые услуги оказываются без заявления, просто по факту наступления события вроде рождения ребенка. Более того, ИИ уже активно используется в эмиратских энергосетях, портах и аэропортах — там алгоритмы прогнозируют спрос, оптимизируют потоки и принимают оперативные решения без человека. Но если раньше это были своего рода локальные эксперименты, то теперь власти ОАЭ замахнулись на половину всей государственной машины. И уложиться хотят в два года.
Хранители порядка
Для юридического сопровождения такой смелой модели инициаторы проекта как раз сейчас прорабатывают фигуру «Хранителя». Идея в том, чтобы за каждым автономным ИИ-агентом закрепить живое ответственное лицо или целую организацию. На «Хранителя» ляжет обязанность застраховать риски и возместить ущерб, если агент начудит, — даже когда алгоритм сработал непредсказуемо, без злого умысла и без очевидной халатности разработчиков.
При этом власти отмечают, что гонка инноваций не поменяет основу государственного устройства.
— Наш принцип остается неизменным. Люди на первом месте. Наша цель — правительство, которое быстрее, отзывчивее и эффективнее, — подчеркнул премьер-министр ОАЭ и правитель Дубая шейх Мохаммед бен Рашид Аль Мактум — человек, который за два десятилетия у руля превратил крошечный эмират в глобальный торговый и инновационный хаб, построил Бурдж-Халифу, запустил метро Дубая и первым в мире назначил министра искусственного интеллекта еще в 2017 году.
Именно эта формула — «быстрее, отзывчивее, эффективнее» — и вызывает главные вопросы. Потому что отзывчивость и скорость редко ходят рука об руку.
Ни одна страна в мире еще не решалась передать половину своих государственных операций в руки автономных алгоритмов. Эстонцы, которых все привыкли ставить в пример как самых продвинутых цифровизаторов, близко подошли к этой черте — но там человек все равно остается внутри процесса, утверждает или отклоняет решение, страхует собой автоматику. Китайцы проводят смелые эксперименты с ИИ-судьями, выносящими решения по мелким спорам, и строят системы социального управления, которые оценивают поведение граждан, — но о том, чтобы отдать алгоритмам половину всех госопераций, всерьез речи пока тоже не идет.
Контроль системы
Получается, ОАЭ прыгают в неизвестность первыми. Поэтому их план стоит разобрать спокойно, без восторгов и паники: что там с технической стороной — реально ли реализовать столь смелую задумку за два года? И что произойдет с обществом, где правительством внезапно становятся не люди, а строчки кода?
— Речь идет не о том, что ИИ будет править страной, а о том, что искусственный интеллект окажется встроен в половину государственных сервисов, операций и процессов, — считает основатель ИT-компании, эксперт президентской платформы «Россия — страна возможностей» Константин Егошин. — Это обработка обращений граждан, проверка документов, маршрутизация заявлений между ведомствами, автоматическая подготовка типовых решений, контроль сроков, персональные рекомендации, аналитика для управленцев. Иными словами, на первом этапе ИИ забирает именно операционную работу, а не политическую.
База для такого рывка у ОАЭ, по мнению эксперта, действительно одна из лучших в мире.
— Во-первых, двадцать лет цифровизации за плечами. От первых порталов госуслуг до UAE Pass, который сегодня работает как единый цифровой ключ ко всем значимым действиям гражданина. Во-вторых, институциональная ставка на ИИ. Они назначили министра искусственного интеллекта еще в 2017 году и приняли стратегию до 2031-го. В-третьих, культура быстрых реформ. Там прямо заявили: министров и руководителей ведомств будут оценивать по тому, как быстро и качественно они внедряют ИИ и перестраивают свои процессы. А это для такого проекта важнее, чем сами технологии, — говорит Егошин.
По его мнению, новая система серьезно изменит повседневный опыт обычного гражданина.
— Человек перестанет искать государственную услугу. Он просто опишет ситуацию. Не «найти форму номер такой-то», а «я открыл компанию», «у меня родился ребенок», «мне нужна лицензия», — объясняет эксперт. — ИИ сам соберет контекст, проверит данные в реестрах, поймет статус. Там, где можно, примет решение автоматически. Там, где нужно человеческое слово, подготовит чиновнику готовый проект решения. И еще проследит за сроками, напомнит ведомствам, зафиксирует узкие места.
Так, по словам специалиста, государство потихоньку перестает быть просто зданием с кабинетами и табличками. Оно превращается в операционную систему, которая встроена прямо в жизнь человека, в его повседневные ситуации. Но вероятны и риски.
— Самый опасный сценарий — это не бунт машин. Самый опасный сценарий — это когда система становится слишком эффективной в достижении неправильной цели, — рассуждает Егошин. — Например, оптимизирует скорость обработки заявлений, но жертвует справедливостью решений. Поэтому строить такое государство нужно не по принципу «мы все идеально протестировали». Его нужно строить по принципу управляемого допуска. Сначала ИИ только рекомендует. Потом сам исполняет простые операции. Потом работает в ограниченных областях. И только потом получает расширенные права. И на каждом этапе — аварийные выключатели, аудит и возможность откатить изменения.
По прогнозу Константина Егошина, элементы данной модели управления вполне способны сформировать будущий мировой стандарт.
— Думаю, через 10–15 лет почти все развитые страны будут использовать ИИ-агентов для рутинных операций: налоги, выплаты, разрешения, проверки. Слишком очевидный выигрыш в скорости и деньгах, — отмечает эксперт.
Но не все, по его словам, рискнут открыто заявить: «Наше государство управляется ИИ». В демократических странах главным будет не скорость, а контроль. Там будут тщательно следить, чтобы ИИ не нарушал права граждан, чтобы каждое решение можно было оспорить, а алгоритмы — проверить на честность. В централизованных системах таких тормозов меньше, поэтому внедрение пойдет быстрее.
— ОАЭ в этом смысле не уникальный случай, а первый полигон. Они наглядно показывают миру, как может выглядеть государство, которое не просто предлагает услуги на сайте, а само ведет гражданина за руку по всем его жизненным ситуациям: от рождения ребенка до открытия бизнеса, — резюмирует эксперт.
Спор брони со снарядом
Чтобы понять, как изменится общество, где половину государственных операций будут выполнять не чиновники, а алгоритмы, и к чему это приведет — от изменения повседневных привычек людей до реформы социальных институтов вроде судов, полиции и соцзащиты, — мы обратились к футурологу, начальнику отдела популяризации науки НИЯУ МИФИ Константину Фрумкину. Специалист сразу уточняет: речь идет не о правительстве в смысле группы людей, принимающих политические решения. Речь об автоматизации функций государственного аппарата.
— Классический чиновник, каким мы его знаем со времен Древнего Египта, выглядел примерно одинаково, — говорит футуролог. — Это человек, который сидит за чем-то вроде стола и что-то на чем-то пишет. Папирус, глиняные таблички, пергамент, бумага.... И предполагалось, что он действует по правилам. Личное начало в этой сфере исторически не особо приветствовалось.
По словам Фрумкина, работа чиновника по своей сути — обработка информации. Зафиксировать данные, провести несложные вычисления, принять решение о наличии или отсутствии прав у гражданина. И в этом смысле она унылая, нетворческая и вполне посильная для машины.
— Мы в России уже давно видим, как компьютерные системы выписывают штрафы за нарушение ПДД, занимаются оплатой счетов, регистрацией заявок. Если бы на это место посадили человека, он вел бы себя ровно как машина, — отмечает эксперт. — Так что никакой революции пока даже не проглядывается. Речь идет о замене рутинных действий по обработке информации, которые составляют больше половины функций любого государственного аппарата.
Специалист выделяет два ключевых вопроса, которые встанут перед обществом после такого перехода. Первый: насколько систему можно обмануть — легче или труднее, чем человека?
— Это будет соревнование брони и снаряда, — поясняет он. — С одной стороны, появятся предприимчивые люди с ИТ-компетенциями, которые попытаются выбить себе привилегии, извлечь выгоду из автоматизированной системы Арабских Эмиратов. С другой стороны, будет расти кибербезопасность: в ответ на действия злоумышленников будут появляться новые инструменты защиты.
Второй вопрос, в свою очередь, касается нестандартных ситуаций. Когда человек попал в беду, когда требуется не формальное исполнение инструкции, а участие, гибкость, а иногда и отход от правил.
— Человек в чрезвычайной ситуации. Ему нужно решение не по закону, а по совести, исходя из гуманности, — рассуждает футуролог. — Технически живой чиновник способен вникнуть в проблему, если захочет. А вот сможет ли ИИ? Искусственный интеллект следует алгоритму. Алгоритм не знает жалости, усталости, симпатии или чувства несправедливости. И это одновременно его сила и его слабость.
По мнению эксперта, на данном этапе наилучшее решение — гибридная модель.
— Искусственный интеллект должен распознавать нестандартные случаи и передавать их на усмотрение людей, оставшихся в государственном аппарате, — считает Фрумкин. — Роль человека в таком устройстве: разбирать именно то, что не вписывается в алгоритмы. Там, где нужна эмпатия, где нужен учет контекста, где формальный подход приведет к несправедливости. В идеале, чем сложнее и человекоразмернее проблема, тем выше должен подниматься эскалационный флажок к живому сотруднику.
Константин Фрумкин предупреждает и о другой проблеме: системе потребуется, чтобы к ней приспосабливались сами граждане, а это далеко не всем дается одинаково легко.
— Автоматизированный паспортный стол очень четко выполняет свои функции, но требует от гражданина такой же четкости, — объясняет специалист. — А мы не обучались работе с этим алгоритмом. Пожилой человек, мигрант, плохо говорящий на местном языке, просто растерянный или напуганный гражданин может сплоховать, не понять, что от него хотят. И здесь искусственный интеллект будет важен именно как буфер между свободной, живой, разнообразной человеческой речью и жесткой, однозначной логикой машины. Он должен уметь распознавать не только правильные запросы, но и сбивчивые, эмоциональные, глупые — и все равно приводить человека к нужному результату.
Футуролог рисует картину постепенной, но глубокой трансформации самого понятия «государство».
— Наше представление о госаппарате как о здании с кабинетами, табличками и живыми чиновниками в очевидном смысле устаревает, — резюмирует эксперт. — Сегодня и завтра государство — среда, операционная система, в которую человек просто входит со своим запросом и получает результат. Ему больше не нужно знать, в какой кабинет идти, какую форму заполнять, какого чиновника уговаривать. Он описывает ситуацию — и система ведет его дальше. Тут главное, чтобы эта система не перестала замечать тех, кто выпадает из стандартных жизненных ситуаций. Тех, кто не умеет формулировать запрос правильно. Тех, кому нужно не быстрое решение, а справедливое. Если ИИ-государство справится с этим — оно станет лучшей версией бюрократии. Если нет — мы получим самую эффективную и самую бездушную машину отказов в истории человечества.
ИНТЕРЕСНО
По данным Минцифры, использование искусственного интеллекта в российских государственных структурах уже дало измеримый эффект — сроки оказания госуслуг сократились в среднем на 40 процентов. Один из ярких примеров — внедрение ИИ в аппарате правительства РФ с ноября 2025 года. Система автоматически распознает документы (в том числе рукописные), формирует краткое содержание и даже предлагает примеры ответов на основе контекста. Другой впечатляющий кейс — ИИ в системе мониторинга национальных проектов. Нейросеть анализирует мероприятия и их показатели, проверяя соответствие национальным целям развития. В минуту она обрабатывает более 1000 сценариев, а точность прогноза достигает 95 процентов.
КСТАТИ
Исследование, охватившее 250 городов в 78 странах, показывает, что искусственный интеллект в городском управлении — это уже не про будущее, а про настоящее. Больше половины, а именно 56 процентов, городов уже активно используют ИИ для модернизации госуслуг и внутренних операций, а 83 процента планируют сделать это в ближайшие три года. С генеративным ИИ еще интереснее — 87 процентов городов уже используют его, тестируют или планируют внедрить. Чаще всего ИИ в городах используют для оптимизации работы госаппарата, модернизации транспорта, мониторинга рисков, управления инфраструктурой и повышения благополучия жителей.
ЦИФРА
11 триллионов рублей составит вклад ИИ в ВВП России к 2030 году, согласно оценке Владимира Путина.
В 2026 году российские компании могут продолжить сокращать сотрудников. Причем в зоне риска окажутся не новички, а высокооплачиваемые специалисты среднего звена с опытом и уникальными навыками. Это связано с расширением возможностей искусственного интеллекта (ИИ). Так ли это на самом деле и кого могут уволить в ближайшее время, «Вечерняя Москва» узнала у независимого HR-специалиста Зулии Лоиковой.