Закон суров, но он един для всех

Судя по приговору, этот парень-инвалид участвовал в групповом разбойном нападении. А чтобы участвовать в нем, совсем необязательно лично кого-то трясти за грудки или замахиваться ломом и требовать имущество. Групповой разбой подразумевает, что несколько человек собрались и договорились совершить преступление. И обязательно распределили роли.

Один, скажем, пугает жертву словесно, другой угрожает ножом, третий следит, чтобы никто не помешал и т. д. А четвертый вообще все это придумал. Я не готов оценивать правомерность решения суда. Но если Антон Мамаев хоть каким-то образом в этом преступлении участвовал, он должен быть осужден. Таков закон — он един для всех. Скажу больше: суд был достаточно гуманен и дал парню ниже установленного законом минимума.

Теперь что касается его инвалидности. По закону инвалиды не освобождаются от уголовной ответственности. Среди моих клиентов, например, был и колясочник, и совершенно слепой 70-летний дедушка, который ткнул человека ножом. Ведь инвалиды, так же как и остальные люди, могут и совершать преступления, и отбывать наказание. Хоть прыгая по зоне с костылем на одной ноге, хоть передвигаясь по ней на коляске. Вместе с тем тот же закон предусматривает процедуру освобождения инвалида из колонии. Вот, допустим, «заехал» туда колясочник.

Если администрация исправительного учреждения видит, что ухаживать тут за ним нереально, что состояние его здоровья серьезно ухудшается, то пишет бумагу в суд с просьбой отменить приговор в связи с состоянием здоровья осужденного. При этом надо понимать, что для принятия решения об освобождении человек должен быть очень-очень болен. Как правило, человека освобождают в термальной стадии рака или, скажем, последней стадии туберкулеза. В общем, фактически осужденного освобождают не потому, что пожалели, а потому, что ясно: он все равно вот-вот умрет. Его отправляют на свободу умирать. Напомню, юрист Василий Алексанян «сидел» со СПИДом, раком печени и туберкулезом, он практически ослеп, но все равно находился за решеткой. Хотя его тоже в конце концов освободили, и умер он на свободе. А тысячи других — со СПИДом, раком и другими смертельно опасными заболеваниями — до сих пор продолжают сидеть. В СИЗО есть специальные камеры для ВИЧ-инфицированных и туберкулезников. В колониях — целые отряды.

Почему суды неохотно освобождают больных людей? Потому что, это не секрет, заключения медиков в нашей стране покупаются. Поэтому состояние осужденного должно не вызывать сомнений. Конечно, это жестоко. Конечно, сразу вспоминается ГУЛАГ. Но российские реалии на данный момент таковы.

ЕЩЕ МНЕНИЯ

Наши суды живут при феодализме

Колонка адвоката Максима Домбровицкого 

Со времен распада СССР в России ведется судебная реформа. И суды реально меняются. Появились, например, мировые судьи, которые взяли на себя немалую часть дел. Появились суды присяжных. Появилось электронное правосудие — по крайней мере по хозяйственным делам. Теперь можно подать иск через интернет и судиться, грубо говоря, не вставая дома с дивана. И все-таки судебная реформа буксует. Ей, по большому счету, никто сознательно не мешает. Просто нет особого желания ее проводить (далее...)

Общественное мнение начали уважать

Колонка обозревателя "ВМ" Ольги Кузьминой 

Вcе происходящее в последнее время говорит о том, что в обществе медленно, но пробуждается-таки гражданское сознание. Оно пока еще в состоянии зародыша, да и объективно процесс не быстр. К тому же в крови нормального россиянина будто генетически заложено неверие в любые перемены, зиждящееся на скепсисе по отношению к законам (далее...)

Тюрьма для этого парня не место

Колонка директора Научно-практического центра реабилитации инвалидов Светланы Воловец 

Вся эта история кажется мне крайне странной, неправдоподобной и надуманной. Мне очень сложно представить, что инвалид первой группы, весящий 18 килограммов и передвигающийся на коляске с посторонней помощью, может что-то отобрать у бывшего спецназовца. Я вот передвигаюсь на двух ногах и спортом занимаюсь, но вряд ли физически смогу сделать что-то подобное! С точки зрения медика Антон быть разбойником не мог: он слишком для этого слаб. Больше того: у него самого можно отобрать что угодно — он не в состоянии оказать сопротивление здоровому взрослому человеку (далее...)

Антон Мамаев и бес правосудия

Колонка обозревателя "ВМ" Екатерины Рощиной

Очередное чудовищное судебное "дело" стало достоянием общественности. По счастью - стало широко обсуждаемым; это позволяет надеяться, что решение суда как-то будет пересмотрено. Дело Антона Мамаева, инвалида-колясочника, страдающего спинальной атрофией мышц, с дистрофией. Его, этого несчастного Антона, обвинили в разбойном нападении с целью завладения мотороллером. "Разбойник" Мамаев якобы напал на детинушку, бывшего спецназовца, со товарищи (далее...)

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции