Главное
Эксклюзивы
Карта событий
Смотреть карту

Гражданская оборонка: военная отрасль может сделать российскую экономику успешнее

Сюжет: 

Эксклюзивы ВМ
Экономика
Гражданская оборонка: военная отрасль может сделать российскую экономику успешнее
Рязанская область. Сотрудница госкорпорации Ростех на участке приемки куриных эмбрионов. Ее предприятие производит вакцины против гриппа / Фото: Александр Рюмин / ТАСС

Из-за спецоперации на Украине часть заводов оборонной промышленности России перевели на трехсменную, то есть круглосуточную, работу. Об этом заявил зампредседателя Военно-промышленной комиссии (ВПК) РФ Андрей Ельчанинов. Между тем на предприятиях оборонки создают не только автоматы и беспилотники, но и вполне мирную продукцию. Больше того — лучшие, наиболее высокотехнологичные ее образцы. Чем удивила оборонка и чем еще удивит?

Военные технологии в обществах всегда развивались опережающими темпами.

— Они заметно превосходили достижения гражданской инженерии, — рассказывает кандидат исторических наук, преподаватель МГУ Сергей Забродин. — Простой пример: в средневековом Китае земледелие было вполне примитивным: плуг, вол, мотыга. Зато тараны и катапульты, необходимые для осады и штурма городов, были самыми современными в мире! Не зря войска Чингисхана, захватив Китай, эти технологии моментально переняли и стали использовать повсеместно: от Бухары до Киева.

Многие привычные нам вещи, как пояснил эксперт, изначально изобрели именно в военных целях.

— Один из самых ярких примеров — консервы. Перед любой армией стояла проблема питания. Было важно всегда иметь пищу под рукой, а не добывать ее по мере продвижения войска, отвлекаясь от решения военных задач, — рассказывает Сергей Николаевич. — Сначала француз Николя Аппер предложил в 1809 году консервировать продукты в стеклянных сосудах и получил за это награду лично из рук Наполеона. Кстати, именно в наполеоновской армии появилась и первая скорая помощь с санитарами, благодаря которой солдатам уже не надо было отвлекаться на перетаскивание раненых товарищей. Можно смеяться, но идея дачных участков — тоже, по сути, военная. Еще древние греки придумали создавать «осадные» фонды продовольствия, для чего в черте города предусматривали размещение небольших садов и огородов. Тысячи лет спустя власти СССР велели создавать дачные участки. Логика простая: если случится война, то большая часть продовольствия будет уходить на нужды армии и флота. Но гражданские с помощью личных подсобных хозяйств прокормят себя сами.

Как пояснил эксперт, идея внутренней организации огромного числа коммерческих компаний тоже позаимствована у военных.

— С точки зрения менеджмента армия — это коллектив с жесткой вертикальной иерархией, который может эффективно достигать поставленных целей. Если рассмотреть штатное расписание многих фирм, то быстро выяснится, что отделы и отделения в ротах — это не только похожие слова, это практически одно и то же. Даже численность совпадает — от 6 до 12 человек. А что такое дресс-код в фирме? Это, по сути, униформа. Босс — командир, и это тоже не выборная должность.

Микроволновка была радаром

Настоящий бум военных изобретений, ставших гражданскими, случился в ХХ веке. Так, например, во время Второй мировой войны ученые разных стран пытались создать новый, более эффективный радар, который мог бы при меньшем количестве антенн одновременно находить большее количество целей. В итоге англичане создали прибор, генерирующий микроволновые лучи, на основе которых и был создан принципиально новый радар. Затем случайно выяснилось, что под воздействием магнитной трубки — ключевой детали радара — нагреваются продукты. Так и появилась микроволновая печь, опытный образец которой весил 300 килограммов.

— Во время войны в СССР был получен советский антибиотик — крустозин, аналог пенициллина, — рассказывает ведущий научный сотрудник РНИМУ им. Н. И. Пирогова Алексей Дробышев. — Благодаря этому препарату смертность от ран и инфекций в армии снизилась на 80 процентов, а количество ампутаций конечностей — примерно на четверть. Это позволило многим солдатам избежать инвалидности и вернуться в строй для продолжения службы. Сейчас появляются все новые поколения антибиотиков, но изначально эти средства использовали именно для военных нужд.

Мясорубок нам не нужно

— СССР закончил Великую Отечественную вой ну с промышленностью, практически полностью ориентированной на нужды обороны, — рассказывает Сергей Забродин. — Несмотря на холодную войну, такая военная мощь уже не была столь необходима. Куда важнее было удовлетворить спрос населения на потребительские товары.

В 1960-х доля гражданской продукции в производстве оборонных заводов составляла около 40 процентов. Оборонка выпускала все — от мясорубок до телевизоров. В 1991 году доля гражданки в оборонно-промышленном комплексе (ОПК) составляла, по данным Центрального статистического управления СССР, 57 процентов, а несколькими годами позже достигла 80 процентов. Но такие цифры были достигнуты большой ценой: объем военной продукции резко снизился. Поэтому от конверсии решено было отказаться, а на ее место спустя годы пришло другое решение — диверсификация оборонной промышленности. Она предполагает расширение ассортимента выпускаемой продукции и переориентацию рынков сбыта.

— Сковородки и стиральные машины военно-промышленный комплекс делать не собирается. В 1990-е годы мы проходили конверсию, но это оказался тупиковый путь. Там есть свои крупные игроки, требуется другой маркетинг, — рассуждает член экспертного совета коллегии Военно-промышленной комиссии, полковник запаса Виктор Мураховский.

На острие прогресса

Кандидат экономических наук, преподаватель МГУ Виктор Кудрявцев считает, что предприятия российского ОПК могут стать местом, где создаются высокие технологии для гражданских производств.

— Оборонка в нашей стране всегда шла на два шага впереди гражданских производств. Доходило до анекдота: мы создавали «сушки» и «миги» — военные самолеты, которые покупал весь мир, кроме стран НАТО, а технологию и оборудование для сборки простейших «Жигулей» закупали в Италии! Что сейчас? То же самое. Мы делаем военную технику мирового уровня, и все новые ее образцы успешно тестируются на Украине. А оборудование для «Лады» — тоже не самой, мягко говоря, инновационной машины — вынуждены закупать во Франции, у фирмы «Рено». Если в ближайшие века мы собираемся исключительно воевать, то, наверное, стоит продолжать в том же духе. А если планируем, как нацелил правительство президент Владимир Путин, «обеспечить технологический суверенитет страны», то нужно создавать эффективные гражданские технологии.

Кандидат экономических наук, эксперт Комитета Госдумы по финансовому рынку Ян Арт рассуждает:

— Задача технологического самообеспечения стоит уже давно, но не решается по одной простой причине: это очень хлопотно. Нужно много времени, денег и, главное, личной ответственности конкретных руководителей за происходящее. А люди, которые должны всем этим заниматься, живут и ждут, когда «все успокоится». Логика простая: с Западом мы рано или поздно помиримся, продолжим продавать ему нефть и газ, а покупать — высокие технологии. Зачем велосипед изобретать? Его давно придумали, а мы просто купим. Да, пока не продают, но рано или поздно — продадут обязательно. Ну вот всей страной и ждем.

Новый «Ростех»

А вот Виктор Мураховский уверен, что ждать не нужно.

— Напомню, как создавалась госкорпорация «Ростех», — рассказывает эксперт. — Туда собрали несколько сотен умирающих предприятий. Правильно выстроили структуру управления, бизнес-процессы, реанимировали заводы, создали холдинги по направлениям, и это дало значительный эффект. Теперь у нас есть большой опыт создания крупных, вертикально интегрированных структур по отраслям оборонки. Этот опыт можно применить и в гражданских отраслях.

По словам эксперта, оборонка и сейчас работает на гражданскую сферу.

— Многие технологии оборонного комплекса уже активно используются в других отраслях. Прежде всего в медицине, — рассказывает Мураховский. — Значительная часть высокотехнологичного медицинского оборудования производится на предприятиях военно-промышленного комплекса. Есть успехи в информационных технологиях и в других сферах. Научные разработки, которые идут в крупных оборонных компаниях, в рамках Фонда перспективных исследований, в отраслевых институтах, могут найти и уже находят применение в невоенных отраслях. И речь идет о производстве не только станков, приборов, машин, но и конечной гражданской продукции.

Связь через тропосферу

Продвинутые военные технологии уже вовсю используются в мирной жизни. Гендиректор Объединенной приборостроительной корпорации Сергей Сахненко рассказывает:

— Из последних технологий, которые мы вывели на рынок, — тропосферная связь. Технология 1950-х годов, активно используемая в оборонке, получила новую жизнь на гражданском рынке. Созданные на нашем красноярском предприятии станции тропосферной связи позволяют организовать мобильную связь и доступ в интернет со скоростью до 25 Мбит/с на расстоянии до 210 километров. Причем даже в труднодоступных или северных регионах. Там покрытие спутниковой связи значительно меньше, размещение радиорелейной связи или оптического волокна достаточно затруднительно и дорого. Поэтому применение тропосферной связи становится единственной возможностью. Кроме того, тропосферная связь имеет высокую экономическую эффективность по сравнению со спутниковой связью за счет отсутствия расходов на абонентскую плату за аренду спутникового канала.

Как пояснил Сахненко, специалисты корпорации развернули пилотные зоны и провели успешные испытания в Красноярском крае, в Республике Алтай, в Ямало-Ненецком автономном округе и Республике Бурятия.

Главным инвестором должна стать власть

Итак, оборонные предприятия могут создавать передовые мирные технологии. Но создание новых технологий — это всегда огромные затраты. А где взять деньги? Виктор Кудрявцев пояснил, что в США, Великобритании, Израиле и некоторых странах ЕС развит такой инструмент, как венчурное финансирование. Это долгосрочные, в течение 5–10 лет, высокорисковые инвестиции в перспективные высокотехнологичные компании, ориентированные на разработку и производство наукоемких продуктов.

— Бесспорный лидер в венчурном финансировании — США, самая богатая страна мира. Смысл прост: венчурные инвесторы ищут компании, которые могут создать прорывные технологии и материалы, и вкладываются в их научные разработки. Как минимум половина таких проектов заканчиваются пшиком: деньги вложены — отдачи никакой. Зато те проекты, которые «выстреливают», приносят просто колоссальные прибыли! На миллион долларов инвестиций «выхлоп» может быть и 10, и 20 миллионов, — пояснил эксперт.

Однако в России, по его словам, такая ситуация пока невозможна.

— Наш крупный, где есть деньги, бизнес — простой, как табуретка. Это либо добыча природных ископаемых, либо их минимальная переработка с производством каких-нибудь алюминиевых чушек. В лучшем случае это строительство или агрохолдинги, — рассказывает эксперт. — Когда к бизнесменам обращаются какие-то «умники» и просят денег на создание инновационного продукта, ответ примерно такой: а опытный образец у вас есть? А производственные мощности, где его можно размножить? А знаете, какая у меня норма прибыли? 200 процентов! Покажите-ка бизнес-план, по которому я их буду получать. Тогда и подумаю, давать вам деньги или нет. Иными словами, вкладываться в стартап, да еще с неизвестным финалом, никто даже не собирается. Все хотят готовую золотую жилу, которую можно разрабатывать. И бизнесменов, к сожалению, понять можно. Кто знает, что у нас будет через 5–10 лет? Боюсь, что никто, во всяком случае среди представителей бизнеса. Поэтому в качестве основных венчурных инвесторов должно выступать государство.

Второй вариант — предусмотреть для частных инвесторов существенные льготы.

— Государство должно стимулировать бизнес вкладывать деньги в инновационные технологии. В Москве, кстати, подобная практика уже существует — есть технополисы и особые экономические зоны, где высокотехнологичные предприятия имеют существенные льготы, — пояснил Кудрявцев. — Подобную практику можно распространить на всю страну. У оборонно-промышленного комплекса России колоссальные возможности. Здесь сконцентрированы лучшие инженерные умы страны. Поэтому у нас что ни год, то несколько «премьер»: очередной «Циркон», «Булава», «Панцирь» и так далее. При правильном подходе эти же умы могут создавать и прорывные гражданские проекты. Нужно лишь поставить задачу и выделить средства.

ТОП–5

Какие военные разработки изменили нашу жизнь:

  • Интернет. Начало глобальной сети было положено в военном исследовательском агентстве DARPA (США).
  • Лазер. Еще в 1950-е конструкторские бюро СССP получили задание разработать новейшее оружие, способное на большом удалении быстро нейтрализовать вражеский самолет. Теперь лазер используется везде: от развлечений до медицины.
  • Клейкая лента. Да, и эта незаменимая вещь была изобретена для военных целей. Ее придумали в 1942 году для герметизации контейнеров с боеприпасами.
  • Спутниковая навигация (GPS). Система GPS, как, кстати, и ГЛОНАСС, в первую очередь разрабатывалась для нужд военных.
  • Сублимация продуктов. Она призвана сохранить продукты питания и значительно уменьшить их вес, что для солдат важно. Технология была открыта в России в 1921 году. Добавь кипятка, и ужин готов!

ЦИТАТА

Владимир Путин, президент России.

«К 2025 году доля высокотехнологичной гражданской продукции в общем объеме производства оборонно-промышленного комплекса должна достичь 30 процентов, а к 2030-му — половины».

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Василий Колташов, руководитель центра полит-экономических исследований Института Нового общества:

— Почему наша оборонка сегодня так успешна? Потому что это единственная высокотехнологичная отрасль экономики, которую не разрушили в 1990-е. Ведь какова была логика Гайдара, Чубайса, Кудрина и других либеральных экономистов? Зачем нам производить то, что уже успешно производят на Западе? Мы будем качать нефть и газ, добывать уголь, продавать это, а все остальное на вырученные деньги купим! Логика совершенно идиотская, потому что из развитой в технологическом отношении страны, на чьих самолетах, например, летало полмира, мы превратились в мировую бензоколонку. Точнее, только пытались превратиться, поскольку у нас покупали в основном не бензин, а сырую нефть. Великолепные экономические достижения! Сейчас стало ясно, что политика развала большей части промышленности была, мягко говоря, ошибочной.

Что делать? Самый простой вариант — закупать технологии и оборудование в Китае либо через Китай, что уже отчасти и делается. Но такой вариант действий — это игра «вкороткую», способ спасти положение здесь и сейчас. Чтобы играть «вдолгую», нам нужно создавать технологии свои. В том числе используя широкие возможности оборонки. В процесс важно привлечь государство, которое должно гарантировать госзаказ. Простой пример: бизнес на льготных условиях вкладывается в создание технологий и оборудование для производства современных автомобилей. А государство дает гарантии, что будет закупать эти автомобили для нужд армии, полиции, МЧС, медицины, социальных служб, аппарата чиновников и т.д. Иными словами, необходимы государственный протекционизм и смена всей экономической политики. По-другому уже никак.

Подкасты