Вселенная Хармса побуждает переосмыслить реальность

Театр «Сатирикон» играет «Елизавету Бам» Гоши Мнацаканова по пьесе Хармса и его жизнеописаниям. Рассказываем, как проникнуть в зрелище, не поранившись.

Когда приходишь на спектакль по известному литературному произведению, хочется, чтобы в нем был «дух автора». Но как перенести на сцену дух Хармса — ломкого, невместимого в стандартную логику, надрывного и надмирного, в чьих текстах важные смыслы проступают как в стереокартинках, словно в параллельном пространстве? Создателям спектакля, эскиз которого был представлен в рамках режиссерской лаборатории «Дебюты» театра «Сатирикон», это удалось. «Елизавету Бам» надо смотреть, отключив голову и настроив на восприятие сердце. Вот выходит к зрителям читать стишок перед задернутым занавесом маленький мальчик, на самом деле — девушка (Алина Доценко). Здесь все словно в зеркальном отражении — мужские роли играют женщины, женские — мужчины. Делают это так профессионально, что без программки и не угадаешь, кто есть кто. Кажется, сам сценический мир, напоминающий питерскую подворотню, перевернут, даже гравитация работает иначе. Тут появляются служивые ангелы, Маленький Принц, Данила Багров и другие. В караване наслаивающихся образов отчетливо узнаваем Хармс (Антон Кузнецов), который словно с себя списал образ Елизаветы Бам. За вереницей встреч и исчезновений, проходящей перед зрителем, проступают идеи. Вот по ту сторону стены ссорятся родители. И подросток выходит во двор, к мусорке, такой же ненужный, как и пакет в руке. Вот белеет на двери в подъезд надпись «Простите пожалуйсто я чужой». Слова рассыпаны по стенам, по скамейке, они дополняют или разбавляют окружающий хлам, стремясь донести до случайного прохожего смыслы, если тот захочет их считать. Кажется, весь мир рассыпается на символы, расплывается и непрерывно звучит.

По хармсовскому сюжету, Елизавету Бам (Антон Кузнецов) обвиняют в совершении преступления и грозят наказанием двое: Первый, он же Петр Николаевич (Ася Войтович), и Второй, он же Иван Иванович (Софья Щербакова). Рядом с ними вспоминает жизнь Старуха (Ярослав Медведев), а позже появляется и Папаша (Полина Райкина).

Но пересказывать события спектакля по Хармсу — дело неблагодарное. Вернее напомнить его цитату: «Гибель уха — глухота, гибель носа — носота, гибель неба — немота, гибель слепа — слепота». Это постепенное исчезновение и переживают на сцене герои, противопоставить ему человек может только свое уязвимое, неприкрытое сердце. Потому что когда родители не могут сказать детям, как хотят их защитить, и подростки перестают слышать, как к ним обращаются, а взрослые закрывают глаза на то, свидетелями чего становиться опасно, и запах разлагающегося мусора перестает распознаваться, все, что остается человеку, — направить внимание внутрь. И тогда — даже если проваливается бессчетное число попыток сделать все правильно, раз за разом переигрывая судьбу, на голову одна за другой обрушиваются беды, а за восьмым кругом ада открывается девятый — каким-то образом ему удастся сохранить свою душу. Ведь даже если звездное небо над нами начнет погружаться в темноту, моральный закон внутри нас поможет сберечь способность слышать ближнего, замечать распад, говорить правду, не отворачиваться. Ведь даже в абсурдном можно найти разумное.

Стоит признать, что для меня театральным открытием уходящего года стал именно этот спектакль и сам Гоша Мнацаканов — молодой режиссер, ученик Сергея Женовача. Он зацепил публику своим театральным языком, который, сочетая несочетаемое, говорит со зрителями о простых и важных темах. Смотреть «Елизавету Бам» стоит любителям ярких экспериментов.

КСТАТИ

Даниил Хармс (Ювачев) родился 30 декабря 1905 года в Санкт-Пе тербур ге, умер 2 февраля 1942-го. Он является основателем группы литераторов ОБЭРИУ. Его пьеса «Елизавета Бам» была поставлена на вечере обэриутов «Три левых часа» 24 января 1928 года. Занимался детской литературой, которую издавали. Писал стихи и прозу. Дважды был арестован. В первый раз зимой 1931 года, весной выслан в Курск из Ленинграда. Во второй — летом 1941-го. Погиб в блокаду в психиатрическом отделении «Крестов».