Вячеслав Бутусов, создатель легендарной группы «Наутилус Помпилиус», отметил 65-летие. Накануне важной для него даты «Вечерняя Москва» побеседовала с известным музыкантом.
Наша беседа началась с вопроса, менялось ли с годами отношение Бутусова к своим сочинениям.
— Вячеслав Геннадьевич, есть ли среди ваших песен те, которые по прошествии времени вы воспринимаете иначе?
— Мое отношение к собственному творчеству менялось и продолжает меняться в зависимости от контекста происходящего. Но поскольку в мире все происходит циклично, то толкование их постепенно подходит к логическому концу.
— Наше с вами поколение воспитано на идеологии — менять мир к лучшему: после социализма — строить коммунизм, после перестройки — демократию, затем — сильную империю… Не кажется ли вам, что не надо уже ничего менять, надо просто сохранить нашу планету?
— Правильно, нужно сохранить мир, созданный по божественному замыслу, но под силу ли нам это, если мы не знаем изначального проекта?
Поэтому нужно постичь божественный замысел, чтобы вернуть утраченный рай. Вся сегодняшняя концертная программа выстроена как литургическая служба — она раскрывает путь человека к Богу. Как известно, у каждого он свой. Поэтому программа в некотором смысле носит универсальный характер.
— В песне «Город» вы назвали Санкт-Петербург «мой город». В чем для вас главное его отличие от других городов?
— В городе святого Петра я живу уже почти 40 лет, это больше половины моей жизни. Из этих 40 лет 15 у меня ушло на то, чтобы получить благословение от этого великого города на пребывание здесь. По большому счету все миллионники друг от друга мало чем отличаются, но все-таки особенности есть. Особенность Санкт-Петербурга в том, что это два разных города в одном — солнечный и пасмурный.
— Для многих слушателей ваше имя прочно связано с эпохой «Наутилуса Помпилиуса». Чувствуете ли вы перекличку между тем временем и тем, что делаете сейчас? Если да, в чем она проявляется в альбоме «Мертвец»?
— Прошлые события живут во мне естественным образом. Этот житейский опыт позволяет мне развиваться в нужную сторону. Природа человека неизменна, но мы можем ее культивировать. В «Мертвеце» я стараюсь донести до слушателя мысль, что без любви человек мертв. И вообще, кажущиеся нам банальными и приевшимися такие понятия, как добро-красота-любовь, это неотъемлемые составляющие настоящей жизни, так же как воздух, без которого человек умирает.
— «Мертвец» — культовый фильм Джармуша — философский, мистический. Смотрите ли вы сейчас фильмы, если да, то какие?
— Я пристрастился смотреть кино, но понимаю, что это дурман. Потом долго прихожу в себя. Кино — это иллюзион, фокус, волшебство, а значит, в какой-то степени обман. То же касается и светской литературы.
— Вы пишете книги. Кто ваш любимый писатель? У вас есть композиция «Война и мир». Как вы относитесь к Толстому?
— Я обратил внимание, что отношение к книгам и писателям у меня со временем меняется. Недавно, к собственному удивлению, заново открыл для себя Горького. Толстого воспринимаю пока номинально, как неопровержимую величину, но близости к нему не чувствую.
— Почему в композиции «Три сестры» вы акцентировали внимание на трех пороках женского рода — «ревность, жадность, зависть»? Обидно за чеховских сестер. Можно было бы «Три брата» — гнев, страх, обман…
— К чеховским героиням это не имеет отношения, это библейские персонажи.
— Какую музыку вы слушаете в моменты тишины?
— Духовные песнопения, особенно в исполнении монахов.
— Были ли моменты, когда хотелось сделать что-то максимально непохожее на все, что было раньше, и удалось ли это?
— Всегда хотелось сделать что-то необычное хотя бы ради спортивного интереса. Тот же альбом «Элизобарра» был для меня достаточно необычным, я увидел свою музыку в непривычном свете. Это очень полезный опыт, расширяющий сознание.
— Ваша аудитория со временем заметно обновилась: среди поклонников много молодых людей. Чувствуете ли разницу в том, как раньше слушали ваши песни и как слушают их сегодня?
— Интерес молодежи к нашей музыке меня обнадеживает и вдохновляет. Во все времена музыку слушали одинаково — и в горе, и в радости. Вообще, умение слышать музыку — это великий дар. Большинство людей воспринимают музыку рефлекторно, но не более того. Нужно учиться слышать истинную музыку в широком значении слова «гармония». Для этого нужно развивать сверхчувствительность — слух, зрение, интуицию, прозорливость. Я всю сознательную жизнь стремлюсь к этому, но такой духовный опыт требует невероятного усердия и многих душевных и физических сил.
— Если оглянуться на ваш путь: какой главный урок вы вынесли из своей творческой жизни?
— Главное — не утратить возможность слышать музыку как составляющую великой вселенской любви. Это мой неиссякаемый животворный источник.
— Не жалеете о том, что не стали архитектором? Вы же могли бы построить целый город, в котором люди были бы счастливы.
— Во-первых, я все-таки стал архитектором (Вячеслав Бутусов получил образование по специальности «архитектор-градостроитель» и работал по этой профессии. С 1984 по 1988 год он трудился в бюро «Уралгипротранс», где был одним из проектировщиков станций «Уралмаш» и «Проспект Космонавтов» Свердловского метрополитена. — «ВМ»), и очень горжусь этим; во-вторых, в наше время новых городов практически не строят; в-третьих — музыка тоже делает людей счастливыми.
— Продолжаете ли вы рисовать?
— Рисую мало и редко. Надеюсь, когда выйду на пенсию, поставлю мольберт и займусь живописью.
— Как отпраздновали юбилей?
— Обычно я праздную в кругу семьи, но в этом году мы с Анжеликой (супруга Вячеслава Бутусова — искусствовед Анжелика Эстоева. — «ВМ») объединились и пригласили друзей.
— Вы родились в один день с Лермонтовым. Но в творчестве чаще обращаетесь к Пушкину. Любите ли вы поэзию Михаила Лермонтова?
— Конечно, люблю. Даже песню написал на его стихотворение «Белеет парус одинокий».
— Часто ли вспоминаете свое прошлое?
— Я стремлюсь жить в едином временном пространстве. Главное, не отвлекаться от сиюминутного течения жизни, чтобы не унесло в сторону.
Хиты «Наутилуса Помпилиуса»
- Гудбай, Америка (1985)
- Скованные одной цепью (1986)
- Я хочу быть с тобой (1989)
- Прогулки по воде (1993)
- На берегу безымянной реки (1993)
- Крылья (1995)
- Дыхание (1996)
- Матерь богов (1997)
