Ольга Дроздова: Современный зритель — искушенный

У актрисы театра «Современник» Ольги Дроздовой есть повод для волнений: в Институте современного искусства полным ходом идет подготовка к премьере спектакля «Лунин» по пьесе Эдварда Радзинского, в котором заняты студенты актерского курса Дроздовой и Певцова «Певчие дрозды».

— Ольга, а вы в спектакле участие принимаете?

— Нет. Считаю, что сейчас мне нужно больше заниматься не собой, а своими студентами и мужем (актер театра «Ленком» Дмитрий Певцов. — «ВМ»). Правда, я им уже лет 25 занимаюсь. Певцов, кстати, играет в спектакле главную роль. Эдвард Станиславович Радзинский сказал, что такого воплощения своего героя он еще не видел, ему этот Лунин очень понравился.

— Ваши студенты уже на четвертом курсе. Что их ждет после окончания учебы?

— Для нас с Дмитрием они не просто студенты, а дети. Мы не хотим с ними расставаться, поэтому будем делать свою студию «ПЕВЦОВЪтеатр». Правда, пока у нас есть только те спектакли, которые ребята играют в Институте современного искусства. Зрителей всегда приходит много. Например, недавно прошел спектакль «Чехардажъ». Скорее даже мастер-класс, спектакль-эволюция: этюды, наблюдения, клоунада, рассказы А. П. Чехова, фантазии на тему картин Рене Магритта, песни, танцы... Так ребята демонстрировали сложный процесс освоения актерского ремесла. Такого я не видела ни в одном театральном институте.

Ольга Дроздова: Сегодня многие артисты научились открывать душу на сцене, но, к сожалению, зрителю там не всегда есть на что смотреть / Фото: Ольга Зиновская/ТАСС

— Постановка — ваша идея?

— Это случилось спонтанно.  Мне вдруг стало жалко, что те маленькие шедевры, которые дети создавали на протяжении учебы, исчезнут. Я решила их сохранить, поставив спектакль, где ребята изображают самих себя в самом начале учебного процесса, когда еще ничего не умели. Сыграть это непросто. Я помню, когда мы снимали фильм «На ножах» по Лескову, режиссер Александр Орлов сказал мне: «Ты играешь так, как будто твоя героиня хорошая артистка, а ты сыграй так, будто она бездарная». Для меня это стало сложной задачей.

— Чему вы прежде всего учите своих студентов?

— Я им всегда говорю: «Постарайтесь сохранить в себе ту чистоту и искренность, которая сегодня есть в вас». Ведь современный зритель — искушенный. Обмануть его крайне сложно. А удивить можно. Искренностью. Хотя сегодня многие артисты научились открывать душу на сцене, но, к сожалению, там не всегда есть на что смотреть. Поэтому главное — сохранить душеньку чистой. Впрочем, это касается любого человека, не только актера, иначе в наше время не выжить.

— Как вы считаете, какими качествами нужно обладать, чтобы состояться как актер?

— Артистами рождаются. Это те качества, которые даны человеку от природы. Причем природа эта не всегда здоровая... Я сейчас учусь в магистратуре в том же институте, где преподаю на режиссерском факультете, пишу диссертацию, исследуя человека в жизни и литературе. Поэтому могу точно сказать, что у артиста вот это кажущееся внешнее нездоровье — отсечение всего лишнего, некая направленность, которая дана Богом, чтобы проповедовать и, не побоюсь этого слова, исповедоваться на сцене. Это дано не каждому.

Уже на первом курсе видно, кто может быть этим проповедником, а кто с хорошим пастырем может просто жить в коллективе театра. Вот и Галина Борисовна Волчек говорит, что как только человек выходит на сцену, сразу видно — зажглась в нем лампочка или нет. Но при этом нужно, чтобы зажегшийся лучик еще и отражался. Если же в душе мутненько, этого не случится. А вообще моя мечта — всех девчонок с курса выдать замуж, а мальчиков устроить на хорошую работу...

— Потому что быть актером сложно?

— Скорее, травматично для души.

— Вы ведете актерский курс вместе с мужем. У вас бывают творческие разногласия?

— Конечно. Но мы их улаживаем. Творчество — такое дело, где нужно пробовать, а не спорить. Вот мы и пробуем: сначала один вариант, потом другой. И сразу становится видно, который из них лучше.

— Вы сменили имидж, стали пепельной блондинкой. С чем это связано?

— Меня пригласили сняться во французском артхаусном кино. Но процесс производства картины напоминает мне долгострой, потому что как только французы ссорятся с нашей страной, у них тут же заканчиваются деньги на проект... Если же говорить о новом образе, признаюсь, мне трудно к нему привыкнуть — я же никогда не была блондинкой. Поэтому приходится носить шляпу.

— В одном из интервью вы говорили, что вас воспитывали в строгости. А как вы воспитываете сына Елисея?

— Я его балую! У меня-то была одна мама. А у него столько воспитателей — папа, две бабушки, дедушку одного застал, няня. Поэтому я только балую.

Для Дроздовой важно будущее ее студентов: вместе с Дмитрием Певцовым она хочет открыть студию, где будут играть их ученики / Фото: Н. Голованов

— А Дмитрий?

— Он вожак стаи. В случае чего, мы все поджимаем хвостики, и Елисей в этом плане не исключение.

— То есть взгляды на воспитание ребенка у вас с мужем разные?

— Скорее восприятие ребенка разное. Папа в семье главный, он все решает. Другое дело, как распределяются эти решения, но это уже наши семейные секретики. Всякое бывает в воспитании: и хулиганим, и беседуем. Недавно изживали ревность. Мы завели собачку. Елисей сам выбирал ее, сам имя ей дал, сам заботится (по крайней мере пока).

И вот он стал эту собачку ревновать, да еще и демонстративно. И я ему сказала: «Ревность на людях — это эмоциональное неприличное испражнение. Дома ночью в подушку — пожалуйста, хоть обревись, можешь даже грызть эту подушку». И после этого он повел себя как взрослый человек. Очень заботится о собаке: она же маленькая, беззащитная, ее обидеть могут. А поскольку ребенок наш обласкан со всех сторон, его необходимо приучать заботиться о ком-то.

— Хотели бы, чтобы сын стал актером?

— Для меня сейчас главное — воспитать его хорошим человеком, а хороший человек везде пригодится.