Луне танцоры все покорны

«Луна» - еще одна смелая попытка известного коллектива поэкспериментировать в области современного танца и балета, не ограничиваясь классическими постановками. Практически уйдя от очевидной, наглядной сюжетности, исключительно через пластику хореограф Антон Пимонов рассказал зрителю о любви и страсти.

Спектаклем, впрочем, назвать это можно с большой долей условности: полтора часа общего хронометража было поделено Пимоновым на две примерно равные части, разбитые антрактом. Первая из них как раз таки и была, собственно, танцевальной фантазией по мотивам одноименного стихотворного сборника аргентинца Хорхе Луиса Борхеса. Точнее, двух вошедших в него произведений - «Вся моя жизнь» и «Предчувствие любящего». Второе же отделение, хоть и оказалось тоже про любовь, представляло собой сменяющие друг друга номера в исполнении шести дуэтов под музыку то француза Филиппа Гласса, то итальянца Луиджи Рубино, а то и вовсе лауреата премии «Оскар» японца Рюити Сакамото.

Когда бы не, собственно, «Луна напротив», «Балет Москва» вполне мог бы вновь выступить на площадке уже давно ставшего ему едва ли не домом родным Центра Мейерхольда. Однако же первое отделение, в котором принимают участие десять танцовщиков, требует совсем иного пространства. А, поскольку у коллектива, получившего, к слову, в прошлом году аж шесть номинаций на «Золотую Маску», своего театра нет, играть Борхеса было решено в Культурном центре ЗИЛ.

В конце минувшей недели один из, пожалуй, самых сильных на сегодня хореографических театров России «Балет Москва» отыграл премьеру – спектакль «Луна напротив». / Фото: Пресс-служба театра «Балет Москва»

Здесь и вспыхнули аргентинские страсти, а, точнее, получасовая хореографическая композиция, многочисленные участники которой показывали историю одной пары, представляя отношения внутри нее в разных ракурсах и в то и дело трансформирующимся при помощи света (художник по свету – Константин Бинкин) сценическом пространстве. Гармоничную картину время от времени разрушал разве что обладатель Пулитцеровской премии, американский композитор-минималист Джон Адамс, чья музыка, возможно, лучше бы звучавшая в Консерватории, но акустикой ЗИЛа иногда превращаемая в едва ли не промышленный шум.

Здесь вспыхнули аргентинские страсти, а, точнее, получасовая хореографическая композиция, многочисленные участники которой показывали историю одной пары / Фото: Пресс-служба театра «Балет Москва»

Проблема эта, однако, более чем компенсировалась происходящим на сцене, с одной стороны, а, с другой, упорным и достойным восхищения стремлением «Балета Москва» не останавливаться на достигнутом.

Ну, и, конечно, нельзя еще раз не сказать о втором – «дуэтном» - отделении, среди шести танцев которого выделялось два, достойных отдельного внимания – «Первый импульс» в исполнении Эрики Асай и Хаято Нисидзимы и «Стекло», представленное Мариной и Павлом Окуневыми.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Алла Сигалова, знаменитый хореограф, актриса, профессор Школы-студии МХАТ:

- Границы между многими жанрами уже давно стерлись. Бывает, смотришь спектакль, и не можешь определить, что это - драматический театр, хореографическая драма или балет. Но в этом и прелесть! Не имея границ, идеи начинают перемещаться из одного вида искусства в другой, рождая что-то совершенно новое. В этом смешении жанров и заключается в том числе и мой интерес.