Слушаешь, и перед глазами встают милые старые улочки столицы

Постановкой театр чествует исполнителя главной мужской роли Евгения Стеблова, чей 70-летний юбилей пришелся на этот театральный сезон, и отдает дань памяти великому драматургу, со дня ухода которого в июне исполняется 130 лет.

Вдова купца Круглова (Елена Валюшкина) с дочерью Агнией (Александра Кузенкина) — перед дилеммой.

К Агнии сватаются богатый купец Ахов (Евгений Стеблов) и его приказчик Ипполит (Станислав Бондаренко). Тому, как мучительно девушка пытается принять верное решение, и посвящено действие.

Камерная Сцена под крышей, конечно, не может вместить предметного колорита купеческого Замоскворечья. Впрочем, это и не важно — игра большинства актеров передает дух древней столицы не хуже. Например, первый диалог Кругловой и Агнии о погоде и нехватке кавалеров для прогулок: актрисы говорят так воодушевленно, что перед глазами встают виды старых московских улочек в ясный летний день. А вот ключница Феона (Нина Дробышева) рассказывает, как далеко ходила к обедне — аж в Хамовники. И снова слова произнесены так, что зритель невольно представляет этот путь через полгорода.

Правдоподобности происходящему на сцене добавляет и то, что режиссер точно сохранил манеру общения героев Островского. Вплоть до просторечий, употребляемых жителями купеческого района, которые так любил использовать драматург в своих пьесах.

Всевозможные «окромя», «ежели», «нынче» и «покуда» артисты произносят нараспев, словно наслаждаясь их звучанием.

Евгений Стеблов в роли Ахова очаровывает и напускной небрежностью, и размеренностью во всем — точно под стать богачу дореволюционной Москвы. Чего не сказать о Станиславе Бондаренко: его герой почему-то суетится и бегает по сцене как ошпаренный, а не влюбленный. Кроме того, он единственный из актеров, кто неуместно осовременивает героя. Только в сценах со Стебловым Бондаренко преображается — подтягивается и говорит с большим чувством. Так чуткий и талантливый партнер ненадолго возвращает его к сценической органичности.

Музыки в постановке крайне мало, но действие от этого ничего не теряет — спасает та же музыкальность речи. Зритель смотрит спектакль, который держат актеры.