Блеск и нищета современной Италии

Режиссер признался, что «симпатизирует Сильвио Берлускони, и за это его не очень любят в Италии».

Даже не думайте, что «Лоро» — дифирамб одному из самых богатых людей мира. Нет, это не разоблачение пороков Берлускони, а попытка создать портрет современной Италии, которая жила под руководством этого политика. Дерзкий неаполитанец, собравший весь букет кинематографических наград, в своем долгом фильме размышляет над популярной фразой «Каждый народ имеет то правительство, которое он заслуживает». Известно, что эта фраза принадлежит посланнику Сардинского королевства при русском дворе, и она комментирует новые законы Александра Первого, царя — освободителя Европы. Между прочим о России Берлускони в этом фильме говорит часто и подробно. Он цитирует писательницу и коммунистку Наталью Гинзбург, правда, не без иронии.

В картине «Лоро» Сильвио Берлускони — очень образованный, начитанный человек, который великолепно знает законы физики и применяет их в жизни. Правда, из уст актера Тони Сервилло формулы Архимеда звучат немного смешно. Тони Сервилло — актер замечательный, но ему явно не хватает невероятной харизмы и, возможно, гениальности Сильвио Берлускони. Одно дело — актерское, покорять зрителей мастерством, а другое — фактически владеть Италией. Актеров на роли великих политиков выбирают годами, как это было с исполнителями роли Ленина, а Паоло Соррентино взял своего любимого артиста из оскароносного фильма «Великая красота» и «натянул» на него маску реального человека, которого весь мир любит и ненавидит по сей день.

Паоло Соррентино на представлении своего фильма «Лоро» о Сильвио Берлускони / Фото: Анжелика Заозерская, «Вечерняя Москва»

Героя Тони Сервилло, по большому счету, любить не за что, его недостатки преобладают над достоинствами. Так получилось, потому что основной целью Соррентино, по его признанию, было «показать современных итальянцев». О них, кстати, Сильвио Берлускони был невысокого мнения. В фильме он говорит: «Умственные способности среднего итальянца не выше средних». Итальянцы, а это и окружение Сильвио, и вся «тщеславная Италия», питающая надежды приблизиться к Берлускони и возвыситься, в фильме выглядят, мягко говоря, отрицательно. Ленивые, распущенные, жадные до удовольствий, интриганы, хищники, продажные особы — такими их показывает знаменитый соотечественник Паоло Соррентино. Неудивительно, что после таких картин режиссера не любят в Италии. Зритель смотрит на потребительскую страну и задается вопросом: «Почему древний народ, обладающий райской землей, климатом, памятниками культуры, живет не так хорошо, как немцы, шведы, англичане? Почему в стране сильная безработица и высокий уровень эмиграции?»

Ответ вытекает из фильма Соррентино:- слишком много веселились, слишком беспечно относились к достоинствам своей страны, слишком эгоистично использовали то, что досталось от предков. Паоло Соррентино перед премьерой фильма «Лоро» в Петербурге сказал:

— Мой фильм о красоте и об уродстве современной Италии. У нас очень много красоты и, увы, много вульгарности и пошлости. Последнего, к сожалению, становится больше и больше.

Зритель невольно вспоминает фильмы итальянских классиков неореализма — Роберто Росселини, Лукино Висконти, Витторио де Сика, в которых нищета Италии (действие фильмов в основном происходит в послевоенное время) выступает на второй план, а на первом — духовная красота человека. Но сейчас, судя по фильму Соррентино, внешний блеск затмил внутреннюю красоту итальянцев, и это не радует. Правда, режиссер все же немножко лукавит, как, впрочем, это делают практически все итальянцы — за редким исключением. Когда у Соррентино спросили, что бы он сделал, если бы ему дали неограниченный бюджет на фильм», он честно ответил, что купил бы виллу в Италии.
Что же критиковать своих соотечественников, у которых такая же мечта — купить виллу?

А у героя фильма «Лоро» Сильвио Берлускони мечты были более высокие. Хотя бы одна из них: «нужно вновь завоевать женщину Веронику». Сильвио Берлускони, как Наполеон, завоевывал мир, любовь женщин и любовь народа. Другой масштаб личности. Императорский.