Главное
Карта городских событий
Смотреть карту
Сторис
Виктор Цой — каким его знали друзья

Виктор Цой — каким его знали друзья

Безопасность детей на воде

Безопасность детей на воде

Дебоширы в самолетах

Дебоширы в самолетах

Скандальные разводы футболистов

Скандальные разводы футболистов

Засекреченные истории московских бункеров

Засекреченные истории московских бункеров

Аферисты в Тиндере

Аферисты в Тиндере

Автор эссе «Как убить своего мужа» убила мужа

Автор эссе «Как убить своего мужа» убила мужа

Новый образ беременности

Новый образ беременности

Эпоха Старбакс и Макдональдс

Эпоха Старбакс и Макдональдс

Кто придумал Последний звонок?

Кто придумал Последний звонок?

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга

Развлечения
«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга
МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ
В МХТ имени Чехова состоялась премьера сезона - «Три сестры» в постановке Константина Богомолова. Как театральная Москва ждала этот спектакль - словами не передать.

Во-первых, «Три сестры» - поручение, завещание Олега Табакова. Сам Олег Павлович хотел сыграть в постановке роль военного доктора Чебутыкина. Не успел. Александр Семчев, за себя и за своего ушедшего руководителя, играет Чебутыкина за гранью своего таланта. Говоря молодежным слэнгом, а он моментами проскальзывает в спектакле Богомолова, Чебутыкин-Семчев - «бомба».

А Дарья Мороз в роли Тузенбаха, - главное «ноу-хау» этой работы Богомолова. Барон-Мороз напоминает убитого императора Павла Первого - и внешним обликом, и немецким романтизмом, и обреченностью на всех фронтах, включая любовный. А также мальчугана-беспризорника - в чем-то французского Гавроша, в чем-то Гекльберри Финна из романа Марка Твена. Например, когда Тузенбах как шпана курит сигару, поет куплеты поп-исполнителя Андрея Державина: «Давайте, выпьем, Наташа, сухого вина»...

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ

Тузенбах-Мороз, конечно же, - не мужчина, не жених, - кто-то вроде «прекрасного человека - князя Мышкина». Только его никто не любит. Все понимают, что он - единственный из них - настоящий человек, но не любят. Тузенбах - не мужчина и, уж конечно, не муж. Представить Тузенбаха-Мороз в интимной сцене с Ириной-Софьей Эрнст - невозможно. А такая мысль невольно возникает, потому что в спектакле Богомолова - у ее сестры Маши (Александра Виноградова) - не только платоническая любовь с Вершининым (Дмитрий Куличков). Константин Богомолов вызывает огонь на себя, показывая довольно откровенно, - на сцене, и крупным планом на экране акт любви между Машей и Вершининым. Эта сцена влечет за собой ограничение зрительской аудитории (18+), но, по замыслу режиссера, является необходимой.

Вершинин - единственный мужчина в этом городе, где много офицеров, у которых есть «мужское начало». Но любить его больше не за что - кроме как «за мужское начало». Человек он - так себе - до Барона ему далеко. Точно не рыцарь и даже не джентльмен. Свою несчастную, больную жену - мать его дочек, называет «ничтожеством» - в присутствии других женщин, в частности, Ольги, и изменяет ей с замужней дамой.

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ

У сестер - нет детей. И вряд ли когда-то будут, потому что в городе нет достойных мужчин. Вымерли. Испарились. Кто-то - в могиле, - как отец «трех сестер», а кто-то - в пьяном угаре, как доктор Чебутыкин, или в плену своих грез и заблуждений, как Соленый - карикатура на лермонтовского Печорина. Правда, есть еще учитель гимназии Кулыгин (Кирилл Власов), но он так жалок, так беспомощен, что вряд ли способен вызвать у прекрасной половины желание. Да и чему он может научить - большой вопрос.

Константин Богомолов в «Трех сестрах», используя на 99,9 процента текст Чехова, показывает, что в конце XIX века в царской России был кризис в образовании, медицине, армии. Державу защищать некому - и, как следствие, - поражение Белой гвардии в 1917 году. У военного доктора Чебутыкина руки трясутся от запоев, он не помнит, как лечить людей, и по его вине гибнут пациенты, о чем он говорит в порыве пьяного откровения.

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ

Смотришь на героев чеховской пьесы, включая сестер, и вспоминаешь пословицу: «Нечего на зеркало пенять». Каждая сестра - кривое отражение другой, и чем младше, тем это отражении все «кривее и кривее». Ирина к концу пьесы открыто говорит о том, что не способна любить. Она, задумчивая, прекрасная, но опустошенная внутри.

Все герои произносят великий чеховский текст скороговоркой - что-то вроде «хип-хопа». В одной тональности. Каждый говорит о себе как робот, словно «механическое пианино», - как бы со стороны. С высоты времени. В стиле наших смс-сообшений и лаконичного слога. А что? Чехов сам сказал: «Краткость - сестра таланта». Спектакль Богомолова - краткий, талантливый и беспощадный, как скальпель хирурга.

В спектакле филолога Богомолова - железная логика, направленная на то, чтобы решить задачу: почему русская интеллигенция - такая инертная, безвольная? Каждый герой дает свой ответ на этот вопрос, и если собрать их воедино - получится диагноз России. Верный и смертельный. Правда, для этого нужно расслышать текст и понять, о чем так быстро говорят актеры.

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ

Зал Основной сцены МХТ еще не приспособлен для того, чтобы актеры разговаривали со сцены скороговоркой, и с дальних рядов их просто не слышно. Да и не видно. Люди уходили с первых минут, потому что не хотели прислушиваться и приглядываться. Причем некоторые прилетели на премьеру даже из Европы, - в частности, из Швейцарии. Признаюсь, что я, сидя на стуле в 18 ряду, хотела уйти по этой же причине - было плохо слышно и видно. Но в гардеробе мхатовские бабушки - старейшины театра - буквально убедили остаться:

- Я 40 лет работаю в Московском Художественном театре. Видела несколько постановок «Трех сестер», в частности, Олега Ефремова с Еленой Майоровой в роли Маши. Но мне очень понравился спектакль Богомолова. После спектакля я прочитала в ЖЗЛ биографию Чехова и, кажется, поняла настоящего писателя. Московский Художественный театр сам Чехов обвинял в том, что его неправильно понимают... И, наверное, был прав. И я не до конца понимала. Только сейчас, посмотрев спектакль Богомолова, поняла. А как играют Семчев и Дарья Мороз... - объясняла сотрудница гардероба Ирина Сваткова.

«Три сестры» Константина Богомолова как скальпель хирурга МХТ им. А.П.Чехова. Сцена из спектакля «Три сестры» в постановке Константина Богомолова / Фото: Екатерина Цветкова/МХТ

Невольно вспоминаешь Константина Сергеевича Станиславского и его слова: «Театр начинается с вешалки». В прямом, и в переносном смысле. Сколько раз именно мхатовские старейшины разрешали сложные ситуации в театре! Константин Богомолов должен отдать им часть своих букетов и поблагодарить за то, что они его так поддерживают. Олег Табаков не зря поверил в Богомолова. Рискну предположить, что «Три сестры» Олегу Павловичу очень бы понравились. А может быть, даже и Антон Павлович остался бы доволен?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Душные» «Три сестры» Сергея Женовача

Елена Майорова. Сгоревшая свеча

Евгения Симонова: «Да. Мне в жизни везло»

Подкасты