Директор Дома архитектора Мельникова Павел Кузнецов показывает корреспонденту «ВМ», как устроено пространство дома, на чертежесамого Мельникова. С ним можно ознакомиться во дворе дома, открытом для посещения в любое время / Фото: Павел Волков, «Вечерняя Москва»

Дом архитектора Мельникова — история одной семьи и их быта как достояние мира. Недавно сотрудники музея завершили опись всех предметов, находящихся внутри дома — их больше пятнадцати тысяч. Несмотря на то, что запись происходит за месяц до визита, 8 июня директор Дома Павел Кузнецов показал сохранившиеся вещи архитектора корреспонденту «ВМ».

Первое, что бросается в глаза — это отсутствие музейных ограждений.

— Их никогда не было и не будет. Дом — это цельное пространство. Он живет по своим законам. Экскурсии проводятся каждый день, но группами по пять-шесть человек. Так завещал сын архитектора художник Виктор Мельников, который здесь прожил всю жизнь с 1929 года. Всего у нас сто мест на месяц. Большое количество людей нарушает атмосферу. А мы хотели бы, чтобы люди, приходящие сюда, чувствовали себя гостями. Дом наполнен маленькими вещами, множеством предметов. Опись продлилась почти три года. Самое ценное здесь — чертежи Мальникова. А вот на территорию Дома попасть можно свободно. Скоро на месте бывшего сарая для инструментов появится сувенирная будка.

Дом дышит как живой, умный организм.

Множество шестиугольных окон не выставляют жизнь внутри на показ, но дают ощущение защищенности. Он «помнит» своего хозяина, будто тот только что вышел за хлебом. Заходишь внутрь — надеваешь тапочки. Все осталось на своих местах — половники, тарелки, бидоны, даже висящие на гвоздике ножницы. Сохранившийся шик — наряды жены Мельникова Анны Гавриловны.

Архитектор работал над новым проектом во Франции и взял с собой семью — оттуда и наряды.

— Он не только гениальный архитектор, но и талантливый инженер, — говорит Павел Кузнецов. — Дом хитро отапливается — по системе римских терм. С двух сторон от главного входа находятся пилоны — вентиляционные колонны. Решетки внизу забирают холодный воздух, который нагревает в подвале калорифер (его спроектировал сам архитектор, причем чертеж его выполнен в аршинах и вершках. — «ВМ») забирает его. Теплый воздух по системе каналов поднимается вверх и растекается по всему дому. В самих комнатах нет батарей! Даже туалет остался в рабочем состоянии, а на ванне висит старинная мыльница хозяина.

Совершенство в простоте чувствуется везде — например, оконные стеклянные рамы попросту вынимаются. Через небольшие отверстия в стене на первом этаже можно общаться с мастерской на третьем — не поднимаясь наверх. Это «воздушный телефон» — система связи для семьи внутри дома.

— Дом очень сильно воздействует на человека. — Признается Павел Кузнецов. — В том числе и на меня. На фасаде дома есть некоторые подтеки и разрушения, но с точки зрения своей конструкции он абсолютно надежен.

ЦИТАТА

Андрей Вознесенский о доме Мельникова: