Воспоминания о "Кожаном мяче"
[b]Этот материал не совсем обычен.[i] Марк Борисович РОЗИН [/i]не числится в списке членов нашего клуба, но он друг многих российских комментаторов, человек, немало сделавший для отечественного футбола. А еще он участник войны, герой-фронтовик.[/b][b]– Марк Борисович, закончив войну, вы вернулись к спортивной деятельности, были одним из основателей и вице-президентом легендарного клуба «Кожаный мяч»...[/b]– Признаюсь, что вспоминаю о тех годах с ностальгической грустью. Ведь «Кожаный мяч» был родным домом для сотен тысяч мальчишек нашей необъятной страны. Не могу не вспомнить и о великолепных праздниках детского футбола, проводившихся в десятках городов, принимавших у себя финальные турниры «Кожаного мяча».[b]– Я бывал в качестве главного судьи на этих незабываемых праздниках футбола в нескольких городах и тоже вспоминаю о них с радостными чувствами. Но, говоря о «Кожаном мяче», вы скромно умолчали еще об одной составляющей работы вашего детища. Речь веду о выдающихся мастерах футбола, начинавших приобщаться к великой игре именно в «Кожаном мяче». Достаточно назвать имена Блохина, Бессонова, Гуцаева, Демьяненко, Дасаева, Кирьякова, Тарханова… Уверен, что и награждение вас очередным орденом и присвоение звания заслуженного тренера РСФСР – это достойная оценка вашего вклада в развитие отечественного футбола. А с Николаем Николаевичем Озеровым вы были не только знакомы, но и дружили многие годы.[/b]– Да, с Озеровым мы были большими друзьями и главное – единомышленниками. Николай был одним из самых деятельных членов клуба «Кожаный мяч». Несмотря на огромную занятость в театре, на телевидении, бесконечные командировки, он практически не пропускал финальных турниров нашего клуба. Он пользовался огромной популярностью среди поклонников спорта и особенно у детворы.[b]– Николай Николаевич был большим балагуром и шутником…[/b]– Я не только замечал эти свойства характера своего друга, но даже становился порой жертвой его проделок. Как-то мы оказались с ним в Ворошиловграде, где проходил очередной матч. Озеров неожиданно начал уговаривать меня провести с ним парный репортаж. Я сдуру согласился. О чем тут же пожалел. Оказавшись перед микрофоном, я очень смутился и, произнеся несколько несуразных фраз, сбился и от дальнейшего участия в «дуэте» отказался. Озеров очень весело отреагировал на мою профнепригодность, но все же сжалился надо мной и больше попыток выпустить меня в эфир не предпринимал.[b]– В начале 90-х годов возглавивший общество «Спартак» Озеров убеждал вас передать нуждавшийся в реанимации «Кожаный мяч» под спартаковские знамена?[/b]– Николай даже привез ко мне знаменитого стайера Петра Болотникова, которого прочили на пост председателя ЦС «Спартака», они обещали воссоздать наш умиравший клуб. Увы, отнюдь не по вине Озерова, его идея не у всех нашла поддержку.[b]– Вы ведь были знакомы и с Синявским?[/b]– Встречались мы редко, но кое-что из проказ этого незаурядного комментатора я запомнил. В первые годы развития хоккея с шайбой в нашей стране игры проходили под открытым небом перед Восточной трибуной стадиона «Динамо». На игру приехал Василий Сталин. Мы с Вадимом оказались с ним рядом. Обращаясь к генералу, Синявский спросил: «Вы слышали мой последний репортаж?» «Да, – ответил сын вождя, – я даже обратил внимание, что из репродуктора сильно пахло спиртным». Не моргнув глазом, Вадим отвел подозрения: «В этом не было ничего удивительного, я ведь регулярно протираю микрофоны тряпочкой, смоченной спиртом».[b]– А как бы вы определили разницу между Синявским, Озеровым, Махарадзе и нынешним поколением комментаторов?[/b]– Все названные тобой люди знали и беззаветно любили футбол. Поэтому они действительно комментировали игру. А многие нынешние подмастерья знают футбол поверхностно, любят больше всего себя, поэтому и говорят о чем угодно, кроме самой игры. Их больше заботит вопрос: «Кто пойдет за «Клинским»?»[b]– Хотелось бы услышать ваше мнение о том, как вам удалось добраться до такой уникальной отметки – 95?![/b]– Я никогда не относился к числу людей, уделявших много внимания своей персоне. Хотя можно сказать, что, в принципе, вел здоровый образ жизни. Курил очень непродолжительное время, пил весьма умеренно. Наверное, мне помогло в жизни то, что я постоянно и с большим увлечением занимался спортом, работал в окружении добрых, жизнерадостных и бескорыстно влюбленных в футбол людей. Вот это, наверное, и можно назвать счастьем, которое поспособствовало моему долголетию.[b]Марк РАФАЛОВ, почетный судья по футболу, фронтовик 1941–1945 годов[/b][b]ДОСЬЕ «ВМ»[/b][i]Розин Марк Борисович. Родился в 1909 году в Смоленске. Играть в футбол начал в середине 20-х годов в клубных командах московского «Строителя». В 1929–1934 годах руководил футбольной секцией авиационного завода № 24, где создавалась команда столичного клуба «Крылья Советов». С 1939 года работал во Всесоюзном комитете по делам физкультуры и спорта. В годы войны принимал участие в боях под Москвой – политрук дивизионной разведки. Был в числе руководителей 3-й Партизанской дивизии, воевавшей в Брянской, Калужской и Смоленской областях. Награжден орденами Красного Знамени, тремя орденами Отечественной войны, орденом Красной Звезды и многими медалями. В 1948–1978 годах возглавлял отдел массового и детского футбола в Спорткомитете СССР. Являлся основателем клуба «Кожаный мяч», его вице-президентом (1966–1986), за что награжден орденом «Знак почета» (1975) и удостоен звания заслуженного тренера РСФСР.[/i]
