[b]Представление для тех, кому за… По-другому премьеру на Малой сцене Театра им. Моссовета, как ни старайся, не назовешь. «Прихоти любви, или Капризы Марианны» Альфреда де Мюссе в постановке народного артиста Геннадия Бортникова – настоящий подарок для зрительниц, которые еще помнят своего любимого артиста в зените славы, молодости и красоты. Еще он хорош для историков, изучающих театральные течения прошлого века, и для публики, уставшей от современного искусства «со вторым дном», с его двусмысленностями и вечной недосказанностью.[/b]Всю интригу этой комедии можно свести к модной не так давно шутке «Семь причин, почему пиво лучше женщины»: «у пива никогда не болит голова, пиво никогда не откажет, пиво не устроит сцену ревности, если вы предпочтете ему другое пиво». Только роль пива тут исполняет вино «Слезы Христовы», именно с ним главный герой Октав ([b]Геннадий Бортников[/b]) – неаполитанский кутила, гуляка и острослов – сравнивает женщин, и в частности холодную, неприступную Марианну ([b]Анна Гарнова[/b]). Марианну любит юный Селио ([b]Андрей Смирнов[/b]) – холерик истероидного типа, жертва заниженной самооценки, лакомый кусочек для любого психиатра. Он просит своего друга Октава замолвить за него словечко перед Марианной. Сразу видно, что с сюжетом «Сирано де Бержерака» великого Ростана Селио незнаком и потому не знает, что добиться любви чужим умом невозможно. Эффект может быть самый неожиданный: предмет страсти рискует влюбиться в гонца любви.Даже если этот гонец и слыл секс-символом советской сцены аж сорок лет назад – навыки-то остались! «Прихоти любви, или Капризы Марианны» задумывался как спектакль музыкальный. Помимо режиссуры Бортников взял на себя роль художника по костюмам и автора песенных текстов. Костюмы вышли вполне в духе времени, только платье Марианны, превращающейся к концу представления из ледяной глыбы в разъяренную кошку, не выдержало такого накала страстей и порвалось уже на премьере. Что до песен, то хитами, какими были в свое время музыкальные фрагменты из кинофильмов «Собака на сене» или «Благочестивая Марта», они вряд ли станут, а вот темп спектакля сбивали изрядно. Но зрительницам, пришедшим повздыхать о чужой несчастной любви и полюбоваться на кумира своей молодости, до темпа не было никакого дела. Они были просто счастливы.