Игра дельфинов и сапфиров

[b]В иерархическом созвездии балерин Мариинки Ирма Ниорадзе занимает свою нишу. Стиль ее танца – благодатное сочетание женственности, шарма и несуетного мастерства.[/b]Бенефис на сцене Театра оперетты, представленный «Постмодерн-театром», начался одноактным балетом «Игра драгоценностей» памяти Джорджа Баланчина.Мэтр, посетивший когда-то известного ювелира Апреля, позавидовал его коллекции камней и создал трехчастный балет «Драгоценности», включивший «Изумруды», «Рубины» и «Бриллианты». Мечтал он и о «Сапфирах».Наши современники (автор идеи – Гоча Чхаидзе) взяли да и реализовали грезу. Первоначальное название «Сапфиры» заменили на «Игру драгоценностей». В этом приношении Баланчину переплелись и его автобиография, и множество цитат из его балетов, классика и современный танец.«Высший свет» – это манекены, интересующиеся лишь стоимостью товарного камня. А Ниорадзе предстает то хозяйкой ювелирного салона, то юной Сьюзен Фарелл, ставшей музой Баланчина.С намеком на происхождение Баланчина (Баланчивадзе) вариацию в грузинском духе исполняет Илья Кузнецов. Появляется и сам Мэтр: легенда Большого театра Михаил Лавровский, как молодой, накручивает пируэты и скоростные шене. И разворачивает огромный сапфировый шлейф бенефициантки, которая предстает во всей красе, будто являясь из кокона.Дивертисмент второго отделения открыли солисты Мариинки Эльвира Тарасова и Андрей Баталов, исполнившие па-де-де из балета «Корсар». Они с незапамятных времен танцуют вместе, завсегдатаи всех концертов, а их шлягеры балетоманы знают наизусть.Баталов, как всегда, был умопомрачительно виртуозен. Тарасова, тоже как всегда, танцевала будто из последних сил, не пошла на поддержку с партнером и упала с фуэте: видимо, это ее коронное – спотыкаться даже на ровном месте.Другой номер «Дуэт цвета осени» Пярта-Панфилова, в котором Баталов не выпускает из своих цепких рук партнершу, и сам, стоя на одной ноге, еще и держит равновесие, прозвучал весьма эффектно.В «Танго» Пьяццоллы-Полубенцева томились тоже мариинцы: самый пластичный артист труппы Михаил Лобухин и молодая Кити Папава.В броском фрагменте из «Кармен» в адаптированной хореографии Ролана Пети виновница торжества Ирма Ниорадзе в паре с Ильей Кузнецовым.Дуэт из «Манон» Макмиллана исполнили супруги Надежда Гончар и Илья Кузнецов. Но если госпожа Гончар – Манон, а исполненная хореография – Макмиллан, то я – простите, Папа Римский. Кузнецову же абсолютно все равно, кто он – дон Хозе или де Грие. Положенный затяжной поцелуй с Манон он превратил в целую их серию и едва успевал глотнуть воздуха – казалось, изголодавшийся артист съест балерину прямо на сцене.Третьей ипостасью бенефициантки стал знаменитый фокинский «Лебедь». Венчал концерт парад-алле всех участников. Под барабанный бой каждый отрывался, демонстрируя балетные трюки. Герой вечера Илья Кузнецов дельфином на животе пробороздил авансцену. Сама Ирма Ниорадзе завихрилась в фуэте… Зритель неистовствовал.[b]На илл.: [i]Ирма Ниорадзе – сапфир в короне Маринки.[/b][/i]