Трип по Амазонке

Культура

[i]В одном из рассказов Василия Аксенова есть замечательный персонаж — человек, который во всех сферах своей жизнедеятельности достиг максимальных результатов. Он выдающийся химик, нобелевский лауреат, чемпион мира по боксу, поэт, депутат, ловелас, отец, живописец, оратор и слесарь. Вымышленный герой напоминает героя реального — который и песни поет, пишет, концерты выступает. И в рекламе активист: на одном столбе с одним товаром, на другом с другим сияет-улыбается. И светский лев: на всех тусовках. И коллекционер: подсадил пол-Москвы на собирание дудок и барабанов. А еще он архитектор, художник и иллюстратор плюс кулинар, ведущий передач и путешественник, что объехал уже среди прочего целый африканский континент. Все мы его знаем и называем по-свойски — Макар.[/i][b]Еще не отшумели новогодние праздники, [/b]а герой наш как на иголках, не сидится ему дома, жаждет увидеть Амазонку. При этом неустанно думает о людях: чтобы не просто оторваться в джунглях, но и фильмец сбацать да пару рецептов для «Смака» привезти. Попутчик № 1, оператор и сталкер в амазонских краях — журналист Куприн, найден давно, но все равно чего-то не хватает (может быть, кого-то), чтобы красиво и неодиноко смотреться в кадре.Всех своих приятелей обзвонил Андрей Вадимович — никого не прельстили дебри Амазонки. И тогда вспомнил он про ленинградца — Розенбаума, чьей детской мечтой было путешествие в дикие заросли Амазонской низменности. «Выезжаю, — по-медицински бодро ответил бард. — Или сейчас, или никогда! Так сделаем это сейчас, пока еще мы пребываем в физической форме!».[b]Во времена Гомера [/b]каждое путешествие сулило ужасные опасности. Пенелопа оплакивала сына Телемаха, который отправился на соседний остров. В конце XX века шарик стал совсем крошечным. Наши герои покинули столицу 6 января (летели туристическим, что в три раза дешевле бизнес-класса), а через две недели они уже были дома, проехав по разноцветным водам Амазонки, порубав джунгли, потоптав земли Бразилии и Колумбии. Хотели было взять с собой спутниковый телефон — кто-то из питерских друзей одолжил его Розенбауму. Однако, как признался Александр Яковлевич: «Я человек в технике абсолютный ноль», и подключить умную машину никому из пилигримов не удалось.Им долго пришлось искать проводников. Желание белых людей въехать в джунгли казалось местным необъяснимым и крайне неразумным. Тем более что намеченный маршрут пролегал по областям, населенным агрессивными и воинственными племенами, которые совсем недавно убили одного охотника, нарушившего неведомую ему границу. Все же нашли и поплыли, встречая на своем пути одинокие дома на сваях. Здесь жили индейцы, в большинстве своем женщины (по признанию Макаревича прекрасные и грациозные) и дети. Стариков они не видели, предположили, что их тут просто нет. Прикинули максимальный возраст, оказалось — 35.Аборигены выражали удивительное равнодушие по поводу появления наших звезд, ни один не упал в обморок и не попросил спеть. В какой-то деревне уставший от невнимания и заскучавший по инструменту Розенбаум воскликнул: «Гитару мне!» и начал играть, его слушателями стали Куприн и Макаревич, потом играл Макаревич, а слушали Розенбаум и Куприн.Были осторожны («Мы не идиоты и понимаем, что нельзя купаться ночью в Амазонке»). Плыли только днем. Кормились рыбами, что вылавливал кулинар из «Смака», благо рыб тут 2000 видов — 1/3 всей пресноводной фауны земного шара. Однажды А. М. сварил черепаховый суп из живого зверя (цитирую Маяковского: «Я такого не хочу даже ставить в книжку»). В другой раз поймал что-то огромное и думал — сом! Вытянул, а это скат. Стал скат лежать на берегу, выброшенный А. М., и вдруг началось с ним что-то странное.Комментарий А. Р.: «Случилось естественное — организм, умирая, стал исторгать из себя живое». У скатихи начались роды. Маленькие скаты размером с блюдце шли хвостами вперед. Сначала их было двое. «Нормально, — подумал Розенбаум, — двое — хорошо. Никто ж не знает, сколько их бывает обычно». Потом Александр располосовал чудищу брюхо. «Горздравотдел не интересовался судьбой роженицы» и достал оттуда еще четырех тепленьких скатов. Всех побросали в воду.Бывшему фельдшеру пришлось пару раз помогать и самим аборигенам, которые плохо представляют себе, что такое лекарства, больше полагаясь на небеса.[b]На пресс-конференции, [/b]которую устроили корифеи, любознательные журналисты поинтересовались напитками, которые вкушают жители Южной Америки. Оказалось — ничего необычного. Здесь пьют вина, сделанные из привычных сортов винограда — Изабеллы, Лидии. И наши путешественники, с опаской попробовав зелье, почувствовали знакомый вкус крымской солнечной юности. Еще им предлагали совершить экскурс на плантацию коки (Колумбия как-никак!), запросив за мероприятие 150 долларов. Но они отказались. «За эти деньги в Москве можно никуда не ехать», — ответил Розенбаум, романтически прикрыв глаза.Что касается совместимости героев, здесь все было на высоте. Не повздорили ни разу. «От таких нервных, избалованных вниманием людей, как мы с Александром Яковлевичем, можно ожидать всего, чего угодно, — сообщил Макаревич. — Однако все прошло раз в сто лучше, чем я мог себе представить». Сейчас довольные и спокойные А. М. и А. Р. готовят телеверсию трипа по Амазонке, а серия амазонских частушек ждет своего часа.[b]P.S. [/b][i]В середине пресс-конференции две тетеньки-корреспондентки покинули зал. Случайно долетевшая фраза была произнесена с крайним возмущением: «Кругом такое творится! А эти два козла никак не могут доказать себе, что они мужчины!..».Мы же считаем, что нашим друзьям очень повезло и им можно только позавидовать! [/i]

Google newsGoogle newsGoogle news