[b]Фестивально-театральные события не дают перевести москвичам дух. Только из Театра оперетты выехала монтекарловская «Золушка» – и тут же появились аргентинские танцоры с программой «Танго «Соблазн» в хореографии и под руководством Густаво Руссо.[/b]Этот спектакль прокатывают по миру. Зритель падок на изысканные страсти, особенно когда их демонстрируют отменные профессионалы: гладкопричесанные, набриолиненные брюнеты терзают магнетических красоток.Среди всех выделялась широкоплечая блондинка-атлетка: особой пластикой не блистала, но бросала ноги в небо, ловко перекручивалась и лежа на полу, и на плечах партнера.Шесть пар и певица представили танцпьесу. Концепционный замысел – рождение аргентинского танго в портовых кварталах Буэнос-Айреса и многоликость этого бессмертного танца.Густаво Руссо отважно смешал традиционное аргентинское танго и современный танец с разнообразными типами обольщения.Классического танца, обещанного в программке, слава богу, не было: только раз на сцене появился балетный станок – так, для полноты ощущений.На деле замысел оказался дивертисментом: жанровые сцены перемежались с танцевальными дуэтами – все в красно-черной гамме. Самой сильной стала сцена в портовом баре-борделе, где танцевали все персонажи: от проституток, пьяных грузчиков и моряков до бармена и колченогого инвалида, подтаскивавшего ногу в танце.Прочие наивные сценки были попримитивнее и поэротичнее – на все вкусы. Уместнее они смотрелись бы как шоу в ночном клубе.Фантазия хореографа вылилась в «вакхический» танец с револьверами под звуки заезженной «Carmina Burana» Карла Орфа. Жаркие страсти кипели и под неизменного Астора Пьяццоллу.В кульминационном дуэте пара оголилась до пояса: партнерша в стрингах демонстрировала по-кустодиевски пышную грудь, партнер прижимался к ней лицом. Ничего не скажешь, тонизирует.