Город

«Хулиганствующий элемент помахивает», Или как высылали Солженицына

13 февраля 1974 года был выслан из СССР в ФРГ писатель Александр Солженицын. Решение принималось на специальном заседании Политбюро ЦК КПСС. Идея принадлежала председателю КГБ Юрию Андропову.

Лишь один член ЦК КПСС был против. Он предлагал «обласкать» Солженицына, дать ему квартиру и т.д., чтобы «привлечь на сторону Советской власти». Это был Николай Щелоков. Когда генсеком стал «реформатор» Андропов, его обвинили в коррупции, он бы уволен, лишен всех званий и наград и застрелился… Уже на следующий день после высылки было приказано изъять отовсюду опубликованные в пору хрущевской «оттепели» произведения Солженицына (были уничтожены и номера соответствующих журналов, где были опубликованы рассказы «Один день Ивана Денисовича», «Матренин двор», «Случай на станции Кречетовка» и другие). Издания уничтожались «разрезанием на мелкие части».

Поводом же для ареста Солженицына и обвинения его в госизмене стала публикация в Париже художественно-исторического исследования «Архипелаг ГУЛАГ» в декабре 1973 года. Это был вызов: рукопись к тому времени уже попала в КГБ и была воспринята как «клевета на Советскую власть». Однако тучи стали сгущаться над Солженицыным  и другим видным диссидентом - академиком Андреем Сахаровым - ранее. С академиком притом они дружны не были, ввиду политических разногласий. По большому счету, неприятности у Солженицына начались в 1970 году, когда ему была присуждена Нобелевская премия по литературе. Тогда во властных кабинетах начались размышления, что же с ним делать.

И вот, например, 31 августа 1973 года в газета «Правда» появляется коллективное письмо за подписями в том числе таких известных писателей, как Чингиз Айтматов, Юрий Бондарев, Василь Быков, Расул Гамзатов, Валентин Катаев, Сергей Михалков, Михаил Шолохов и других. Там есть такие строки: «Поведение таких людей, как Сахаров и Солженицын, клевещущих на наш государственный и общественный строй, пытающихся породить недоверие к миролюбивой политике Советского государства и по существу призывающих Запад продолжать политику «холодной войны», не может вызвать никаких других чувств, кроме глубокого презрения и осуждения».

Ясно, что все делалось по команде сверху. Двумя неделями ранее в ЦК КПСС поступила записка Андропова. Там писатель уличается в том, что «установил и расширяет контакты в различных городах страны». «Антисоветская сущность поведения Солженицына отчетливо прослеживается и в его литературном творчестве. Все задуманные и частично готовые сочинения ("Октябрь шестнадцатого", "Шоссе энтузиастов" и другие) рассчитаны на развенчание идей Великой Октябрьской революции, дискредитацию истории Советского государства, инспирирование антиобщественных акций», - пишет Андропов. И добавляет: «Апофеозом своих враждебных сочинений Солженицын рассматривает законченный роман "Архипелаг ГУЛАГ". Резюмируя, что «в лице Солженицына мы имеем дело с убежденным противником советского государственного и общественного строя, сознательно вставшим на путь борьбы с Советской властью, использующим в этих целях пропагандистский аппарат и средства массовой информации Запада», председатель КГБ рекомендует возбудить против него уголовное дело.

Однако уже 17 сентября 1973 года Андропов предлагает «промежуточное решение»: прощупать через послов в странах Запада возможность предоставить Солженицыну убежище. Мол, альтернативой будет советский суд. А если они о нем так пекутся – пусть забирают себе. Но нужна была еще и пропагандистская подготовка. Таковы были порядки тоталитарного строя. Все же до Солженицына из СССР давно уже никого не высылали (хотели выслать Бориса Пастернака, но после его отказа от Нобелевки, передумали). ЦК КПСС 4 января 1974 года приказывает: «Опубликовать в "Правде", в "Литературной газете" статьи, раскрывающие антисоветскую, антисоциалистическую суть злостных писаний Солженицына, подлинные цели пропагандистской шумихи вокруг Солженицына, поднятой на Западе… Активизировать работу по разоблачению антинародной сущности буржуазной демократии, расизма, аморализма буржуазной культуры, в особенности буржуазного диктата по отношению к деятелям демократической культуры».

Непосредственно вопрос высылки Политбюро ЦК КПСС обсуждало 7 января 1974 года. Генсек Леонид Брежнев начал так: «По нашим законам мы имеем все основания посадить Солженицына в тюрьму, ибо он посягнул на самое святое — на Ленина, на наш советский строй, на Советскую власть, на все, что дорого нам…. Этот хулиганствующий элемент, Солженицын, разгулялся. На все он помахивает, ни с чем не считается. Как нам поступить с ним?»

Премьер Алексей Косыгин предложил последовать совету Андропова и выслать писателя. А председатель КГБ стращал: «Он (Солженицын) в своей враждебной деятельности поднялся на новый этап. Он пытается создать внутри Советского Союза организацию, сколачивает ее из бывших заключенных. Он выступает против Ленина, против Октябрьской революции, против социалистического строя. Его сочинение "Архипелаг ГУЛАГ" … является политическим документом. Это опасно».

«Контрольный выстрел» прозвучал 14 января: в «Правде» выходит статья некоего И. Соловьева под названием «Путь предательства». Там и о «шумихе» на Западе, и о «грязном потоке антикоммунистической пропаганды», коим является никем не читанный в СССР «Архипелаг ГУЛАГ». Сам же Солженицын назван предателем, «от которого не может не отвернуться с гневом и презрением каждый советский труженик, каждый честный человек на земле». В ЦК КПСС затем поступила подробная подборка заявлений «представителей общественности». Все газеты были заполнены «возмущенным письмами». Там и писатели Константин Федин, Мариэтта Шагинян, Константин Симонов и многие другие.

Вот отклик народной артистки СССР Софьи Гиацинтовой: «Я ничего из написанного Солженицыным не читала… По-человечески же мне его поведение представляется отвратительным… Просто страшно, что в нашей стране живут такие люди».

Вот народный артист СССР Михаил Жаров: «Этому сукиному сыну нет места среди нас».

Вот народный художник СССР Таир Салахов: «Пора поступить с Солженицыным по всей строгости советских законов».

А вот простой теплотехник объединения "Таджикатлас" В. Шебалин: «Хочу от себя и своих товарищей спросить вас и органы — не надоело ли? Неужели этому Солженицыну все позволено? От себя лично и моих товарищей требую принятия к нему самый суровых мер».

Вот некто Захаров О. А., бригадир ремонтно-монтажного управления из Саратова: «Нас 250 миллионов, и если имеются такие уроды, как Солженицын и им подобные, то как можно мириться с тем, что такие вот Солженицыны едят хлеб, выращенный руками и потом советских людей».

И даже учащиеся 9 "Б" класса, школы № 5 (Александровский район Ставропольского края) не остались равнодушными: «Как больно узнать, что человек, родившийся на нашей земле, клевещет на нас, советских людей, призывает к походу на СССР. Да ведь это предательство!»

На дворе уже воцарился застой, приведший СССР к развалу. Но сколько гневного пафоса потрачено на обличение автора «Архипелага ГУЛАГ», который теперь изучают в школе. А всего-то каких-то 43 года прошло. 

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции "Вечерней Москвы"

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»

Новости СМИ2

Все мнения
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER