Овен и Телец в одной Думе

[b]Апрель — месяц рождения многих знаменитых политиков, одни только Бисмарк, Ленин и Гитлер чего стоят. Из современных нам россиян выделяются в этом смысле Явлинский (10), Лебедь (20) и Жириновский (25).[/b]Оставим пока красноярского генерал-губернатора в покое, займемся парламентариями. Оба — в прошлом очень заметные персоны, в последнее время ушли в тень, и даже нынешняя думская буча их не высветила. И вообще создается такое ощущение, что оба существуют как бы по инерции — активной роли им не позволяют играть их откровенно небольшие фракции, а пассивной — нежелание входить в какие бы то ни было союзы.Насколько уместно по отношению к ним применять слово «оба»? На первый взгляд, трудно найти столь полярные фигуры, как Григорий Алексеевич и Владимир Вольфович. Электорат Явлинского относится к Жириновскому с той же степенью неприятия, что поклонники Жириновского — к Явлинскому. Да и сами они на дух не переносят друг друга.И тем не менее это как раз тот случай, когда противоположности сходятся. Оба сидят в Госдуме с момента ее восстановления — с декабря 1993 года. Оба все это время лидеры фракции, за спинами у обоих время от времени менялись соратники. Явлинский начинал вместе с Болдыревым, продолжал со Степашиным — где они теперь? Жириновский работал рука об руку с Венгеровским, Марычевым, Жебровским и даже Кашпировским — они и подавно канули в небытие. Почему так? Да потому, что в обоих случаях прохождение блоков в Думу зависит не от идеологии или команды, а от личности вождя и его благорасположения. Многое значат и личная преданность вождю, и умение смирять свои карьерные амбиции.И Явлинский, и Жириновский получили первоначальную известность в годы Горбачева и немалый политический вес набрали тогда — в качестве оппозиции к КПСС. В сущности, они оба до сих пор оппозиция — самая опытная и профессиональная оппозиция в России. Но и самая сытая тоже. Пути к нынешнему положению, правда, несколько разнились: один оперировал экономическими выкладками, другой поливал помоями окружающих — но результат получился примерно одинаковым. А именно — занятие удобных политических ниш, лишенных какой-либо ответственности. И Ельцину, и Путину они были нужны оба. Необходимы они были как стартовая позиция для президентской гонки.Это связано с еще одной особенностью менталитета Явлинского с Жириновским.В том, что оба по сей день — люди глубоко советские, сомневаться не приходится. Потому как даже невооруженным глазом можно заметить их совковую веру (присущую почти любому нашему начальнику) в несокрушимость собственной интеллектуальной мощи. В простонародии она характеризуется поговоркой «я — начальник, ты — дурак». Интересно, что особенно сильно они верят в интеллектуальное превосходство друг над другом.Не они в этом виноваты, история такая. Оба родились в тяжелое послевоенное время, причем оба — не в России. Явлинский появился на свет во Львове, и, может быть, поэтому ему на роду написано западничество, а Жириновский — в Алма-Ате, и с тех пор друзей для России он находит исключительно в Азии. Оба «сделали себя сами», с детства учили науки и иностранные языки (здесь, кстати, счет 4:1 в пользу Жириновского). Оба имели сложности с органами правопорядка (Явлинский в подростковом возрасте — с милицией, Жириновский — с турецкой полицией). Оба испытали комплекс «пятого пункта» в анкетах.На политической арене оба появились в 1990 году, на волне демократизации.Кстати, если бы Явлинский не поспешил назвать свой блок по первым буквам фамилий отцов-основателей, то лучше всего подошло бы ему название «либерал-демократ». Но ВВЖ к тому времени эту вывеску уже приватизировал.Итак, Явлинскому исполняется 50, Жириновскому будет уже 56. И то, и другое — Возраст, когда откладывать что-то на будущее уже поздно. Они еще попытаются сделать свою игру — а амбиции у них по сей день президентские, можете не сомневаться. Да в общем-то, и хочется им обоим пожелать политического долголетия, благо факторами политической стабильности они являются. Без них, вроде бы, и Дума — уже не Дума… И, как сказал (правда, по другому поводу) поэт Игорь Иртеньев, от них «быть может, польза небольшая, но и вреда большого нет».