[b]«Оборотни» в погонах, которых изредка демонстрируют нам на голубом экране, как результат «бескомпромиссной борьбы с коррупцией», явление не новое и корнями своими уходящее в далекое прошлое. Причем поражала язва взяточничества московскую полицию на всех уровнях – сверху донизу.[/b]О нечистых на руку главных московских «законниках» XIX века, полицмейстерах Цинском и Лужине, мы уже писали. А сейчас припомним «грешки» их подчиненных.Так, городовые, стоящие у Брестского (Белорусского) вокзала, брали с легковых извозчиков мзду по два рубля в месяц за право стоянки. Но надо сказать, что они и «отрабатывали» эти деньги, не подпуская других извозчиков к пассажирам; рвение их доходило до такой степени, что иногда они насильно ссаживали пассажиров с «чужого» извозчика и пересаживали на «своего». Как тут не вспомнить защитника незабвенного Паниковского, городового Небабу, за 5 рублей в месяц опекавшего «слепого» карманника? Жалобы обиженных достигли ушей начальства, и после выяснения всех обстоятельств наказание было определено быстро и справедливо: изобличенных стражей порядка привлекли к уголовной ответственности, а тех, чью вину доказать не удалось, перевели на участки, где не было театров, вокзалов и прочих «хлебных» мест. Околоточному надзирателю понизили жалованье на два разряда и перевели на другой участок, а пристава Пресненской части уволили из «органов».Интересно, что обыватели, за счет которых пытались пополнить свои доходы полицейские чины, произвола не терпели и с полицией не очень либеральничали. Как-то забрел в Большую московскую гостиницу, будучи в подпитии, помощник коломенского пристава, некий Александр Казанцев. Добавив горячительного и сытно пообедав, он расслабился и, забыв, что находится не в родном городе, а в столице, решил уйти «по-английски», не попрощавшись. Уже в дверях его настиг половой и потребовал плату за обед. Возмущенный полициант, заняв боевую позицию, выхватил шашку и, размахивая ею, бросился в атаку на официанта. Тот, разозлившись, скрутил незадачливого пьянчужку и отправил его к московским коллегам.Такая же неудача постигла и двух московских городовых. Наверное, многим читателям встречались в дореволюционных мемуарах рассказы о том, как слуги поздравляли своих хозяев с праздниками Пасхи, Рождества и т.д., а взамен получали дополнительное вознаграждение в виде рюмки водки и денежной купюры. Наши герои также решили урвать кусочек праздничного пирога. Но не учли некоторых обстоятельств и попали в приказ, гласивший: «Городовые Пречистенской части Иван Хотнянский и Федор Шереметьев 6 декабря дозволили себе обходить обывателей, поздравляя их с храмовым праздником. Относя происшествие это к слабому надзору за нижними чинами со стороны местного участкового пристава ротмистра Маньковского, объявляю ему выговор, а городовых Хотнянского и Шереметьева подвергаю 5-дневному заключению в карцер». Полицианты забыли о том, что Пречистенская часть была заселена в основном дворянским сословием, и обычаи, характерные для Замоскворечья или Таганки, здесь оказались неуместны.К тому же московскую полицию возглавил только что назначенный генерал, а новая метла, как известно, и метет по-новому.И вот что характерно – наказанные не жаловались. Противоправные деяния в те времена осуждались не только законом, но и всем обществом. Сегодня на стороне подобных стражей порядка и КЗоТ, и бес, который всех путает, а маленькая зарплата, на которую постоянно жалуются охранители, регулярно пополняя ее взятками и поборами.