Мифы всегда остаются мифами. И самый фантастический обычно кажется правдивее всего. Такой вывод сделала я, проработав целый месяц в call-центре службы «Секс по телефону».Да-да, я была той самой красоткой, которая будоражит… точно не умы и совсем даже не сердца тысяч мужчин, призывно шепча с экрана: «Позвони мне... Поговорим о самом откровенном…» И мне звонили. И говорили о самом сокровенном.О сексе. Вернее – о его отсутствии.[b]Испытательный срок[/b]Все мои попытки занять себя чем-либо интересным в городе больших возможностей с завидным упрямством проваливались. Близкая к состоянию потери веры в себя, я уныло ткнула пальцем в рамочку очередного объявления. А результат вдруг оказался неожиданным. Секс по телефону? Хочу попробовать! На следующий день я прошла двухчасовое собеседование вкупе с психологическим тестированием. Здоровый юмор работодателей был хорошо приправлен откровенностью и доброжелатель ностью.Условия труда средние, посменно, денно и нощно на радость любителям клубнички.Оклада нет. Оплата раз в месяц, ее размер – в зависимости от того, сколько минут наговорила. А сейчас иди домой, пиши рассказ от первого лица – откровенный, на грани фола, длинных описаний романтических прелюдий не надо.Рассказ был зачитан мною на следующий день, очень старательно. Я охала и вздыхала на все лады, а слушатели-работодатели зевали и смотрели в окно. Позже они с педантичностью хирургов распотрошили мой образный текст на физиологические детали, нашли все мои ошибки и отправили слушать, как это делают другие. Те, у кого уши уже не девственные, как у меня, а опытные, и голос мягкий и сексуальный.Испытательный срок длился долго. Целых два часа. Я ходила по call-центру и слушала. Мне стало страшно. Очень. Я не верила, что это происходит со мной. Я не верила, что это реально. Интимный шепот, пущенный на поток, рвал мозг своей циничной обыденностью. В разных уголках центра сладкоголосые искусительницы соглашались со всеми самыми необузданными фантазиями рода человеческого, придумывая своим частям тела всевозможные названия.Я решила попробовать сделать это сама. Мой первый клиент хотел вступить в связь с собачкой, второй удержался на линии целых 6 минут, в течение которых он успел виртуально заняться всеми известными ему тремя видами секса.Мне сказали: «У тебя талант». На следующий день я вышла на работу.[b]Да, милый, конечно, милый![/b]Call-центр – комфортный, с модными красками в интерьере и заспанными нимфами в домашних тапках. Миф первый разбился вдребезги.Девочки не носят красивое сексуальное белье. Они одеты в домашнюю или спортивную одежду, иногда взлохмаченные, чаще без макияжа – обычные люди, а не супергероини сексуального фронта.И все очень разные. Внешне, социально, эмоционально, по возрасту. Объединяло их одно: непомерная доброжелательность по отношению ко мне и желание мгновенно прийти на помощь. Разбился второй миф о злобных женских коллективах.Сама работа была… Ничего сложного, благо комплексов я не имею и раскрепощена от природы. Только мой полет фантазии и полная свобода творчества. Да, милый, конечно, милый. Все, как ты захочешь, милый. Я все люблю.Единственные трудности возникали при отсеивании несовершеннолетних: пугало, что, несмотря на целую систему вопросов, ошибусь и «дам секс» не в меру любопытному ребенку. С этим строго. И даже система штрафов не объясняла того добросовестного рвения, с которым искусительницы подчас пенсионного возраста, выпытывали возраст абонента на том конце провода. В этот момент в них говорили матери. Редкий ребенок «долетал» не то что до середины разговора, но продержался хотя бы минуту.Интересно было недолго. Дня три. Я честно придумывала сценарии погорячее, делилась опытом собственной сексуальной жизни, томно дышала в трубку.Потом случилось страшное. Я, подобно Адаму и Еве, познавшим суть греха, поняла суть выбранной мною деятельности посредством трехдневного опыта. Разбился самый сладкий, возможно, затаившийся в глубинах моего сознания, миф: сексуальная жизнь – это ярко, эмоционально и искренне, потому что это самая естественная вещь на свете. Ничего подобного – искусственная и лицемерная. И создал эту искусственность не какой-то грубый мужлан. А я сама, образованная и утонченная. В голосе – показная страсть, сама себе не верю, а абоненту нравится.«Нет, ну какие же эти мужики тупые все-таки!» – в сердцах выкрикивает одна из немолодых нимф по окончании виртуального сношения.Улыбаюсь напоказ, содрогаясь внутренне от непонятого состояния – то ли цинизма, то ли разочарования.[b]Школа виртуальных дев[/b]А еще через неделю понимаю обратное: не тупые они вовсе. А – как бы это помягче выразиться – неопытные, что ли. Одинокие, непонятые, асоциальные, девиантные, с нереализованными желаниями. Эффект невидимого абонента развязывал им язык, и виртуально оживали их самые сокровенные желания.Были такие, которые звонили просто поговорить, и не всегда о сексе. Из заснеженных многочасовых пробок, из далеких, чисто мужских, северных городов, из тюрем.Они разговаривали дольше всего, часами напролет, настойчиво перезванивая и находя именно ту свою собеседницу, что «пригрела» их в первый раз. Они звались «часовиками» и делали немалые минуты (а значит, и заработки) полюбившимся им девушкам.О любви нельзя не сказать. Она случается. Бывают и реальные встречи, и даже романы. И в тюрьмы, бывает, ездят наши искусительницы и привозят оттуда подаренные воздыхателем четки. Сей факт поверг меня в больший ужас, чем все мужские фантазии вместе взятые.Вообще, контингент виртуальных дев пестр, как цыганский ковер. Некоторые свято верят в свою великую миссию художниц эротического жанра. Они останавливали меня на полуслове прямо во время разговора, учили «давать секс» красиво, с обилием мелких эротических деталей. Я не верила собственным ушам. «У меня своя школа», – уверяла одна из них. Видимо, в ее душе жила нереализованная актриса.Были и другие: они пропускали все через себя, жаловались, что клиент их обозвал или послал. Они напоминали мне детей, играющих во взрослую игру.Больше же всех мне нравились хохотушки. Я назвала их так потому, что именно им, на мой взгляд, удавалось сохранить баланс между потоком сексуальной рутины и веселым задором. Работали они отстраненно, но с душой.Воспринимая происходящее объективно, спокойно реагировали на все, что слышали в трубке. Прикалываясь над интересными экземплярами абонентов, так же бойко потом обсуждали новинки косметики.«Он меня спросил: было ли у меня сразу с несколькими неграми. Я, естественно, ответила: конечно, милый! А он не унимается: а где? Я начинаю лихорадочно соображать, где же это могло бы происходить. Вспоминаю, что школьницей гуляла с мамой на ВДНХ и встречала там афроамериканцев. Ну и ляпаю ему: на ВДНХ. А ему все мало: а где именно? Тут я не выдерживаю: да у фонтана «Дружба народов».Я решительно примкнула к этой группе. И они приняли меня за свою почти сразу.[b]Клиенту нельзя хамить[/b]Однообразное многообразие виртуального общения становилось привычнее день ото дня – и параллельно менялось мое мировоззрение.Абоненты на том конце провода уже делились мною на ряд категорий. Под каждую из них был сформирован тип разговора. Кому-то нужна была ласка. Другие, подолгу объясняя твердость своих сексуальных принципов, звонили, чтобы скрасить одинокие будни. Некоторые настойчиво звали увидеться в реале.У операторов call-центра существует определенная этика. Это касается как манеры общения с клиентом, так и системы отказов. Поэтому, изворачиваясь разными способами, я, увы, уже сорвала почти назначенное свидание и немолодому нефтянику, собирающемуся приехать в Москву в ближайшее время, и совсем молодому таджику, час объяснявшему мне, почему он хочет жениться именно на русской девушке.Мужчины, оказывается, верят в мифы. Они видят сексуальную девушку с идеальной фигурой на экране телевизора и верят, что на другом конце телефонного провода именно она и что именно его она только и ждет. И каждый третий жаждет ее позвать на свидание.И после этого, мы, женщины, достойны осмеяния за мысли о принце на белом коне? Кстати, о зарплате. Для того чтобы она была приличной, нужно работать много.Очень много. За 12-часовую смену можно наговорить от 120 до 400 минут. В переводе на рубли: у меня не получалось заработать больше 1000 с копейками за смену. Опытные и счастливые наговаривают больше. Самые стойкие просто живут на работе – в прямом смысле. Приезжают из Подмосковья в пятницу вечером и уезжают в понедельник утром. Спят по нескольку часов в смену, благо имеются комната отдыха и кухня. Медаль бы им дала за верность профессии. Я с превеликим трудом выдерживала лишь одну смену.Вы не представляете, как сложно усидеть на одном месте 12 часов, видят перед собой лишь монитор компьютера. Задирание ног на стол, чай и кофе через каждый час не спасают. Особо тяжело ночью. С 3 часов ночи пыл мужчин угасает – оказывается, мужчины не готовы предаваться страсти круглосуточно. Тишина, мягкий свет и полуразложенное кресло делают свое дело – ты бессильно борешься со сном и все равно засыпаешь. И оттуда, из полудремы, почти понастоящему томным, потому что сонным, голосом продолжаешь соблазнять редких абонентов.А еще я стала терпимее. Клиенту нельзя хамить, даже если он тебя обвиняет во всех смертных грехах одновременно. Его нужно удержать на трубке как можно дольше. Без чисто женского лукавства этого не получится. Причем соображать и просчитывать психологический портрет невидимого грубияна нужно очень быстро – подстраиваться, хохмить, иногда идти в прямую психологическую атаку и отвечать таким же хамством.Некоторых только это заводит. Главное – не ошибиться номером, то есть человеком, и не напугать робкого сластолюбца, хамящего по неопытности. Слабонервные здесь не работают.[b]Суррогат общения[/b]Парадоксально, но, проговорив 12 часов подряд по телефону, ты потом смертельно хочешь общения. С нормальными людьми. Наверно, именно поэтому здесь царит какая-то особенная атмосфера спокойствия и радушия.Я долго удивлялась тому, что мне все улыбаются. Теперь понимаю. Помнится, когда-то в детской книжке я прочла: «Все работы хороши, выбирай на вкус». Теперь я умею выбирать еще и на слух. Меня научили слышать (не слушать, а именно слышать), что же на самом деле хочет на том проводе человеческое одиночество. Иногда мне казалось, что я работаю в службе психологической помощи.Причем обучение в callцентре почти профессиональное. Регулярно проводятся психологические тестирования разной направленности – как общие, так и сугубо «по профессии». Нужно проявить свое мастерство в написании текста с сюжетом группового секса или подобрать вербальный ряд к зрительным образам. Повышение квалификации раз в полгода, да и дисциплина строгая. Так что профессия эта заслуживает, на мой взгляд, не только мужского вожделения, но и всяческого уважения.А вот мифы так и остаются мифами. Например, что все можно купить. Побольше денег на телефон – и будет тебе счастье, то бишь секс.Но это иллюзия. Настоящая близость не бывает виртуальной. А лучший секс все-таки живой, и его не заменишь даже самым страстным дыханием в трубку случайной особы. Это всего лишь суррогат.При этом ты лишаешь себя главного в жизни – быть самим собой, позволить себе живое общение, искренний секс.Но возможно, я не права, и мир мужских фантазий просто шире, чем женский. Они дольше, чем мы, читают сказки и верят в существование опытных искусительниц сказочной красоты.Одно я знаю точно. Что мужчины не любят ушами – это тоже миф.