АМЕРИКАНСКАЯ группа, представляющая публике в качестве творчества смертельную смесь из русской и всякой другой музыки, впервые выступила в Москве – не в клубе, а на открытой площадке. Зеленый театр в Нескучном саду был взорван в хорошем смысле.Корреспондент «Вечерней Москвы» тоже побывала на главном музыкальном событии лета и теперь точно знает, что означает выражение «уйти в отрыв».Эту группу как только не представляют публике, но, пожалуй, главное ее определение – «дружбы народов надежный оплот». Дело в том, что хэдлайнер коллектива (он же вокалист) Евгений Гудзь «отдает свое сердце» Украине, скрипач с седой шевелюрой Сергей Рябцев и аккордеонист Юрий Лемешев «голосуют» за Россию, Педро Эразо – представитель солнечного Эквадора, басист Томми – из Эфиопии. Все остальные (всего в коллективе 10 человек) приехали из Израиля и Великобритании. «Интернациональная банда», однако же, никогда на концертах так не представляется – скромничает. Наверное, за это качество их так полюбила Мадонна.Высказалась она разок о них с восхищением, и дела их пошли в гору. Вон по странам катаются, полные опен-эйры собирают.На сцену «гоголи» вышли, как им и было положено, – кто в чем. Один в бандане, в очках и с бородой, другой – в шотландской юбке-килте. Третий – в чем-то белом. Четвертый – в камуфляже и с аккордеоном в руках.Однако долго разглядывать эту компанию времени не было. Они ринулись в бой. Выдали на-гора свое разлюли-творчество. Группа играла русскую музыку, но по-английски. И никакого противоречия в этом не было. Эмигранты из Страны Советов сделали невозможное: русская музыка теперь пользуется популярностью не только дома, но и там, «у них».Все, что можно было перенять у русского рока, шансона, панка, блюза и романса, «гоголи» переняли. В итоге они сделали что-то очень свое – от чего еще не пахнет самоповторами или коммерцией. Они делают такую музыку, от которой хочется немедленно пуститься в пляс – ну, и выпить тоже.Эдакий музыкальный хаос без границ. И как же он заводит толпу! Один только эквадорец чего стоит. Долго и упорно он просил публику отдать ему шапочку, которую кто-то снял прямо с его головы, когда он в конце концерта прыгнул на руки фанатов в танцпартер. Не отдали: мол, и так жарко, да и хотим, чтобы вернулись.Ну, раз шапка у нас, значит, вернутся.