«Облако в штанах» расчленили на куски

[b]Впрочем, бал — это сильно сказано. Скорее капустник, который разыграли в небольшом помещении, похожем на ангар: дощатые полы и деревянные скамеечки вдоль стены. Настоящий танцпол сороковых годов.[/b]Главным украшением была фигура самого Маяковского… в виде воздушного шара, на котором была нарисована залихвацкая улыбка и черные очки. Шар крепился к картонным брюкам. В общем, «не мужчина, а облако в штанах».Рядом на стене висел плакат с цитатой из В.В.: «А вы ноктюрн сыграть смогли бы?» Участники футурбала изо всех сил доказывали они-то легко. Поэтому шоу получилось занятным.Перформанс начался с танца. Я бы назвала его «Стриптиз сумасшедшей флейты». Под звуки этого инструмента юная танцовщица долго и замысловато извивалась. Потом… сняла платье, снова надела его и стремительно скрылась.Далее на авансцене появились молодые люди в белых фартуках с надписью «Пожиратели поэзии». Они вынесли большой торт, на котором кремом было написано стихотворение «Вам» (где, между прочем, осуждается обжорство, и предложили зрителям отведать кусочек. Несчастный торт был вмиг растерзан. Затем господа — любители поэзии — высыпали в парк, где и продолжился праздник, – «Маяковского» они захватили с собой.Кстати, идея расчленения поэзии на завершении фестиваля была очень актуальна. В продолжение всего шоу один юноша ножницами отрезал куски от большой «советской» звезды из папье-маше и раздавал присутствующим со словами: «Возьмите кусочек поэзии Маяковского».Затем поэты начали декламировать собственные произведения. Сначала вышла леди с крайне одухотворенным лицом и заявила, что сейчас прочтет стихи на ангельском языке. Все вдумчиво вслушивались. Потом некий дяденька исполнил матерные сонеты. Этот язык народу был понятнее. Следующий служитель муз в камуфляжном костюме зычным голосом прорычал поэму на эротически-техническую тему.Но особенно меня впечатлило следующее выступление. На импровизированную сцену выбежала женщина с кожаным кнутом в руках, гаркнув: «Где этот негодяй?», подбежала к одному из коллег и со всей силы ударила его кнутом. Но несчастный не обиделся, надел на шею картонный галстук, хлебнул шампанское из горла, отобрал кнут, вышел на сцену и начал декламировать собственные стихи, ударяя хлыстом о землю. Закончив на полуслове, он растолкал зрителей и скрылся в близлежащих кустах. Потом были дворовые песни, потом частушки, потом шампанское с ананасами, потом….Кстати на вопрос: « Самый яркий для вас момент прошедшего фестиваля?», многие поэты отвечали: «Конечно, когда я читал свои стихи».В разгаре веселья шарик, олицетворяющий Маяковского, вдруг оторвался от своих штанин и улетел в синее небо, и, казалось, смотрел на оставшихся внизу с нескрываемой насмешкой.