- Город

Кольцевую ветку “замкнули” 55 лет назад

«Желтый» уровень опасности погоды продлили в Москве до 19 февраля

Отдых на курорте доступен всем жителям города

Коронавирус не обвалил стоимость билетов

Грудинин ответил судье КС на слова о «незаконно созданном» СССР

Длинные выходные ждут россиян из-за Дня защитника Отечества

Политологи объяснили слова Зеленского о выборах в Крыму

Что известно о напавшем на прихожан храма в центре Москвы

Протоиерею ответили на слова о «бесплатных проститутках»

Врач опроверг заявления о вреде любого количества алкоголя

Новый русский миллиардер. Как Николай Сторонский заработал состояние

«Классическая схема»: как экс-глава управления ФСИН мог пронести пистолет в суд

Избившая таксиста участница «Красы России» рассказала об инциденте

Политолог объяснил нервное поведение Лукашенко

Что нужно успеть сделать москвичам до 1 марта

Лев Лещенко озвучил размер своей пенсии

Алла Пугачева поделилась своей заветной мечтой

Кольцевую ветку “замкнули” 55 лет назад

Кольцевая линия Московского метрополитена на днях отпраздновала день рождения

ЕЕ ЛЮБЯТ за неземную красоту станций и за то, что свою-то уж никак не проскочишь, хоть весь день катайся. Ее ненавидят за армию бомжей, попрошаек и нескончаемый поток приезжих с баулами и тюками, которых вихрем заносит в вагоны аж с семи вокзалов. Кольцо Московского метрополитена давно стало узковато для разросшейся столицы. Но без него все равно никуда. [b]Кино для всех[/b] 32 минуты поезд летит по кольцу среди шума и гама. 12 самых красивых станций подземки – в них вся столица, такая, как она есть. Шумная и все время куда-то бегущая. Подчеркнуто воспитанная публика с книгами в руках и разодетая по последней моде черкизовского рынка глубинка. Здесь пахнет несвежим бельем плацкартных вагонов, человеческим потом, привокзальными забегаловками и одновременно – дорогим парфюмом. Поездка по кольцу – все равно что просмотр получасовой короткометражки, где постоянно меняются ретроспектива и герои. Тысячи историй и типажей проносятся в эти полчаса перед глазами внимательного зрителя. Убаюканные ритмом состава, не спавшие ночь студенты и спрятавшиеся под землю от уличной промозглости бомжи; торговцы всяким скарбом, с трудом протискивающие в двери свои клетчатые китайские сумки, и спешащие в отпуск горожане с изящными чемоданами на колесиках. И, конечно же, иностранные туристы, раскрывающие рты при виде мозаичных панно на “Киевской” и витражей на “Новослободской”. Панно воспевают дружбу рабочих и крестьян России и Украины, а иностранцы в экстазе выдыхают: “Вандерфул!” Это значит: “Прекрасно!” – а совсем не то, что нацарапано в вагонах нашими соотечественниками. [b]Культовое событие[/b] “Киевская”. Она прекрасна даже в час пик, когда встречный поток относит тебя от закрывающейся двери вагона. Но я успеваю запрыгнуть. “Следующая станция “Парк культуры”, – сообщает мне идеально поставленный голос. “Парк культуры имени Горького”, – так объявили бы лет 30 назад. Говорят, что название пришлось сократить в связи с проведением Олимпиады в Москве. Дескать, хотели объявлять станцию на английском и французском языках, а это, уж извините, слишком длинно. Как память о том времени – барельефы из белого мрамора на тему отдыха трудящихся. – До “Белорусской” доеду? – дергает меня за рукав тетка в поношенной куртке. – Вам лучше бы в другую сторону. А так долго ехать придется. – Это ничего. Главное, что я могу так доехать. – Доехать, конечно, можете, главное – не проскочить, – вмешивается в наш разговор другой попутчик. “Белорусская”–“Парк культуры” – это последний отрезок, замкнувший кольцо. Культовое событие свершилось 14 марта 1954 года. [b]Купите чистое золото[/b] “Октябрьская” приветствует пассажиров барельефами боевых знамен скульптора Мотовилова, а также оружием и фигурами девушек, олицетворяющих славу. В медальонах, окруженных орнаментом, изображения советских воинов. Красиво, но все же “Октябрьскую” я не люблю. Она хуже остальных станций освещена синусоидами пыльных светильников. К тому же у меня здесь год назад украли мобильник. И сейчас два каких-то чумазых парня попытались взять меня в плотное кольцо, но я мертвой хваткой вцепилась в сумку. Эту станцию почему-то больше других обожают карманники. Дальше – “Добрынинская”. И снова меняются лица и сюжеты. В вагон влетает парень с кипой объявлений: “Продается диплом”. Он протискивается в толпе, приклеивая листочки к дверям, а все молча наблюдают за его ловкими, отточенными движениями. “Ах ты, паразит! – подрывается вдруг какой-то пенсионер. – Загадили все вагоны…” – Мужчина, ну что вы изгибаетесь, прямо как кот, – закипает экстравагантная дама, оглядываясь на розовощекого толстяка, которого вагонная качка бросила прямо на нее. От такого сравнения толстяк аж задохнулся. Опозоренный и смущенный, он выскочил на следующей станции – “Павелецкой”. Здесь полным ходом идет торговля. Молодая цыганка, подлетая к каждому встречному, настойчиво предлагает купить у нее браслет: “Чистое золото, всего за тыщу отдам. Деньги нужны, на билет не хватает”. Народ шарахается от цыганки, а она шарахается от милиции, суетливо засовывая товар в карман пуховика. Рядом ее спутник, видно, более удачливый в бизнесе, сторговывает украденный полчаса назад телефон какому-то пройдохе – такому же, как он сам. [b]Точка отрыва[/b] На “Таганской” вбираю в легкие воздух, чтобы подольше не дышать. В вагон вваливаются два бомжа и плюхаются рядом со своим собратом по несчастью, который сладко дремлет уже не первое кольцо. В этой части вагона пусто. Те, кто сидит подальше, крутят головами, определяя, откуда исходит зловоние. А один из бомжей вдруг достает из-за пазухи книжку и преспокойно начинает читать. “Ни фига себе! Интеллигент…” – присвистывает мужик в ушанке. Я разглядела, как первая глава называется, – “Точка отрыва”. На “Курской” влюбленная пожилая парочка бережно держится за руки. И, глядя на них, тут же забываешь вонючего читающего бомжа, как страшный сон. Уж больно ярко светятся их глаза, обращенные друг к другу. Забываешь и про закрытый на ремонт выход в город, из-за которого на станции не протолкнуться. На “Комсомольской” бюст Ильича прячется за грудой стремянок и каких-то вещей – то ли для ремонта, то ли оставшихся после него. У края платформы возле зеркала для машинистов поправляет макияж девушка. Потом разворачивается и бежит в центр зала. Кольцевая, в центре зала, – место встречи изменить нельзя. А на “Новослободской” место деловых встреч и любовных свиданий – в торце зала. Романтические поцелуи возле панно “Мир во всем мире” и переговоры под шум пролетающих составов. А вот скамеек тут нет. Это важный недочет. Самые уставшие граждане дальше по маршруту, они сидят на скамейках на “Белорусской”. “Следующая станция “Краснопресненская”. Моя станция. Надо выходить. [b]Здесь забываешь о времени[/b] Кольцевую линию народ даже в Интернете обсуждает. Всякое пишут, но встречаются и настоящие признания в любви: “Кольцевая! Вот до чего же я ее люблю. Можно сесть, надеть наушники и слушать музыку. Круг, другой... Классно, когда на таких станциях, как “Белорусская”, “Киевская”, почти все пассажиры покидают вагоны, и там становится почти пусто. А через секунду вагон снова забит под завязку. А еще, катаясь с любимым человеком по Кольцевой, забываешь о времени”. [b]Кстати[/b] [i]Кольцевая линия с самого своего основания окутана легендами и мифами. Говорят, что каждая из 12 станций метро обозначает определенный знак зодиака. А некоторые даже утверждают, будто видели собственными глазами выскакивающий из тоннеля поезд-призрак. Но самая необычная легенда – о создании кольца. Якобы Сталин, выслушав план развития метро (без Кольцевой линии), неожиданно поставил кофейную чашку на схему. Чашка оставила на ней кофейное пятно, окружавшее центр Москвы. Тут Сталин и сказал: “Вот ваш главный недостаток”, – и велел построить кольцо. Якобы именно поэтому Кольцевая линия обозначается на схемах коричневым цветом.[/i] [b]ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ[/b] Сегодня первый читатель “Вечерки” и главный критик [b]Владимир ЛАКЕЕВ, депутат Мосгордумы[/b]. Ему и адресованы в этом номере наши вопросы. [i][b]Вы гордитесь нашим метро?[/b] – Я всегда считал, что оно лучшее в мире. И в этом я убедился, когда побывал в других городах: в Будапеште, например, или в Брюсселе. Московское метро берет своей красотой и величием. Каждая станция Кольцевой линии – произведение искусства. А вообще было бы здорово сделать побольше станций. И совсем было бы прекрасно, если бы поезда ходили чаще, а народу было бы поменьше.[/i]

Новости СМИ2

00:00:00

Антон Крылов

Нашелся россиянин, вмешавшийся в иностранные выборы

Анатолий Горняк

Протоиерей Дмитрий Смирнов и бесплатные проститутки

Екатерина Рощина

Посылка с жемчужиной

Оксана Крученко

Быть лидером — тяжелый труд

Сергей Лесков 

Овечка Долли и ее бедное сердечко

Ирина Алкснис

Решение о сбережении: почему россияне начали копить

Юрий Совцов   

И был нам голос... из Америки

Элита общества. Судьба страны порой зависит от одной улыбки дипломата

ЕГЭ по английскому. Типичные ошибки

Почему люди бьются током: на детские вопросы на занятиях отвечают ученые

Существованья ткань сквозная. Памяти Бориса Пастернака