Режиссер Георгий Данелия скончался 4 апреля от остановки сердца. О сотрудничестве с ним «ВМ» рассказал оператор Геннадий Карюк. Вместе Данелия и Карюк сняли фильмы «Фортуна» и «Орел и решка».

— Очень жаль Георгия Николаевича. Не так давно мы с ним общались, он мне характеристику писал, и вот такое... Работать с ним было легко. Был у него свой метод. Вот сидим мы, все отрепетировали, но не снимаем, а он ходит-ходит и вдруг как закричит: «Мотор!». И мы тут же бросаемся по своим местам. Как солдаты по тревоге.

Помню, в тундру ездили на выбор натуры. Нам дали на неделю вертолет. Находили места, где снимать картину «Орел или решка». Потом мы выбрали место, где была узкоколейка (по сценарию там должен был идти паровоз с одним вагоном). Панораму нужно было снять, а почва очень зыбкая, с трудом тяжелую камеру установили. Я проверил, понял, что нужно делать все очень плавно, иначе камера дрогнет, все переснимать нужно будет, а это сложно. Георгий Данелия очень любил хохмить. Начинаем мы снимать. А ему, видимо, было скучно, и он начал сам над собой иронизировать: «Начинаем съемки фильма заслуженного и заслуженнейших режиссеров...», далее в том же духе. Все, кто рядом стояли, ухмыляются, потом он еще смешнее стал говорить. А мне-то даже дернуться нельзя. Давлю в себе. Как только панораму сняли, все спокойные сидят-стоят, а я падаю на кочки и начинаю смеяться. А им-то невдомек. Он всегда любил юмор. Как только вертолет садился, он выходил, доставал карманную пепельницу и из термоса наливал себе чашечку кофе. После каждой посадки он садился и курил.

Помню, Павел Лебешев рассказывал. Снимаем «Киндзаду», в кадре — песок и небо. Все одинаково. А Данелия пристает к Лебьешеву: «Давай чуть-чуть налево поставим камеру!». Поставили. И свет переставили, а там приборов много. Он ходит, ходит... На корточки сядет, слева посмотрит, справа. Дублей он много делать не любил. У него все очень легко получалось. Я ему предлагал время от времени яркие такие решения, но он не соглашался. «Надо, чтобы все было как улыбка Джоконды», — любил он повторять. А вот монтировал Данелия каждую картину очень долго. Конец прекрасной эпохи. Но картины не умрут. В них видна человеческая душа.

Читайте также: Он до последнего боролся за жизнь