Воскресенье 19 мая, 16:05
Ясно + 22°
Город

Они живут, под собою не чуя страны

70 процентов россиян положительно оценивают деятельность Иосифа Сталина.

Всякий раз, когда я читаю подобного рода новости, задаюсь вопросом: что ж мы такие Иваны, родства не помнящие?

Нет, безусловно, в качестве аргументов можно привести тезисы об индустриализации, Великой Победе в страшной войне, а также «взял с сохой, а оставил с атомной бомбой» (кстати, подлинность этого утверждения подвергается сомнению). Однако же вопрос, который меня лично мучает постоянно: а какой ценой всего этого удалось достичь? Ценой миллионов жизней. И в этой связи я спрашиваю себя: готова ли я отдать жизнь своих бабушки и дедушки ради, например, железной дороги на Север или атомной бомбы? Ответ для меня совершенно очевиден. И дело даже не в пресловутой слезе ребенка ради всеобщего счастья (хотя и в ней тоже), а в том, что ни одно техническое достижение не стоит жизни человека — уникального, неповторимого, единственного, а для кого-то — самого родного.

Второй очень важный момент: а кто-нибудь пробовал достигать этих великих целей другими методами? Не кровавыми, а гуманными способами, не закапывая людей по ходу строительства по берегам Канала имени Москвы? Нет, никто даже и не думал ставить человеческую жизнь хоть во что-то. Более человеконенавистнической политики, которая проводилась в те годы, придумать сложно. Рефреном сталинского времени можно вывести фразу «человек человеку волк».

И если есть те, кто приходят к тебе, найдутся и те, кто придет за тобой. О чем весьма красноречиво говорят примеры хотя бы Ягоды, Ежова, Берии. Однако если тут Кесарю — кесарево, то в чем же провинились миллионы простых советских граждан? Почему их нужно было долго и мучительно убивать? У меня нет ответа на эти вопросы.

В 2017 году я была на открытии памятного мемориала на Бутовском полигоне, где не по своей, разумеется, воле обрели последний приют 20 762 человека. Их имена — все до единого — высечены на гранитных плитах. Никто не забыт. Мне было очень больно смотреть на потомков тех, чьи родители, дедушки, бабушки здесь покоятся. В глазах людей — боль и отчаянный ужас. За что? И этот вопрос остается без ответа.

И снова Сталин Фото: КИНОПОИСК.РУ

Конечно, оголтелые сталинисты и эти тысячи убитых оправдают — шпионы, предатели, вредители. Что там еще? Тысячи шпионов? Как такое вообще возможно, если эти же сталинисты сейчас называют вождя народов «эффективным менеджером»? Как же была в таком случае выстроена система госбезопасности, допустившая просто-таки нашествие вражеских элементов? И тут нельзя ничего аргументированно противопоставить, зато в ответ слышится очень громогласный популизм.

Второй момент, который оставил в моей душе неизгладимый след, — проект московского художника Хасана Бахаева, который обработал в фоторедакторе карточки из личных дел расстрелянных людей. Каждому из них молодой человек подобрал современное воплощение, встроив их портреты в цветные снимки обычных горожан, как бы подарив им жизнь, которой они никогда не проживут. Глядя в измученные глаза машинистки Управления Главсевморпути Раисы Бочлен, расстрелянной за «шпионаж в пользу Японии» (ей было всего 20 лет на момент гибели), или токаря Морского завода в Кронштадте Николая Фельмана (ему было всего 26 лет), которого тоже обвинили в шпионаже, становится невыносимо горько, больно и обидно. Еще тяжелее от понимания, что большинство обвинений — надуманные, а признания получены под пытками. А за что, почему?

Что до 70 процентов моих современников, которые положительно оценивают деятельность Сталина, то, вероятнее всего, это большинство думает, что смерть — это то, что бывает с другими. Нет, это касается каждого, если эти 70 процентов думают, что за ними или за их родственниками не пришли бы среди ночи, то они глубоко ошибаются. Пришли бы. Как приходили за более чем 30 процентами жильцов элитного Дома на набережной (по разным данным, примерно треть жильцов дома для высшей советской номенклатуры не по своей воле оставили сверхкомфортабельное жилье), как пришли за студенткой второго курса вечернего отделения Рабфака имени Ленина Тамарой Лицинской (ей было всего 27 лет — меньше, чем мне сейчас). 

Сейчас, в XXI веке, глядя сквозь десятилетия на историю своей семьи через призму истории страны, могу сказать вынужденное спасибо ранней советской власти (вероятно, именно поэтому я не первый год не могу, что называется, обрести корней и хотя бы установить доподлинно, откуда родом мои предки) за то, что моих предков просто выслали в суровые степи на север Казахстана как «классово чуждый элемент». Шансов выжить у них было мало, но они выжили — вопреки, а не благодаря. И вот за это вынужденное, но спасибо.

За что 70 процентов россиян благожелательно относятся к деятельности Сталина — не понимаю. Вот уж точно «Мы живем, под собою не чуя страны...». Автор этих строк — поэт Серебряного века Осип Мандельштам — скончался 27 декабря 1938 года в пересыльном лагере Владперпункте. Его тело, как и других погибших, до весны лежало непогребенным, а потом их всех вместе зарыли в общей яме, которую почему-то решили «красиво» наименовать братской могилой. Но где она и где покоится один из выдающихся русских поэтов — Бог ведает...

Как ведает, пожалуй, только он и о том, где обрели последний покой миллионы других советских граждан, которых перемолола и следа не оставила система «эффективного менеджера»... 

ДРУГОЕ МНЕНИЕ:

Павел Воробьев: Почему россияне одобряют Сталина

Колонка обозревателя «ВМ» Павла Воробьева

Либералы всех мастей, конечно, считают это результатом «кремлевской пропаганды». Но они не учитывают возможности современного информационного общества — Интернет позволил быстро распространять данные исторических исследований и рассекреченных архивов, а уровень исторической грамотности населения, точнее, той его части, что хоть иногда интересуется историей, все-таки вырос (далее…)

Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы»

Новости СМИ2

Все мнения
Created with Sketch. ОТПРАВИТЬ CTRL+ENTER