История выживания в неволе от Жака Одияра

АРАБСКОГО парня Малика Эль Джебена сажают во французскую тюрьму. Парню всего 19, но он уже знает: с ему подобными жизнь особо не церемонится – выкручивайся сам как сможешь. У Малика пока получается неважно – да что c него взять? Родителей не помнит, в школу не ходил, читать-писать не умеет.Все его имущество – штаны, куртка да рваные кроссовки, которые тюремные «приемщики» брезгливо заставят выбросить: «У нас в таком ходить не положено, возьми новые». Еще он оставит им на хранение какую-то мелкую денежную купюру («деньги здесь запрещены») и отправится вписываться в новые для себя тюремные реалии.Парень окажется способным: он серьезно отнесется к совету одного из сокамерников («Из тюрьмы, парень, ты должен уйти чуть-чуть умнее, чем пришел»). За шесть лет тюремной жизни он научится и читать, и писать, еще лучше – считать, наладит собственный наркобизнес и виртуозно «кинет» своего босса-покровителя, лидера влиятельной корсиканской группировки, в свое время взявшего начинающего «арестанта» под свое крыло. Теперь он сам босс – покупает любые кроссовки, плетет интриги, и ему практически все разрешено. У тюремных ворот, из которых он выйдет, держа в руке «памятную» мелкую купюру, его будет встречать крутой автомобильный эскорт – такому большому человеку негоже ходить без сопровождения.Тюрьма сделала свое дело: застенчивый и забитый парень, совершивший преступление по глупости, превратился в жесткого, уверенного в себе крестного отца, в любой момент готового ради своих целей «преступить черту».Фильм Жака Одияра «Пророк» получил Гран-при 62-го Каннского фестиваля и восторженный прием у публики. И не только потому, что тема выращивания в тюрьме профессиональных криминальных кадров из социально неадаптированных, оступившихся, но, в общем-то, неплохих парней в Европе (в том числе и во Франции) сегодня очень актуальна. История французского крестного отца получилась очень живой, искренней и пронзительной. «Пророк» лишен однобокости, морализаторства, при этом чрезвычайно эмоционален. Исполнитель главной роли – непрофессиональный дебютант Тахар Рахим – продемонстрировал на экране чудеса достоверности. Его Малик настолько убедителен, что в какой-то момент забываешь о том, что это кино. Режиссер признался, что создание подобной достоверности далось нелегко.Очень долго и трудно работалось над сценарием, досконально выбирали место съемок. Даже решили отказаться от традиционной съемочной площадки – для съемок была выстроена специальная тюрьма с «неподвижными» стенами.В России фильм, безусловно, тоже будет актуален – по количеству взращенных в тюрьмах криминальных «солдатов» мы наверняка опережаем Францию, а может, и всю Европу. Вот только французская тюрьма многим нашим согражданам может показаться вожделенным санаторием: охранники вежливые, кормят, поят, да еще и кроссовки выдают. У нас, сдается, все совсем по-другому.Впрочем, Жак Одияр считает, что тюремная система в каждой стране отражает строй этой страны. И с ним, увы, трудно не согласиться.