Перекрестки напряженности

Перекрестки напряженности

Новости

[b]Доктор философских наук, профессор Ирина Силуянова заведует в Российском медицинском университете кафедрой биомедицинской этики. Мы попросили ее ответить на вопрос: в какой степени медицинская этика соответствует общественной морали и медицинской практике?[/b]— Можно сказать, что из всех профессиональных этик, регулирующих отношения между людьми, врачебная этика ближе всего к идеальной общественной морали, — сказала [b]профессор Силуянова[/b]. — Но в этой системе «врачебная этика — общественная мораль» есть своя напряженность…[b]— Врачебная этика вступает в противоречие с моралью?[/b]— Нет. Но некоторые виды медицинской практики противоречат общественной морали. Причем нередко врачи воспринимают такого рода деятельность как вполне этичную… Особенно у нас в России. Классический пример — трансплантация органов.[b]– Почему это аморально, неэтично?[/b]— Потому что при каждом акте трансплантации совершается насилие. Насилие с точки зрения этики — это любое действие над людьми без их согласия. А у умершего или погибшего, например, в катастрофе, забирают орган, предполагая, что человек был бы согласен. У нас действует принцип презумпции согласия. А согласия-то нет…[b]— Почему вы сказали «особенно у нас в России»?[/b]— В США и некоторых других странах доктор даже не подойдет к потенциальному донору, если нет на проведение трансплантации письменного, нотариально заверенного согласия умершего, данного еще при жизни. Или хотя бы согласия близких родственников.Кстати, в Уголовном кодексе Российской Федерации есть статья о том, что насильственный забор органов у человека для трансплантации рассматривается как преступление. Но этой статьей медики пренебрегали и пренебрегают, а кроме того, в 92-м году появился закон о трансплантации органов и тканей, разрешающий забор органов и тканей без вашего на то выраженного юридического согласия.[b]— Мне не очень понятно, почему трансплантация в России аморальна и неэтична. Ведь она совершается ради спасения больных… В сознании большинства людей эти цели благородны, значит, этичны.[/b]— Мы говорим о соотношении общественной морали и врачебной этики. Цель благородна? Но надо учитывать еще и средства, какими эта цель достигается.Цель, даже самая высокая, вовсе не оправдывает любые средства, что вам хорошо известно по нашей истории.Понимание этого есть и в обществе. Помнится, на одном международном семинаре было предложено ввести в медицинскую карточку пациента параграф: «как вы относитесь к использованию ваших органов в научно-медицинских целях после смерти».Академик Валерий Иванович Шумаков выступил против. Он понимал, что в обществе нет абсолютного доверия врачам, точнее этическим ценностям практикующих врачей.Поймите меня правильно. Я сейчас не говорю о великом мужественном труде врачей-ученых, о подвиге, который они совершают каждый день. Я лишь хочу обратить ваше внимание на то, что мы порой равно спокойно воспринимаем и закон, запрещающий насильственный забор органов, и другой закон, опирающийся на презумпцию предполагаемого согласия, закон этически не корректный, противоречащий общественной морали. Той морали, которая действие фиксирующее понятие насилие, определяет как аморальное.[b]— Немного сменим тему. Возьмем случай, довольно распространенный, когда, к примеру, врач выписывает из больницы пациента, не до конца излечившегося. Как бы вы прокомментировали подобную историю студентам?[/b]— Я бы сказала, что по своим намерениям, мотивам врач не может иметь зла против пациента. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Скорее всего, речь может идти лишь о врачебной ошибке. Ошибки встречаются, к сожалению, в работе врачей тоже.Ну, а если все-таки врач сознательно выписал больного, не долечив, значит, этот врач — случайный человек в медицине, аморальный, не имеющий представления о профессиональной этике.Это навскидку, но вообще-то о любой конфликтной ситуации можно судить, лишь зная все обстоятельства произошедшего.[b]— Что самое трудное в преподавании медицинской этики? На мой взгляд, человеку непосвященному многие этические постулаты могут показаться чересчур спорными…[/b]— Самое трудное то, что у большинства наших студентов интересы в большей степени естественно-научные, нежели гуманитарные. Химия им понятна, анатомия тоже, гистология, физиология… А этика — для чего она?[b]— Такие вот современные Базаровы…[/b]— Да, к сожалению. Но в течение двух лет мы говорим им о необходимости постоянного самоконтроля, говорим, опираясь на базовые философские и этические теории. В надежде, что все это западет им в память и не испарится оттуда. Напоминаем о моральных принципах христианства и других религий, рекомендуем литературу для чтения, прежде всего произведения писателей-врачей — Вересаева, Чехова, Булгакова. Мне кажется, наши усилия не пропадают зря.[b]— Ну вот ваши студенты окончили институт. Из года в год они имеют дело с болезнями, страданиями, несчастьями… Не станут ли они людьми, привычными к чужой боли и потому равнодушными и черствыми?[/b]— То, о чем вы говорите, возможно. Знаете, в зарубежных хосписах состав медиков, ухаживающих за умирающими больными, рекомендуется менять каждые два-три года — чтобы чужая боль не стала привычной.Врач не имеет права быть равнодушным, черствым. И чтобы не стать таким, единственное средство — нравственная культура врача и, еще раз напомню, — самоконтроль. Для этого надо быть волевым человеком. Но, как мне кажется, безвольному человеку очень трудно стать хорошим врачом. Слишком велика ответственность врача перед обществом.Медицинская этика как раз рассматривает аспекты этой ответственности.

Google newsGoogle newsGoogle news