Парад военных оркестров на Красной площади

Общество

В РАМКАХ Дня города, с 31 августа по 4 сентября 2011 года в Москве на Красной площади пройдет Четвертый ежегодный Международный военно-музыкальный фестиваль «Спасская башня». Накануне события обозреватель «ВМ» взяла эксклюзивное интервью у [b]генерал-лейтенанта Валерия Халилова, начальника Военной оркестровой службы Вооруженных Сил Российской Федерации – главного военного дирижера[/b]. [b] – Валерий Михайлович, что означает для вас «Спасская башня»?[/b] – Явление! Потому что в мире нет подобного фестиваля! По качеству, по масштабу, по красоте. Людей, а их приходит каждый вечер более шести тысяч, объединяет одно чувство: восторг! Подобные культурные явления нашей страны мы должны неустанно пропагандировать. [b]– Кто выступит?[/b] – Пятнадцать оркестров, среди которых – королевский оркестр из Норвегии, швейцарские барабанщики Top Secret, королевский оркестр из Англии, центральный оркестр из Греции, королевский оркестр из Испании, коллективы из Иордании, Пакистана, Франции, Мексики, Италии, Китая, президентский оркестр из Украины. В обязательном порядке – суворовцы Московского военно-музыкального училища. Впервые будет дефилировать по Красной площади оркестр ВМФ. [b]– Мелодия вашего мобильника, конечно, маршевая?[/b] – Естественно, это мой марш «Кант». То есть хвалебная песня в честь побед русского оружия. Создавались они со времен Екатерины I. Вот и я такой мажорный «Кант» написал. [b]– Марши всегда мажорные?[/b] – Есть и минорные, и траурные. Знаете, такой светлый минор, с дымкой надежды. [b]– Вы в 11 лет стали суворовцем-музыкантом. Мама не была против такого выбора?[/b] – Моя мамочка пела в хоре моего папочки. Тогда жены офицеров на территории воинской части принимали самое деятельное участие в общественных началах. И в нашем полку был замечательный хор офицерских жен. Кто-то спросит, стоит ли восторгаться тем, что было в детстве. Не знаю, но я помню домашнюю атмосферу репетиций, радость тех вечеров. Все происходило по вечерам, ведь полк есть полк. Постоянное броуновское движение. Поэтому мама не просто голосовала обеими руками за мой выбор. Она всячески способствовала, чтобы мы пошли по отцовским стопам. Мы остались без отца, когда сестре минуло 16 лет, мне – 14, брату – 10. Мама помогала нам во всем. И то, что брат пошел в Суворовское музыкальное училище, – ее прямая заслуга. [b]– Но готовили туда его уже вы?[/b] – Просто иного выбора не существовало для нашей семьи в то время. [b]– Помните, сколько весил барабан, который вы взяли в 11 лет?[/b] – Малый барабан… Килограмма три. Хотя, если долго с ним стоять, плечо, конечно, болело. И даже проседало. Но я скоро привык к этому. Благодаря репетициям. Появились и выносливость, и профессионализм. Нас учили играть дробь для парадов. Кстати, я до сих пор могу как профессиональный ударник это делать. Барабан – ритмическая основа любого военного оркестра. И еще музыкальный инструмент. Мы об этом постоянно музыкантам напоминаем. Поэтому на барабане надо играть. А не стучать. Он исполняет цементирующую для оркестра функцию. И еще барабан чрезвычайно интересен и смотрится выигрышно, а если барабанщик красиво владеет палочками, тогда это настоящее сценическое действо.[b] – Говорят, барабан обостряет слух. Или он задает чувство ритма?[/b] – Барабан – символичный инструмент. Считается, что барабан пришел в Европу из Турции. Барабан, бунчук и знамя в Турции относятся к государственной символике. Так вот, во времена русско-турецких военных кампаний обычно брали в плен целые оркестры янычарской музыки. Турецкие тарелки, бунчук – ее ядро. Бунчук – хвостообразный инструмент с колокольчиками, которые в определенные музыкальные моменты еще и встряхивают. Обычно его носили сильные люди, поскольку весит он более пятнадцати килограммов. [b]– Военные парады вызывают у зрителей всегда чувство гордости. Особенно когда марширует рота военных барабанщиков.[/b] – 1967 год, 7 ноября. Мне 15 лет. Очень холодно. Мы стоим у Никольской башни, на выходе. Чтобы согреться, бегаем, прыгаем, толкаемся. И вот уже кто-то кому-то наступил на ногу. Зеркально надраенные ботинки сразу меркнут, приходилось подчищать специальными бархотками. Историческая часть парада завершается, вот-вот начнется современная, которую нам открывать. Наша «коробка», в отличие от других подразделений, шла так: начинали маленькие, а замыкали самые высокие ребята. Я был самым маленьким. И самым правофланговым. Угловым. То есть шел линейным, направляющим. Помню, настроение было праздничное. Потому что прошли хорошо. [b]– Достаточно ли звучания военных оркестров для Москвы?[/b] – Конечно, мне, как представителю военной музыки, хотелось бы, чтобы военная музыка не только больше, но и лучше, и качественнее звучала в столице. Что касается военной музыки, то мы, как элемент военной культуры нашего славного Отечества, безусловно, несем в себе эстетический пласт. Мы должны звучать, потому что через нас прослеживаются и музыкальные традиции, и дух патриотизма, о котором не так уж часто говорят (может быть, даже и стесняясь, считая это лицемерием). Я не считаю патриотизм лицемерием, наоборот, чувство патриотизма должно быть в каждом, потому что «патрио» это Родина. Каждый россиянин должен быть патриотом своей Отчизны. А через военные оркестры как раз вот эта тема патриотизма и проходит наиболее ярко. И репертуар оркестра составляется именно на патриотические темы. И я не согласен с теми людьми, которые твердят: вы не в формате. Мы всегда в формате были, есть и будем. Мало того, наш формат нужно увеличивать, и чем больше, тем лучше. Не надо напрягать человека обязаловкой: заставлять слушать военную музыку, думать об армии и победах. И «если завтра война» и так далее. Вовсе нет! Безусловно, военная музыка – кусочек армии, в ее недрах она была, есть и будет. Но мы же играем то, что другие оркестры не играют. И не могут играть. Например, с нашим центральным оркестром Министерства обороны в Большом зале консерватории мы исполняли траурно-триумфальную симфонию Гектора Берлиоза, написанную им, кстати, для военного оркестра! Вы представляете, это 120 музыкантов-духовиков, струнная группа и хор – 400 человек! И такой состав предполагает партитура композитора, поэтому-то исполняется эта вещь чрезвычайно редко. Симфонические дирижеры жаждут исполнить траурно-триумфальную симфонию Берлиоза, но у них нет такого состава! А у нас – есть. Так покажите, дайте послушать людям достояние и достижения нашей военной музыкальной культуры! [b]– Моя бабушка всегда с восторгом вспоминала о концертах в московских садах.[/b] – Лет пять назад военные оркестры c достаточной долей регулярности выступали по выходным в Измайлове, в Сокольниках, в Александровском саду. Московское правительство, столичный Департамент культуры давно поняли: необходимо, чтобы в садах и парках Москвы звучали духовые оркестры. Но ведь оркестр не шарманка, покрутил ручку – полилась музыка. Для нашего мегаполиса духовых военных оркестров явно недостаточно. А кроме того, надо развивать и городскую инфраструктуру духовой музыки. Что мы имеем? Пять оркестров на 12 миллионов населения. Не считая приезжих! Я неоднократно предлагал городским властям создать оркестр мэрии. Как в других городах мира. Мне сказали: не время еще, к тому же стоит дорого. Но это и должно дорого стоить! Позвольте спросить, на каких весах взвесить то, что люди получают от духовой музыки? С какими ценностями соизмерить? [b]– В каждой «Спасской башне» – загадки, неожиданности. Чего ждать от нынешней?[/b] – Мы ждем приятных творческих неожиданностей от концертного оркестра ВМФ. От швейцарских барабанщиков. Норвежцев. Вообще все участвующие оркестры – сюрприз, загадка. От итальянских берсальери, оркестра Национальной ассоциации стрелков, они играют на духовых инструментах и исполняют музыку в движении, причем бегом, что нехарактерно для исполнения. Ну а еще – пушечные выстрелы и фейерверк, которые заложил в финал своей партитуры увертюры «1812 год» Петр Ильич Чайковский. [i]фото Нины ДЗАССОХОВОЙ[/i] [b]Досье «ВМ»[/b] [i]Халилов Валерий Михайлович, генерал-майор, начальник военно-оркестровой службы Вооруженных сил РФ, главный военный дирижер, заслуженный деятель искусств России, член Союза композиторов, доцент. Родился в 1952 году в Термезе. Отец был военным дирижером. Брат – полковник, военный дирижер, автор широко известной среди ветеранов-афганцев песни («Мы уходим...»). В. М. Халилов девять раз дирижировал сводным оркестром во время Парадов Победы на Красной площади.[/i]

Google newsGoogle newsGoogle news