чт 24 октября 00:14
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Шунты не вечны

Сергей Собянин призвал москвичей предложить идеи по улучшению парков

Стоимость родового сертификата в России планируют увеличить

Назначен новый глава Департамента труда и соцзащиты населения

Малышева рассказала, когда вернется к съемкам после госпитализации

Как будут отдыхать россияне на ноябрьские праздники

Синоптики предупредили метеозависимых о риске природной гипоксии

Что стало с «Норд-Остом» после теракта

Турция отказалась считать операцию в Сирии завершенной

Кинолог рассказал, чем лучше кормить собак

«Готовим законопроект о запрете аниме»: как японцы обидели Поклонскую

Врач заявил о пагубном влиянии кофе на иммунитет

Чем опасно долгое использование смартфона

Михаил Ефремов: Горбачев спас Россию

Шунты не вечны

В 96-м сложный медицинский термин «аорто-коронарное шунтирование» выучила, кажется, вся страна

[i]Однако ажиотаж вокруг АКШ до сих пор — и после операции, сделанной президенту, — остается огромным. А вот о том, что шунтирование — не единственный способ борьбы с сужением коронарных сосудов, которое, как известно, приводит к инфаркту, знают немногие. Между тем другой способ есть. Это баллонная ангиопластика и стентирование. Метод куда менее рискованный, чем шунтирование, и весьма популярный в Америке и Западной Европе. У нас в стране баллонной ангиопластикой и стентированием сосудов занимаются сравнительно недавно. Первое стентирование было проведено в Кардиологическом научном центре десять лет назад. Одним из тех, кто делал тогда эту операцию, был заведующий лабораторией рентгеноэндоваскулярных методов доктор медицинских наук [b]Анатолий САМКО[/b]. Корреспондент «ВМ» недавно встретился с ученым.[/i] [b]-Анатолий Николаевич, расскажите, кто изобрел метод баллонной пластики и стентирования и в чем он заключается? [/b] — Придумал и сделал ангиопластику в 77-м году Андреас Грюнтциг, немецкий ученый. Он пришел к здравому выводу, что операции шунтирования травматичны, они требуют остановки сердца, включения искусственного кровообращения, а потом долгой реабилитации. Имея же катетер с раздуваемым баллончиком на конце, можно ввести его через артерию и расширить место, на котором образовалась бляшка. Вот, собственно, и все. Таким образом кровоток полностью восстанавливается, инфаркта можно избежать. Грюнтциг оперировал в Цюрихе. Сначала на животных, потом, избегая широкой огласки, сделал баллонную пластику человеку. Но это быстро стало достоянием общественности, набежали корреспонденты, Грюнтциг прославился и, естественно, сразу же получил приглашение от американских медиков. В Америке метод и начал развиваться быстро и широко. [b]— И насколько стал популярным? [/b] — В США в год делается 600— 800 тысяч таких пластик. В Западной Европе — более ста тысяч. Специалисты по баллонной ангиопластике там даже начали вытеснять кардиохирургов, поскольку было принято решение: на шунтирование отправлять только пожилых пациентов, старше шестидесяти. Более молодым рекомендуют щадящую пластику, когда это возможно. [b]— Почему? [/b] — Шунты не вечны. Через год по статистике закрываются 20% шунтов, через десять, как правило, все. Проводить повторное шунтирование рискованно и крайне сложно. А значит, пациенту гарантированно продлевают жизнь всего на десять лет. Согласитесь, это немного, особенно если больному лет тридцать—сорок. Что касается баллонной ангиопластики и стентирования, то эти методы либо оттягивают, либо полностью снимают вопрос об аорто-коронарном шунтировании. При этом со временем можно проводить повторные вмешательства, расширяя новые сосуды, если в этом возникает необходимость. [b]— Но, наверное, без осложнений баллонная пластика тоже не обходится? [/b] — Безусловно. Считается, что этот метод страдает проблемой «пять — сорок пять — пятьдесят». Это значит, что у пяти процентов пациентов сосуд может закрыться сразу после его расширения. В этом случае, если немедленно не поставить на место сужения стент — специальную спираль из нержавеющих материалов, удерживающую стенки сосуда, — произойдет инфаркт. Сорок пять процентов — это больные, у которых через шесть месяцев повторно образуются стенозы на прежнем месте, и их заново приходится баллонировать. Наконец, пятьдесят процентов — это случаи неприемлемой коронарной анатомии, когда бляшки находятся в труднодоступных для катетера местах. Например, на изгибе артерии или в ее устье, в дистальных мелких сосудах. [b]— Но преимуществ у этого метода все же больше, чем недостатков? [/b] — Более девяносто процентов успеха — немало. Тем более что технологии с каждым днем развиваются, а значит, уменьшается количество осложнений. Если происходит сужение сосуда, можно поставить стент. А потом, представьте: во время баллонной пластики пациент находится в сознании, выписаться может хоть на следующий день. Процедура это малотравматичная и может выполняться не раз. Есть и еще один важный аспект. Ангиопластику можно выполнить при остром инфаркте миокарда. Если провести операцию в первые же часы, развитие инфаркта в большинстве случаев предотвращается. В этом году мы таким образом спасли около восьмидесяти процентов. [b]— Насколько распространена баллонная пластика в нашей стране? [/b] — Пока, к сожалению, не очень. Мы в Кардиоцентре делаем примерно сто таких операций в год, а по стране, дай Бог, тысяча наберется. Проблема, как всегда, финансовая. Все оборудование закупается за рубежом, и оно довольно дорогое: один катетер стоит 600 долларов, а если посчитать в целом, то набегает не меньше тысячи. Если же применяется стент, то и больше. Есть пациенты, которым мы делаем пластику бесплатно: как правило, это острые больные, доставленные к нам «скорой». Очередникам стараемся снизить стоимость хотя бы наполовину. [b]— Россия не в состоянии производить необходимое оборудование? [/b] — Это, знаете, как в 70-е годы с обувью. Тогда считалось, что наша обувь самая лучшая. Но если одну пару приличных ботинок для выставки мы произвести могли, то целая партия — уже проблема, обязательно был брак. Так и с кардиологическим оборудованием. Один образец катетера можно сделать, а вот поставить это на «поток» сложнее. Конечно, наши заводы, и прежде всего «оборонка», в состоянии решить эту задачу. И недавно к нам обратилось одно предприятие с таким предложением. Посмотрим. В любом случае два-три года уйдет на регистрацию, пробные операции на животных и прочую подготовительную работу. [b]— А что случилось с вашим первым пациентом, которому вы когда-то сделали баллонную пластику и стентирование? [/b] — Поступил мужчина сорока пяти лет, строитель. Не мог с ведром раствора подняться на один этаж — такие были боли. После операции уехал в свой город и больше за помощью не обращался.

Новости СМИ2

Сергей Лесков

Все, что требует желудок, тело и ум

Екатерина Головина

Женщина, которая должна

Митрополит Калужский и Боровский Климент 

Чтобы быть милосердным, деньги не нужны

Георгий Бовт

Верен ли российский суд наследию Александра Второго Освободителя?

Оксана Крученко

Соседи поссорились из-за граффити

Александр Никонов

Искусственный интеллект Германа Грефа

Ольга Кузьмина  

Выживший Степа и закон бумеранга