Госпереворот по-советски

Началось 18-летнее правление Леонида Брежнева. «Обвинительный приговор» Хрущеву зачитал секретарь ЦК Михаил Суслов (позже — «серый кардинал Кремля», отвечавший за идеологию в брежневское время). Сказав несколько положительных фраз о деятельности Хрущева — о его роли в разоблачении культа личности Сталина, заслугах в борьбе с «антипартийной группой Молотова, Кагановича, Маленкова», в проведении политики мирного сосуществования, затем он обрушил на руководителя ЦК целый ворох по тем временам «клишированных» обвинений: «нарушение норм партийного руководства», волюнтаризм. Хрущеву припомнили ликвидацию райкомов партии, замену пятилеток семилетними планами, «монополизацию руководства сельским хозяйством», особенно увлечение кукурузой, «самовольство в награждении орденами, угроза разогнать Академию наук». Затем ему «прописали» «преклонный возраст и ухудшение состояния здоровья» и сняли со всех постов. Было признано «нецелесообразным в дальнейшем объединять в одном лице обязанности первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР».

Фото: Shutterstock

Новый первый секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев (позже он переименует себя в генерального секретаря) рекомендовал вопрос об отставке Хрущева на партсобраниях не обсуждать. В Брежневе с его довольно мягким характером многие в руководстве партии видели «временщика», которого потом можно будет заменить на кого-то более сильного. Как часто бывало в истории, эти люди ошиблись. Брежнев всех переиграл, а многих, включая Суслова, и пережил. Председателем Совмина стал Алексей Косыгин. Он попытался провести довольно масштабную экономическую реформу в конце 1960-х — начале 1970-х, основанную на внедрении хозрасчета на предприятиях. Однако политического веса Косыгину не хватило. Руководство КПСС испугалось, что «слишком резкое» повышение эффективности производства и производительности высвободит миллионы рабочих рук, а еще приведет к росту имущественного неравенства. Реформы забуксовали, а потом их и вовсе свернули, поскольку на фоне общемирового повышения нефтяных цен резко выросли и нефтегазовые доходы СССР. Хрущевскую гиперактивность (иногда казавшуюся глуповатой) сменила брежневская неспешность, а потом и вовсе застой. Единственного, кто пытался в октябре 1964 года выступить в защиту Хрущева — Анастаса Микояна, сменил «бледный» Николай Подгорный на посту председателя Президиума Верховного Совета СССР. А в 1979 году его должность понадобилась самому Брежневу, который совместил ее с должностью генсека. Подгорного отправили на пенсию. Другой «соавтор переворота 1964 года», Дмитрий Полянский, оставался в должности зампреда Совета Министров до 1973 года, когда был исключительно по личной прихоти Брежнева назначен министром сельского хозяйства, а потом отправлен послом в Японию. Примерно та же участь постигла и других «заговорщиков». Так, секретарь ЦК Александр Шелепин (зампред Совмина) сначала получил повышение, а в 1975 году его вывели из состава Политбюро.

Одним из первых — в 1966 году — убрали Вадима Тикунова, министра охраны общественного порядка РСФСР. И как убрали! Сначала отправили послом в Верхнюю Вольту (ныне Буркина-Фасо), а потом в Камерун. Главу КГБ Владимира Семичастного сняли с работы в 1967-м, отправив зампредом Совмина на Украину, вменив в вину, что КГБ проморгало побег дочери Сталина Светланы Аллилуевой из СССР. Постепенно Брежнев сосредоточил в своих руках всю реальную власть. Зато воцарившийся при нем застой подавляющую часть партийной номенклатуры устраивал. Для нее настал настоящий «золотой век», кончившийся тяжелейшим кризисом советской экономики, вынужденной перестройкой, которая «пошла не туда», — и затем распадом СССР.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции