День российской науки традиционно отмечается 8 февраля. Однако уровень доверия к ученым в нашей стране оказался одним из самых низких в мире. Это выяснилось в ходе социологического исследования, проведенного в России и еще в 67 странах. Так, наравне с россиянами ученым не доверяют жители Боливии, Казахстана и Албании. Почему сложилась подобная ситуация?

Престиж науки, престиж ученых был велик во времена СССР. Почему? Потому что советская наука работала, главным образом, на «оборонку», без которой страна физически не могла выжить. Поэтому и денег на ученых не жалели, и писали о них в газетах, и фильмы снимали. Трудиться в науке было почетно, и этот почет выражался в том числе и в доверии к словам ученых.

Ведь не могут же врать эти известные, уважаемые и обеспеченные люди. Как они сказали, так и есть! Сейчас — не так. Да, наука в современной России есть и развивается, но пока она где-то сбоку, не в фарватере внимания государства и общества. Почему так? А потому что у нас, к сожалению, до сих пор сырьевая экономика. Большая часть доходов бюджета — от продажи нефти, газа, металлов, леса и угля. Иными словами — сырья. А чтобы добывать сырье и уж тем более торговать им, наука не нужна. Почему страны Западной Европы — например, Великобритания, Швейцария, Германия — постоянно куют высококлассных инженеров, которые, суть, те же ученые? Потому что ресурсы в этих странах давно закончились.

Фото: pexels.com/Chokniti Khongchum

Когда едешь по той же Германии или Великобритании, видишь, например, массу заброшенных шахт: нет угля, кончился. Или добывать очень дорого. А чем тогда торговать? Правильно, мозгами. Точнее — продуктами умственного труда. Так и появляются немецкие автомобили, британские банки и страховые компании, швейцарские часы, японские компьютеры и прочая техника. Ведь в Японии, например, вообще никаких полезных ископаемых нет. Или вы изобретаете и производите что-то лучшее в мире, или живете как страна Третьего мира, в бедности. Ну вот японцы и изобретают в режиме нон-стоп. А что у нас? Перед Россией президент поставил задачу формирования технологического суверенитета.

Как его достичь? Всеми силами, в короткие сроки развивать науку, причем в первую очередь прикладную, то есть предлагающую эффективные технологические решения. Специальная военная операция, санкции и усиление глобального противостояния поставили нас в ситуацию, когда хотим мы этого или нет, но развивать науку придется. Пока у нас «Газпром» использует турбины «Сименс», которые еще и в Канаде ремонтируются, о какой науке речь?

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции