Посол русской Атлантиды
5 июня 1965 года Оксфордский университет присудил почетную степень доктора литературы Анне Ахматовой. Премиальные заграничные поездки Анны Андреевны блистательно описаны ее талантливыми и остроумными знакомыми в мельчайших деталях — как раскланялась с тем или иным профессором, как садилась в машину князей Оболенских. Как не припадала на колено (Ахматова не вассал британской короны), да и вообще не поднималась на сцену, ректор сам сошел и вручил ей диплом.
Императрица русского слова, демон, «полумонахиня-полублудница», она из всего умела сделать шоу, — неслучайно ее западные вояжи до сих пор описываются в контексте ее эксцентричных выходок.
Известны и отзывы самой поэтессы о ее легендарном визите на родину Шекспира: «Переводы ужасны. Я видела «Реквием» — избави бог такое и во сне увидать, это наглая халтура...» «Памятник мне — будто памятник на могиле…» И так все сплошь. Ахматова до последнего момента не была уверена в этой поездке, так зачем поехала?
С начала 1960-х замолчанная русская классика начала XX века усилиями эмигрантов начала выходить из подполья — берклийский профессор Глеб Струве с огромным трудом выпустил однотомник Мандельштама, четырехтомное собрание Гумилева, а также Николая Заболоцкого, Максимилиана Волошина. Златоустая Анна всея Руси (именно так ее окрестила Марина Цветаева) дважды номинировалась на Нобелевскую премию — в 1965 и 1966 годах. Ее кандидатуру выдвигали профессора славянских языков Гуннар Якобсон из Гетеборгского университета и Роман Якобсон из Гарвардского. У Струве вышел ее «Реквием», который, как ей тогда казалось, в России не напечатают никогда...
Визит Анны Андреевны в Оксфорд был в прямом смысле легендарным — как будто «объект изучения» — прежде недоступный — вырастал из культурной мглы. «Птеродактиль приземлялся на лужайку палеонтологов». Знала ли об этом Ахматова? Конечно, знала. Однако возможность стать послом той затерянной русской Атлантиды была важнее. В разговорах со старыми и новыми английскими друзьями Ахматова, что называется, «с порога» отметала всякие попытки сочувствия ее нелегкой судьбе...
Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции
