Алексей Иванович умер в Монголии: оторвался тромб. Он все еще находится там, на чужбине. И сейчас власти страны заняты транспортировкой тела артиста в Москву.

Кажется, совсем недавно «Вечерка» поздравляла Алексея Ивановича с днем его рождения. Мы даже еще не удалили с компьютера голосовую запись его интервью — такое хорошее получилось.

Самое удивительное, что звонок наш застал его в дороге. И он, отличный водитель и ответственный во всем человек, остановил машину на обочине какого-то леска, который в тот момент проезжал, и битых сорок минут рассказывал о своем отношении к искусству, восхищался коллегами и партнерами, вспоминал съемки, переживал за судьбу российского кино.

Наше время подчас играет жестокие шутки. Я часто слышу от людей, что Булдаков — артист одной роли. И про себя думаю: насколько же они неправы. Отсутствие проката российского кино так и не дало нашему поколению оценить в полной мере грандиозный талант этого актера, поскольку самые лучшие и самые зрелые его фильмы пришлись на последние десятилетия, когда этого проката не было.

А артистом он был филигранным. Именно поэтому его генерал Иволгин из картин Александра Рогожкина «Особенности национальной охоты» и «Особенности национальной рыбалки» выглядит столь убедительно, а сами картины воспринимаются как портрет русской души. А ведь Рогожкин роль генерала писал прицельно на Булдакова, наблюдая за Алексеем Ивановичем в жизни и на экране. Значит, что-то подлинно национальное в нем режиссер увидел.

Булдаков не равен образу генерала Иволгина / Фото: Cкриншот с видео YouTube-канала В гостях у Гордона

Сам Булдаков очень переживал, что в его фильмах замечают лишь то, как умеет пить русский мужик. «Ведь картины-то мои совсем об этом!» — в сердцах восклицал он. Это и вправду не открытие, что в России хорошо выпивают. Герои его фильмов сигналили нам совсем о другом: к сожалению, мы постепенно теряем собственную культуру и свои традиции.

Самым обидным было для Алексея Ивановича то, что блестяще созданный образ генерала оказался для него тем, чем для Фаины Раневской стала картина «Муля, не нервируй меня!». Роль генерала Иволгина подставила ему творческую подножку. Некоторые вещи прилипают к артисту помимо воли. Это глупо, Булдакова сначала (он сам в этом признавался) это бесило, он пытался об этом говорить в интервью, а потом просто махнул рукой. А ведь у него за плечами свыше 150 картин; многие роли с профессиональной стороны были очень достойными, по-настоящему хорошо сделанными. Например, в фильмах «Белые одежды» по роману Владимира Дудинцева, «Кому на Руси жить...», «Вот моя деревня».

Алексей Иванович горько сетовал на то, что в последние годы ему не предлагали чего-то кардинально противоположного роли Иволгина. Режиссеры, видимо, боялись ненужных ассоциаций. «А я ведь артист, смею сказать, хороший!» — с ироничной улыбкой цитировал он фразу Евгения Леонова из своего любимого фильма «О бедном гусаре замолвите слово».

Никогда не знаешь, с чем войдешь в историю. В массовом сознании навсегда останутся тосты, которые произносит генерал Иволгин, хотя их-то как раз придумывал Рогожкин. Но один все-таки принадлежит самому Алексею Ивановичу, ставший девизом всей его жизни: «Ну, за искусство!».

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции