Ваучер — булыжник олигарха

Эксперты легко укажут на то, что указ входил в противоречие с законодательством и с интересами экономики. Но главный смысл указа — не допустить реставрации коммунизма. И эту задачу указ выполнил.

Последние три десятилетия наша страна, как байдарочник-слаломист в бурной реке, лавировала между Сциллой и Харибдой, между глубокими кризисами и радикальными реформами. На жизнь рядового гражданина ни один из виражей не оказал такого воздействия, как чековая приватизация, которая стала катализатором бурных социальных преобразований. Жаль, конечно, что ваучер не наполнил наши кошельки…

Вдохновитель реформы Анатолий Чубайс предрекал, что на каждый ваучер стоимостью в 10 тысяч рублей можно будет приобрести два автомобиля «Волга». Пустые слова. Отношения к реальным ценам и балансовой стоимости выставленных на приватизацию объектов они не имели. В общественном сознании две «Волги» до сих пор лежат клеймом на имени политика и остаются символом уловки и обмана.

Частного бизнеса на тот момент в стране не было. Граждане забыли, как он выглядит, и не знали, что делать с ваучерами. Никакой разъяснительной работы власти не провели. В итоге наделенные «кусочком родины» граждане быстро оказались на бобах. Значительная часть ваучеров была скуплена директорами предприятий, которые, чтобы поставить персонал в безвыходное положение, искусственно задерживали зарплату. В мгновение ока бывшие советские функционеры, как в стихотворении Маршака, стали владельцами заводов, газет, пароходов.

Но «красные директора» в новых условиях тоже не владели финансовой грамотностью. Фабрики перекочевали во владение фондов, прописанных в офшорах, и банков, которые имели доступ к быстрым деньгам. Передел собственности сопровождался кровавыми разборками. Лавина шальных ваучеров стала питательной средой для появления класса олигархов, о существовании которых честный гражданин недавно знал понаслышке из репортажей о «загнивающем» Западе.

Государство в итоге приватизации получило 60 миллиардов долларов — смехотворную, даже оскорбительную для страны сумму. Следствием приватизации стало то, что многие процветавшие предприятия, гордость советской индустрии, потеряли  эффективное управление и вошли в полосу перманентного кризиса. Некоторые отрасли экономики оказались просто разрушенными.

Однако политическая цель была достигнута. В России появилась частная собственность, которая сидела костью в горле у коммунистов. Молодые и голодные, как волки, частники не могли повторить исторических ошибок и допустить реставрации коммунизма. Что подтвердили скорые события. Думаю, провалившаяся попытка  переворота в 1993 году и президентские выборы в 1996 году — результат чековой приватизации.

Историки еще долго будут судить-рядить о роли Чубайса, который говорил, что  выбирать между честной и нечестной приватизацией было невозможно. Выбор если и был, то «между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом».

История России полна трудных вопросов. Чековая приватизация — один из самых неразрешимых.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции