С 1 июля вступает в силу закон о недопустимости использования ненормативной лексики. Пока - в печатной продукции. Ну и вообще в СМИ. Запикивать будут.

Запретительная политика, увы, излюбленный прием в нашей стране. Как говорила Фаина Раневская, "Попа есть, а слова - нет". То есть, она, бессмертная Фаина, говорила не слово "попа", но как теперь обозначить то, что она сказала, я не знаю. Можно, конечно, ж и три точки. Но выглядит это еще нелепей, чем "попа".

Не подумайте, что я злостная матерщинница. Но мне ужасно не нравится то, что опять - законодательное запрещение в столь деликатной области. Существует уже множество поправок и оговорок: например, "если в эфире или в печати было употреблено устойчивое выражение с бранным словом или часть слова, будет проведена лингвистическая экспертиза". Хоть убейте, я не пойму, что это значит. Экспертиза, конечно, покажет и расскажет, но вот вопрос - кто будет этими экспертами? Опять будут злоупотребления и перегибы.

Мы сами знаем, до какого маразма доходят подобные "эксперты".

Приведу маленький примерчик из жизни отдыхающих, не имеющий отношения к мату, но самое прямое - к перегибам.

Я, знаете ли, имею слабость: собираю ковровскую игрушку. Ну, такую, где толстые тетеньки в ярких платьицах с коромыслом, и кошечки-печки-лавочки. Уже две полки собрала. Покупаю я обычно всю эту прелесть в киоске, торгующем всякой всячиной, от павловопосадских платков до индийских благовоний. Радостная продавщица меня уже знает. Почему радостная? Да потому что я все время новенькое покупаю. Мы с ней немножко болтаем. Я ей рассказала, что смотрела сайт с ковровыми прелестями и видела там серию под названием "Банька", там не порно, но задорно, толстые тетеньки без платьиц, но с кадушками и вениками. Продавщица сказала - я для вас закажу, если вы придете и купите. Я говорю - приду, в чем вопрос, куплю. Так вот, сегодня прихожу, а она мне машет уже издали из своего окошка: "Как хорошо что вы пришли! Я-то вам заказала "Баньку"! И достает из-под прилавка просто роскошную скульптурку: тетка парится, мужичонка лежит кверху тем самым, с "ж" и тремя точками. Ну, прелесть. Говорит мне продавщица: "А я вас высматриваю с утра, вдруг как мимо пройдете". Я удивилась - ну, не я, так другой кто-нибудь купит.

Ан нет. Нельзя оказывается такое - ТАКОЕ - выставить на прилавок. Клянусь, там ничего ужасного, никакой порнографии. Фигурки. Моются. Шайки. Веники. Но наличие голой Ж и три точки и голых же грудей, оказывается, делает невозможным выставить игрушку на прилавок.

Порнуха. Жесть.

Вот и с матом то же самое. Это - борьба с ветряными мельницами. Подмена понятий. Запрет курить на улице, запрет ходить в балетках или, наоборот, на высоких каблуках, запрет продавать сигареты женщинам моложе сорока. Последние два "запрета", по счастью, не оформлены законодательно. Но меня удивляет сам факт того, что кто-то все время старается сделать нас лучше, здоровее, счастливее путем этих "нельзя".

А про мат - знаете, в годы моего советского детства матерились разве что на стройке, когда упадет бетонная плита. Я помню, как мы сами, школьники, осуждали одноклассника, который позволил себе то самое слово на ж с тремя точками. Он произнес его в приличном обществе! Мы считали себя приличным обществом. И не надо лечить последствия. Надо лечить не осложнения в виде мата, не самые страшные. Надо лечить общество - чтобы оно снова стало считать себя приличным. Тогда материться в нем будет просто недопустимо...

Мнение автора колонки может не совпадать с мнением редакции.

МНЕНИЕ "ЗА"

Попрошу не выражаться

Колонка обозревателя Ивана Шипнигова

Запрет использования мата в кино, театре и литературе кажется наступлением на свободу слова и попыткой введения цензуры. Однако, как мы помним из Салтыкова-Щедрина, строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения, и контролировать употребление мата будет невозможно, а для художников этот запрет может стать поводом для интересного эксперимента.

У Роберта Фроста есть известный афоризм: "Стихи без рифмы — это как теннис без сетки". Искусственное ограничение нужно художнику для строгой и четкой организации пространства своего произведения. Гении, внутреннее содержание которых слишком велико, придумывают себе рамки еще более жесткие, чем принято в их кругу — Пушкин изобрел целую четырнадцатистрочную онегинскую строфу, которой семь лет писал невиданный ранее роман в стихах. (далее)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Художники о мате — своими словами

1 июля вступит в силу закон о запрете использования мата в театре, кино и литературе. Известные деятели культуры рассказали корреспонденту «ВМ» о своем отношении к этому запрету, который может повлиять на их работу. (далее)

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции