ср 18 сентября 15:27
Связаться с редакцией:
Вечерка ТВ
- Город

Главная страница ВМ

Георгий Бовт

ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА

Ничья с путчистами

Чем дальше от нас августовский путч 1991 года, тем меньше о нем вспоминают как о некоем решающем поворотном пункте в истории страны. И тем меньше согласия в обществе о том, что это вообще было. Почему так?

В прошлом году был проведен опрос «Левада-центром» (более свежего нет, но не думаю, что настроения с тех пор сильно изменились), по итогам которого выяснилось, что 38 процентов россиян считают августовский путч 1991 года «трагическим событием, имевшим гибельные последствия для страны и народа», 36 процентов ответили, что это «просто эпизод борьбы за власть в высшем руководстве страны», лишь 6 процентов согласились с тем, что это «победа демократической революции, покончившей с властью КПСС». При этом больше половины (53 процента) считают, что тогда не были правы ни сторонники Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП), ни демократы во главе с Борисом Ельциным.  

То есть большинство не видят в тех событиях той силы, за которой они готовы были бы признать ее историческую правоту. Теоретически можно было бы сказать, что «народ всегда прав», но народ практически на всей территории России в те дни по большей части безмолвствовал, наблюдая, чем дело кончится в столице, где на защиту Белого дома (куда прибыл потом никем не интернированный Ельцин) действительно встали сотни горожан. Бездействовали по большей части армия и спецслужбы, которые тоже заняли выжидательную позицию.

Войска, с одной стороны, подчинились приказу и вошли в Москву, однако активных действий по подавлению беспорядков (которые если и можно было считать таковыми, то только вблизи Белого дома на Краснопресненской набережной) или установлению новой власти (условно диктатуры) так и не предприняли. Во-первых, подавлять за пределами Садового кольца, собственно, особо было некого. Во-вторых, есть ощущение, что многие чиновники и власти на местах формально подчинились бы победившей стороне. Однако путч был донельзя скверно организован, кажется, путчисты сами толком не знали, что и как надо делать.

Кадры советской кинохроники 30-х годов прошлого века показывают нам романтиков, которые на «стройках века» месили ногами раствор для плотин электростанций / Кадр из фильма «Мне 20 лет»

Кадры советской кинохроники 30-х годов прошлого века показывают нам романтиков, которые на «стройках века» месили ногами раствор для плотин электростанций

ФОТО: Кадр из фильма «Мне 20 лет»

Вроде бы главная цель была «спасти Советский Союз». На 20 августа планировалось подписание нового Договора о Союзе Суверенных Государств. Оно было сорвано, но поскольку к этой идее сразу после поражения путчистов никто так, по сути, всерьез не вернулся (пытались было нечто похожее организовать в декабре того же года, но очень вяло), есть сильные подозрения в том, что новый союз оказался бы более жизнеспособным и внятным объединением, чем возникшее позже СНГ. СССР на тот момент спасти уже было невозможно, потому что спасать было уже фактически нечего.

В марте 1991 года вроде бы состоялся референдум о сохранении Союза, на котором три четверти принявших в нем участие действительно проголосовали «за» (но не от списочного состава избирателей). Это часто потом приводили в пример того, что, дескать, воля народа была попрана. Но при этом пять республик в нем отказались принять участие, то есть фактически уже нацелились на выход (Грузия, Армения и три прибалтийские). Кроме того, в Казахстане и на Украине изменили формулировки общесоюзного референдума, обусловив сохранение своего членства в нем определенными условиями. То есть все голосовали за разный союз.

В прежнем виде его можно было бы попытаться сохранить разве что ценой большой войны по типу югославской. Вряд ли даже ГКЧП такое замышлял. К тому же надо учитывать, что наиболее боеспособные войсковые группировки на тот момент находились, скорее, на территории Украины, они могли выйти из подчинения Москве и перейти на сторону местного руководства. Ровно то же могло произойти и в Казахстане, которым уже тогда руководил Нурсултан Назарбаев. О военных операциях в Прибалтике той поры и говорить не приходится: это было бы почище многолетней войны против «лесных братьев» первых послевоенных лет (против бандеровцев на Украине операции тоже затянулись).

Но самое главное, что ГКЧП вряд ли смог бы оперативно справиться с теми накопившимися экономическими проблемами в советской экономике, которые привели к пустым прилавкам и безуспешным попыткам наладить рационированное снабжение (по карточкам). Этому режиму никто не стал бы слать гуманитарную помощь с Запада. С ним не стали бы даже разговаривать о «компенсациях» за выход советских войск из объединяющейся Германии. Скорее, стали бы давить санкциями. И весьма скоро, оказавшись у разбитого экономического «корыта», путчисты, вполне возможно, если бы продержались у власти на урезанной территории СССР (которая свелась бы фактически к территории самой России), были бы вынуждены пойти на примерно те же чрезвычайные экономические меры, на какие пошел уже Ельцин после распада СССР. А именно введение в той или иной мере рыночной экономики со свободным ценообразованием и частной собственностью, по крайней мере, для малых предприятий.

В то же время стоит заметить, что возникший после провала путча и окончательного развала Советского Союза общественно-политический строй  отнюдь не стал воплощением наивных идеалистических мечтаний наиболее демократически настроенных условных «защитников Белого дома». В этом смысле по прошествии почти трех десятилетий применительно к итогам августа 1991 года следует, видимо, говорить скорее не о поражении путчистов, а о «ничьей».

Между идеями демократии «европейского образца», о которой все равно не имели внятного представления, и вековыми традициями российской государственности, которые во многих сферах общественной жизни и экономики взяли в конечном счете верх. Глупые путчисты просто попытались подтолкнуть под руку госпожу Историю. Но она сама лучше знает, что и как делать на нашей огромной территории.  

Новости СМИ2

Алена Прокина

У столицы нет плохой погоды

Ирина Алкснис

Как Москва стала центром притяжения для туристов

Руслан Карманов

Зачем «Зениту» Кокорин

Виктория Федотова

Чиновницу собрались уволить за исполнение мечты всех женщин?

Игорь Воеводин

Горбачев и демократия. У них не сложилось

Анатолий Сидоров 

«Мозги утекают»? Что за глупости

Владыка Климент, митрополит Калужский и Боровский

Церковь ценит труд писателя