В контексте судейской инициативы, о которой какое-то время назад шумела общественность, имеет смысл рассмотреть причины: почему же вдруг именно сейчас тема возникла? По моему мнению, инициативу можно расценивать как хороший знак. Применительно, конечно, к нашей российской действительности. То есть само по себе направление движения, конечно, в сторону тьмы, но появление идеи говорит о том, что все-таки есть и некоторые проблески света. Итак, почему же вообще засуетилось судейское сообщество?

Потому что в последнее время в нашей стране наконец-то — конечно, с очень большим запозданием, но все-таки — начал пробуждаться интерес народа к работе не только власти, но и судебной системы. Пресса и соцсети стали обращать больше внимания на то, что происходит за стенами залов судов, а люди стали это с интересом читать и обсуждать. И как только луч света, даже не очень сильный, упал на деятельность судов, так сразу открылась не очень приглядная картинка. Как ее ни расписывай, как ни украшай, любое обострение внимания показывает, что дела в судебной системе обстоят очень и очень неважно. Судит непонятно кто, непонятно каким образом, по непонятно каким законам, явно не тем, которые прописаны. О справедливости и равенстве сторон говорить не приходится.

Инициативу можно расценивать как хороший знак. Применительно, конечно, к нашей российской действительности / Фото: https://pixabay.com/ru

Идея разработать «карательный» закон — это, по сути дела, рефлекторная реакция нынешнего судейского сообщества. И даже не столько его, сколько его кураторов. Потому что есть такое ощущение, что судейского сообщества как отдельного субъекта в принципе не существует, что суд — это в принципе некий департамент прокуратуры, не имеющий самостоятельного значения.

Думается, что те люди, которые суды курируют, понимают, что освещение судебной деятельности в принципе не нужно, потому что оно будет невыгодным. И поэтому они пытаются принять меры для того, чтобы внимание общественности к судам на корню обрубить.

И я бы в такой ситуации говорил о готовящемся запрете освещения деятельности судов. Но поскольку это движение было рефлекторным, а значит, необдуманным, как только к нему оказалось привлечено внимание, его стало невозможно защищать. Как его обосновать — непонятно. И было решено временно сдать назад. Но это совершенно не говорит о том, что меры в этом направлении не будут приниматься. Будут. Только, видимо, более тонким образом.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции