В нем самые разные препараты, а инсулин, к примеру, представлен в семи формах. Распоряжение об обновлении списка стратегически важных лекарств подписал премьер-министр Михаил Мишустин.

Конечно, в эпоху глобализации невозможно производить все. Но иметь определенную гарантию лекарственной независимости все же хочется. И дело не только в усложняющейся международной обстановке и угрозе ужесточения санкций. Может случиться что-то совсем непредвиденное — вроде нынешней пандемии коронавируса, когда временное прекращение поставок из Китая почти парализовало работу некоторых наших фармпредприятий.

Бывало и так, что за рубежом сворачивали производство сырья, даже не ставя нас в известность, и препарат исчезал из российских аптек.

Но как себя обезопасить, как добиться того, чтобы фарминдустрия удовлетворяла внутренние потребности? За дело взялись еще в 2009 году. Картина была безрадостной: импортировалось 77 процентов лекарств, многие не имели отечественных аналогов. А девальвация рубля после мирового финансового кризиса сделала зарубежные препараты недоступными для части больных. В рамках государственной программы «Фарма-2020» на поддержку и развитие отрасли потрачены многие десятки миллиардов рублей.

И что же мы имеем сейчас? Безусловно, сделан большой шаг вперед. По сравнению с ассортиментом десятилетней давности в аптеках изобилие, аналоги имеет большинство препаратов. Отечественных лекарств больше 30 процентов, плюс ряд зарубежных компаний локализовали производство у нас. Доля российской продукции в перечне жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов достигла 86,2 процента при плане 90 процентов. Только это касается перечня, утвержденного еще в 2012 году. А в его актуальной версии доля отечественных препаратов куда скромнее. Главная же проблема заключается в том, что рынок развивается за счет дженериков — препаратов, потерявших патентную защиту. А инновационных лекарств производится крайне мало. Почему?

Поначалу выделенные средства раздавали чуть ли не авансом, под будущие достижения. Это оказалось не слишком эффективно даже в отношении тех же дженериков. Лишь четверть компаний, получивших деньги на их производство, вывели препараты на рынок. Что уж говорить про технологические прорывы...

Фото: pexels.com/freestocks.org

К производителям много вопросов. Сколько сил потрачено ими на войну с прогрессом — внедрением обязательной маркировки лекарств! Сколько миллионов американских нерублей ушло на рекламу бесчисленных фуфломицинов! А на клинические исследования эффективности своих препаратов средств не находится — ведь и так покупают, доверившись телевизору. Впрочем, отрасль вынуждена работать в условиях тотальной зависимости от экспорта дешевых лекарственных субстанций, нерасфасованного сырья из Китая и Индии. И потому у нас совсем немного препаратов полного цикла, производство которых никак не связано с поставками из-за рубежа.

Но с пути обеспечения лекарственной безопасности страны никто сворачивать не собирается. Госпрограмма поддержки отрасли продлена до 2024 года, ожидается «Фарма-2030». Ужесточен контроль за выделяемыми средствами, теперь производителям возмещают лишь фактические затраты. Можно надеяться, что со временем отечественный фармрынок наконец добьется определенной независимости.

Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Лекарства