Это было время «большой игры»: как изменился мир в 2025 году

Уходящий год не просто войдет в историю, он станет точкой отсчета важных тенденций, зародившихся в нем, и благодатным материалом для серьезных анализов и прогнозов на будущее.

В этом году рухнули многие мифы, но усилились некоторые заблуждения, а человечество вернулось к, казалось бы, отвергнутым прежде идеологемам и угрозам. Прерванный плодотворный диалог Востока и Запада не позволил разрешить ряд кризисов, включая украинский. Стала разрушаться конструкция мироустройства, базирующаяся на одном полюсе влияния. Но при этом и проявляющаяся все отчетливее многополярность пока не стала основой для всеобщей глобальной гармонии и равновесия. При этом усилилась тяга к формированию равноправных и справедливых отношений, избавленных от остатков неоколониальных, снисходительно-спесивых подходов. В центре глобальных событий по праву оказались Владимир Путин, Дональд Трамп и Си Цзиньпин, их влияние явственно удерживает мир от непоправимых последствий.

Одним из значимых итогов года можно считать тот факт, что Россия подтвердила свой статус ведущего мирового игрока. В этом уверен политолог, профессор Финансового университета при правительстве РФ Александр Сафонов.

— Наша страна остается одним из стабилизирующих факторов в обстановке, когда и США отказались поддерживать миропорядок, сложившийся после окончания холодной войны, откровенно перейдя к решению проблем на основе силовых методов. Шла ли речь о нападении на Иран, о попытках с позиций Израиля решить ближневосточные проблемы или о давлении на страны Латинской Америки. Классический пример — блокада Венесуэлы под надуманным предлогом. Видимо, не в последнюю очередь этот подход оказал влияние на такую тенденцию уходящего года, как усиление риска военных конфликтов, прямо скажем, на периферии мировой политики, — отметил эксперт.

И в то же время тема года в Европе — попытка найти выход из усиливающегося экономического кризиса, угроз деиндустриализации и стагнации путем рискованной внешней политики, добавил Сафонов. Многие политики стремятся к быстрым успехам, которые подменяются разного рода фейками. А это чревато тем, что многие подобные «победы» рискуют в 2026 году обернуться разочарованиями.

— Уходящий год, — полагает политолог Алексей Макаркин, — характеризуется особой активностью Дональда Трампа. Все понимали, что Трамп обречен в силу своего характера на то, чтобы стать триггером многих мировых процессов, но никто не предполагал, что настолько.

Новая Стратегия национальной безопасности — это и возвращение к Доктрине Монро, что мы видим на примере давления на Венесуэлу, и новый взгляд на отношения с Европой, на которой для Америки уже свет клином не сошелся. И на Россию, которая уже не экзистенциальная угроза и которую можно привлечь выгодными проектами. Это порождает надежду на то, что в 2026-м возможно сближение России со Штатами как раз на основе взаимной заинтересованности.

Главное — порочная идеологизированная политика не должна влиять на экономику, превращая мировую финансовую систему в заложницу откровенных авантюр. Речь идет о попытках найти «приемлемую» форму для конфискации российских активов ради продления украинского конфликта.

— Все эти танцы с бубнами вокруг наших средств способны причинить вред не только и не столько нашей экономике,— уверен экономист Андрей Бунич. — Все понимают, что это удар по мировой системе резервных валют. Конечно, самый сильный удар придется по евро, в котором хранится примерно 20 процентов мировых резервов. Но рикошетом это будет удар и по доллару, позиции которого и так слабеют, и по йене. В конце концов, многие страны придут к заключению, что хранить средства за границей рискованно. Или надо четко следовать «чистой позиции», когда твои депозиты за границей паритетно соответствуют иностранным инвестициям в твоей стране. Уходить будут в золото или какие-то региональные финансовые соглашения. Под вопросом окажется функционирование и организаций типа Международного валютного фонда (МВФ), руководство которого открыто заявляет, что русские получат моральное право не следовать никаким их правилам. Сам процесс вывоза капитала будет поставлен под вопрос. Так что если даже решение будет отложено, то следующей год начнется под знаком возможного серьезного финансового кризиса.