Россия не примет тех, кто переметнулся на сторону врага. Об этом заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков. Стоит ли прощать тех, кто покинул родину и критикует ее без зазрения совести.
Реальность диктует прогнозы на будущее. Ход специальной военной операции, экономическая устойчивость России на фоне беспримерных санкций, сплоченность перед лицом терактов не могут не влиять на мироощущение граждан, причисливших себя к оппонентам политического курса России. Как говорил Карл Маркс, бытие определяет сознание.
В недавнем интервью пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова был поднят вопрос о возможности возвращения в страну критиков власти, а также о том, кого можно принять, а кому — указать на дверь.
Да, многие из тех, кто два года назад сделал из России ноги, изъявляют желание вернуться, иные под тихую дуду уже обустроились в родимых хатах и ищут теплое местечко у незлопамятных работодателей. Причины возвращения разные, иногда — очищение сознания, иногда — средства для пропитания истощились.
Наш пресс-секретарь отличается взвешенным взглядом, что продиктовано служебными обязанностями, а также личной склонностью к философской осмотрительности. Дмитрий Песков справедливо отмечает, что тех, кто открыто охаивает страну и, провоцируя вражду, поддерживает киевский режим, все-таки немного. Но некоторые политики настаивают на том, что обратного хода на родину для тех, кто с недобрыми чувствами ее покинул, не говоря о проклятиях, быть не может.
Россия — огромная страна, сложенная из разных социальных групп, из разных народов и конфессий. Россия не может быть абсолютно монолитной, это признак неживой материи и означает идейную погибель. Единомыслие противопоказано обществу, но не надо переступать грань и переходить в стан врага. У России богатый исторический опыт отношений с теми, кто имеет позицию, которая расходится с официальной. В советских учебниках в качестве примера подлого предательства Каменева и Зиновьева приводился тот факт, что накануне Октябрьского восстания политики опубликовали (кстати, в газете Горького) статью с критикой предстоящего переворота. Но «Аврору» уже нельзя было остановить. Ленин при всей его нетерпимости не считал Каменева и Зиновьева предателями. Они остались ближайшими соратниками, а Зиновьев, кода Ленин заболел, вел заседания правительства и зачитывал письма вождя.
У адмирала Колчака тоже был пресс-секретарь — молодой юрист Николай Устрялов, бывший кадет. После войны жил в Харбине и вдруг полюбил советскую власть, которая, по его мнению, была красной только снаружи и спасла империю. Устрялов стал зачинателем национал-большевизма, на него ссылались Эдуард Лимонов и Александр Дугин. Сталин говорил: «Пусть он мечтает о перерождении партии. Мечтать у нас не запрещено. Но пусть он знает, что, мечтая о перерождении, он должен носить воду на нашу большевистскую мельницу».
С работами Устрялова полемизировали Ленин (знаменитый термин «устряловщина») и особенно Зиновьев. Устрялов вернулся в СССР, стал профессором, но в 1937 году попал в жернова «красного террора». Мог бы еще много полезной воды принести. Но все-таки многие ученые возвращались в СССР. Например, Владимир Вернадский, который был близок к движению «сменовеховцев» Устрялова. Создатель советской атомной бомбы Юлий Харитон три года работал в Англии, где всегда были сильны русофобские настроения, но без колебаний вернулся в СССР.
У России сложная судьба. И предатели водились в нашей истории. Первое из громких имен — князь Андрей Курбский. Ближайший соратник Ивана Грозного, герой Казани, бежал в Литву, бросив русскую дружину. Переписка царя и князя — яркий документ эпохи, полный взаимных язвительных обвинений. Курбского можно считать предателем, но не из-за бегства в Литву и не из-за обвинений царя. Его предательство — участие в войне с Россией, осада Полоцка во главе польского войска. В фильме «Иван Грозный» 1944 года в соответствии с запросом эпохи князь Курбский — полный антипод царя, идеальный по всем статьям предатель. В важной роли снялся лауреат трех (!) Сталинских премий Михаил Названов, любимый ученик Станиславского.
Анекдотический случай для любителей московской старины. Наполеону в 1812 году все-таки преподнесли в Москве ключи на бархатной подушке. Барыня Загряжская встретила императора с богатым даром на Волхонке — с ключами от своего амбара. Император расчувствовался и подарил ей дом князя Голицына в Кузьминках. После освобождения Москвы князь погнал помещицу из усадьбы хворостиной, как скотину… Предатели могут быть разные. Одно их объединяет — предателей всех мастей Россия переварит и пойдет своим путем.
В ТЕМУ
Князя Андрея Курбского называют первым русским диссидентом. Некогда он был государственным деятелем, другом Ивана IV, входил в «Избранную Раду».
Когда царь распустил сообщество, Курбский бежал в Литву. Выяснилось, что он был агентом Польско-литовского государства, вел переписку с литовцами за много лет до предательства.
