Играть, не слыша собственного голоса

Не успели зрители определиться, где и чьи места, а на паркете уже вышагивает деловитый режиссер в красных ботинках под цвет оправы своих очков, за ним — элегантная женщина-драматург в ладно скроенном брючном костюме. Зашли, как будто нет ни зрителей, ни сцены. Стол.

Лампа. Обсуждение сценария. Оба говорят, но как: разрывая тишину словами, пространство — гибким взмахом рук… Так начинается радиопьеса Фридриха Дюрренматта «Двойник» на «Открытой сцене» в исполнении актеров театра глухих «Синематографъ». Спектакль о судьбе, выборе, и даже в чем-то о слабости… Сцена-загадка: ширмы с дырами-силуэтами в плащах и шляпах, точечный свет.

Театр «Синематографъ» основали выпускники Государственного специализированного института искусств — Максим Тиунов, Алексей Знаменский, Ольга Мельникова и Анастасия Несчастнова. Первый спектакль — «Пошли мне, Господь, второго», когда на сцене пели песни Высоцкого. Действительно пели. Беззвучно. Под фонограмму четко проговаривая каждое слово, переводя текст на язык жестов. О «Синематографе» говорят: «…У этого театра нет официального статуса и крыши над головой, но есть спектакли, которые потрясают даже искушенных театралов».

Признаться, волновалась: вдруг не пойму, и как это — смотреть спектакль, где актеры друг друга не слышат? И пьеса не простая — хитро закрученный детектив, психологическая драма.

К мужчине ночью приходит двойник, чтобы объявить: мужчина приговорен к смерти Верховным судом. За убийство.

— Я невиновен, — нормальная реакция мужчины.

Двойник: «Каждый из нас виновен в чьей-то смерти».

И закрутилось, понеслось. Через несколько минут вдруг забываешь, об «особенности» актеров, не замечаешь, что их озвучивает голос Режиссера. Удивляясь, как можно, не произнося ни звука, кричать, рвать безмолвное пространство болью, переживаниями, что вытягивают жестами из таких глубин, будто внутри — Гранд-каньон, нет, Вселенная с мириадами звезд и планет. Ремарка: они все же говорят, высекая каждое слово. И все понятно, и забываешь, что иные, но по глазам читаешь — как все же трудно говорить.

Сложно поверить, что практически для всех актеров на сцене кругом — тишина.

Почти тишина. Лишь легкий шум морских волн. Это не язык жестов — это танец рук, пластика души. Так органично, точно дирижируют сами себе и зрителям. В волшебном зелье соединилась музыка, голос за кадром, свет, пантомима, видеопроекция на стене — то лабиринты черных перегородок, то лабиринты улиц ночного города, желтых окон и нитей дождя и танца… Да, не слыша собственных шагов, у актеров есть талант — слышать собственное тело. Они танцуют танец страсти — танго.

— Они точно не слышат? — недоумевает кто-то с верхнего ряда. — Тогда надо хлопать по-другому… Как для глухих… — поднимает руки вверх, как будто вкручивает лампочки, и осекается… Сами актеры признаются — не любят, когда к ним относятся, как к иным, ущербным. И пусть им не услышать рукоплесканий — они их видят. Чувствуют.

КСТАТИ

Американская актриса Марли Мэтлин — первая и единственная глухая актриса, получившая «Оскар» за лучшую женскую роль в фильме «Дети меньшего бога» . Игра Марли отмечена премией «Золотой глобус», а также четырьмя номинациями «Эмми». За свои успехи девушка удостоена собственной звезды на Голливудской «Аллее славы».